Сергей, которому недавно исполнилось сорок восемь, никогда не мечтал о том, чтобы забуриться в глушь и строить там дом. Но дети подросли, и жене, Лиде, пришла мысль: «Давай-ка мы обзаведёмся дачей!» Не просто дачей — настоящим загородным домом, где можно проводить лето и, может быть, когда-нибудь перебраться насовсем.
— Лидка, неужели тебе не жалко всех наших сбережений? — пробовал отговорить её Сергей.
— Жалко, конечно. Но давай представим: лет через десять-двенадцать мы выйдем на пенсию, да и дети уже смогут приезжать с семьями… Там все разместимся, и не придётся искать загородный угол. К тому же считаю, что мы достаточно заработали, — убеждала Лидия, чьё лицо при упоминании о доме озарялась детским энтузиазмом.
— Ну-ну, — он обнял её тогда и полушутя, полусерьёзно сказал, что придётся всю жизнь отпахать, чтобы этот дом достроить.
В итоге всё прошло по стандартной для многих семей схеме: взяли небольшой кредит, купили участок неподалёку от шоссе, но достаточно далеко, чтобы слышались звуки леса, а не машин. Начали возводить стены, постепенно нанимали бригаду. Сергей с мужской стороны следил за материалами и закупками, Лида улаживала финансы и моталась по строительным рынкам. Казалось, что вместе им всё по плечу.
Однако бюджет трещал по швам: цены росли, стройка затягивалась. Когда в банк пришло уведомление, что сумма задолженности по кредиту велика, стало ясно: только на одну зарплату Сергея всё не вытянуть. Лида, которая работала в административном отделе завода, услышала про вахтовые подработки в другом регионе, решилась рискнуть.
— Мне предлагают за полгода контракта столько, сколько у нас за год набирается, — выдохнула она, глянув на мужа. — Я уеду, а ты тут с ребятами закончишь хотя бы крышу, окна…
Сергей к тому моменту уже был готов к разлуке, но всё же внутри кольнуло. Он привык, что они всегда рядом, делят быт и проблемы на двоих. Теперь ему предстояло самому управляться с бригадой, закупать всё нужное, плюс оставаясь с детьми (хоть и почти взрослыми), которые учились в городе и редко выезжали на участок.
— Окей… Ладно, Лида, надо — значит надо, — сказал он сдержанно. — Только ты сама не надорвись там.
Вскоре она уехала на полгода. Сначала это казалось посильным, но затем пришло осознание: полгода без жены. Сергей старался держаться, благо на работе был завал, а на участке — вечная грязь и стройматериалы, времени скучать не оставалось. Но в глубине души, когда вечер укрывал небо, он чувствовал острую нехватку Лидиного плеча и её голоса.
***
Сергей и Лида вместе уже двадцать лет. Их старшему сыну — девятнадцать, учится в колледже, младшей дочери — семнадцать, готовится к поступлению. Квартиру в городе оставили детям, а сами чаще всего проводили выходные на будущей даче, хотя там пока условия спартанские. Для обоих родителей это было счастьем — наконец-то строить что-то своё.
«Зато дети будут со временем приезжать к нам на шашлыки, появятся внуки…» — грезила Лида. Сергей видел, как она горит от этой идеи, и решился поддержать. Но теперь, когда жены нет, ему приходилось решать всё одному, порой по ночам думал: «Может, зря затеяли такую махину?»
Тем не менее бригада работала, и иногда помогали друзья Сергея — соседи по дому или по гаражному кооперативу. Приносили пиво, водку, готовили ужин прямо на костре. Порой заезжала и давняя приятельница Сергея, Ксения, которая в молодости была в их общей компании. Ксения недавно развелась и теперь скучала. «Да что тут такого, просто общаемся по-дружески», — думал Сергей, когда она появлялась. Но друзья шутили, дескать, «осторожней, твоя жена далеко, а тут Ксюха в лучшей форме».
Самому Сергею подобные шутки были не по душе: он любил жену и не собирался что-то менять. Да, иногда Ксения «заходила с флиртом» — например, приносила свежие пирожки с загадочной улыбкой. Но Сергей отмахивался, не придавал большого значения.
Впрочем, когда Лида в очередной раз позвонила и услышала в трубке голос Ксении, ей стало не по себе. «Интересно, зачем Ксюшка зачастила?» — промелькнуло в голове у Лиды. Но супруг успокоил:
— Да перестань, она помнит меня сто лет, мы просто строим, обсуждаем дела… Не придумывай!
Лида поверила. Или сделала вид, что поверила.
***
На третьем месяце Лидиной вахты, когда строительные работы вышли на этап кровли, Сергей сказал жене:
— Может, приедешь на недельку? Посмотришь, как тут всё устроено. А то я боюсь без твоего чуткого глаза что-нибудь не то сделать.
— Не могу, Серёж, нас не отпустят, у нас контракт. До конца осталось три месяца, а сейчас самый пик, — огорчённо вздохнула она.
— Понимаю. Просто, тут… друзья приходят, Ксюха, и меня это всё напрягает. Я бы хотел, чтобы ты была рядом.
«Это он вслух признал, что вся эта компания его утомляет?» — Лида ощутила укол ревности, но и каплю радости: значит, муж сам понимает, что ситуация некомфортна.
Однако никаких серьёзных мер предпринять не удавалось. Лида не могла бросить вахту, а Сергей не умел запрещать людям приходить помогать ему. Ведь иначе стройка шла бы вдвое медленнее. «До меня доносятся слухи, что там каждый вечер собрание проходит… а может, все это преувеличено…» — думала Лида.
***
С приближением сроков завершения вахты Лида всё сильнее терзалась мыслями о супруге. В соцсетях она наткнулась на фото, где Ксения вместе с Сергеем у недостроенной бани. В подписи было «Отмечаем «конёк» крыши!». Лида почувствовала ком в горле: «Да, достраивают баню. Зачем им отмечать вдвоём?» Но на фото видно и других друзей. «Ладно, может, там целая компания…»
Насторожило другое: на некоторых снимках Ксения смотрела на Сергея таким взглядом, что Лида не могла ошибиться. Она видела в тех глазах явную симпатию.
«Надо бы в качестве сюрприза приехать…» — решила Лида, хотя вахта формально не была закончена. Но ей удалось выбить короткий отпуск — якобы необходимо решить срочные семейные дела.
Лида не сообщила никому — хотела посмотреть, как всё обстоит, пока её «внезапно нет».
***
Лида не сказала мужу ни слова о приезде, даже детям. Вдруг столкнётся с тем, что её ревность окажется беспочвенной. «Если всё в порядке, тихо уеду обратно» — планировала она.
Под утро приехав на дачу, Лида увидела, что вокруг тихо, калитка открыта. «Неужели уже все здесь, в такую рань? Может, бригада?» — подумала она. Но внутри дома никто не спал. Сама Лида прошлась по комнатам: пусто, немного прохладно.
Тогда она заметила дымок из бани, которую Сергей совсем недавно выстроил. Уже готовая парная, без отделки снаружи, но внутри — всё почти готово для банных процедур. «Значит, они там, а время семь утра…» — Лида нахмурилась.
Приблизившись к бане, она услышала громкое чоканье посуды и смех женщины. «Ох, парилка», — стукнуло в голове. Приоткрыв дверь предбанника, Лида остановилась как вкопанная: Сергей сидел за небольшим импровизированным столиком, на котором стояли бутылка шампанского и конфеты. Напротив него — Ксения в одном полотенце, волосы влажные, щеки раскраснелись.
— Да за тебя, Серёга! — провозгласила Ксюха и сделала глоток. — Вот это кайф: мы почти всё добили, завтра последний штрих, и баня готова к официальному запуску!
Сергей накинул на плечи какую-то старую накидку, по виду напоминавшую простыню. Он тоже отпил. Лида видела, как его лицо раскраснелось от жары и, наверное, алкоголя.
— Что ж… вот и всё. — мелькнуло у неё в мыслях, и она со звоном толкнула дверь пошире.
— Здравствуйте, — её голос прозвучал настолько громко, что Ксения чуть не выронила бокал.
— Лида?! — выдавил Сергей, вставая, поправляя ткань. — Ты… откуда?
— Оттуда, — бросила жена, смерив обоих холодным взглядом. — Развлекаетесь? Поздравляю с завершением стройки без меня. Вот так доверяешь мужу, а он в бане с другой.
Ксения надменно приподняла подбородок:
— Да ладно, Лида, чего ты врываешься, как фурия? Мы просто отмечаем, что всё готово. Ночью засиделись, вот и остались ночевать. Без задней мысли, если что.
— Без задней мысли? — передёрнулась Лида, замечая, что ее муж стоит босиком на мокром полу, а рядом полотенце… — Да я всё вижу. Сергей, может, объяснишь, кто эта женщина тебе?
— Лида, подожди, — начал он, — мы только что из парной вышли, там друзья были, они разъехались, Ксюха осталась помочь мне кое-что доделать… да мы… серьёзно… я ничего плохого не делал.
— Ничего плохого? Прекрасно. Значит, можно не мешать вам. Оставайтесь, продолжайте, — голос Лиды звенел от обиды. «Неужели я зря вкалывала, чтобы он тут пьянствовал с подругой в бане?!»
— Ну почему же, — Ксения набралась наглости, — Лида, заходи, раздевайся, вместе погреемся.
— Серьёзно, она что, издевается? — Лида покраснела от возмущения. — Наглая…
— Я сейчас всё объясню… — снова попытался вклиниться Сергей, но Лида перебила:
— Не надо!— брызнули слёзы у неё на глазах, но она тут же взяла себя в руки. — Всё понятно без слов.
Она резко развернулась и выбежала из бани, хлопнув дверь так, что хлипкая ручка едва не отскочила.
***
Спустя полчаса Лида сидела на корточках в доме, разглядывая мешки с цементом и краски. «Всё это теперь мне ненавистно. Здесь мой муж… и эта Ксюха…»
Вскоре дверь распахнулся, вошёл Сергей:
— Лид, ну прости, это... какое-то дикое недоразумение! — он посмотрел на жену умоляюще, пытаясь приблизиться.
— Недоразумение? — Лида горько усмехнулась. — Она у тебя тут ночует, сидит в бане, вдвоём?! А может, это я — недоразумение?
Сергей вздохнул:
— Да я сам не ожидал, что компания растянется до утра… Вроде ребята были, подшучивали… а потом кто-то уехал, кто-то уснул, я уже тоже собрался уходить, но Ксюша предложила выпить шампанского. Я устал, не сообразил… Просто засиделись. Ничего не было, клянусь!
— Ты думаешь, я поверю? — Лида попыталась подняться, но ей стало тяжело дышать. Нервы не отпускали. — Нет, Сереже, ты можешь уверять сколько угодно, но для меня всё ясно.
Он сделал неуверенный шаг к ней:
— Лидок, пожалуйста, подумай… Мы же всё это время были вместе. Ну да, я дурак, повёлся на эту «дружескую» движуху, может, поддался эйфории от окончания стройки. Но я люблю тебя, неужели ты готова рушить всё из-за ревности?
— Любишь? — сердце Лиды сжалось. — Нет, я не могу больше верить. Как я буду знать, что ты не повторишь подобного, когда я уеду снова?
— Не уезжай. Останься. Или давай я… придумаем.
Лида прикрыла глаза:
— Зачем? Да хоть мы построим этот дом, мне теперь противно думать, что именно здесь… — Она замолчала, боясь вслух произносить то, что рисовало воображение.
— Лида…
— Я говорю ясно: достраивать эту дачу я больше не хочу, — холодно проговорила она. — Делай что хочешь. Можешь жить здесь с Ксюшей, можешь друзей звать — меня это больше не волнует.
— Ты что, серьёзно?! — вскричал Сергей, видя её решимость. — Мы же столько сил вложили. Да и деньги… твои в том числе!
— Тебе же виднее, как их расходовать, — жестко ответила Лида. — А я ухожу… пока. Потом, может, подам на развод, если решу окончательно, — добавила она, и в глазах её была такая безысходность, что Сергей растерялся.
— Подожди, не руби сгоряча. Ведь был единственный эпизод, да и то… ничего не произошло. Давай к психологу сходить или к семейному консультанту. Я готов на что угодно, лишь бы ты простила меня.
Она горько усмехнулась:
— Прости, я в такие «волшебные» решения не верю. У нас больше нет доверия. А без него жизнь невозможна.
— Лида… — он медленно протянул руку, но она отстранилась:
— Не надо. Если любишь, оставь меня в покое. Я хочу побыть одной.
Сергей, выдохнув, отступил. Он понимал, что любая попытка настоять может обернуться ещё большим скандалом. И всё-таки в глазах у него читалась боль. «Разве всё кончено?» — думал он, но вслух не проронил ни слова.
***
Спустя два дня Лида уехала обратно на вахту, сообщив, что, возможно, продлит контракт на неопределённый срок. Дети оставались в городе, готовились к сессии; отец изредка навещал их, но с матерью они почти не пересекались.
Прошло несколько недель. В доме на участке стояла относительная тишина: и бригаду распустили, и друзья перестали наведываться. Сергей иногда пытался дозвониться до жены, но она отвечала односложно, ни на что не соглашаясь.
Тем временем Ксюша пропала из поля зрения: будто понимала, что её присутствие может стать катализатором новой вспышки. Наверно, она сама почувствовала угрызения совести.
В глубине души Лида ощущала, что у них с Сергеем ещё осталась какая-то надежда. «Может, время сгладит боль… Но смогу ли я простить?» — спрашивала она себя, плывя в ночной тишине чужого барака, где ей выделили «вахтовую» койку. «Если и примиримся, то уже не буду такой наивной. И жить в том доме, где он…»
Вздохнула и отложила эти мысли, спрятав лицо в подушку. Пока ей слишком больно. А потом, когда вернётся, они могут попытаться либо расстаться окончательно, либо пойти к консультанту, как предложил муж. «Но доверие… без него мы ничто.»
Так закончился тот отрезок жизни, когда Лида и Сергей вместе мечтали о даче — том самом уютном месте, которое стало теперь для Лиды воспоминанием о разочаровании. Будет ли новая глава — зависит от их способности преодолеть горечь.
Финал открытый, как сама жизнь.
Конец