В одной из недавних публикаций про креативные изыскания чиновников по поводу инициатив, стимулирующих россиян плодиться и размножаться с как можно более раннего возраста, завязалась отдельная дискуссионная ветка. Один комментатор (педагог) написала с сарказмом, что мы не дождёмся от нового поколения ранних детей, ведь в школах не осталось из прошлого вот этого
скрепного: мальчики не стремятся задирать подолы девочкам, хватать за интимные места, отпускать пошлые шуточки. Раньше было достаточно такого, а сейчас практически забылось уже
А другой комментатор (тоже педагог, но мужчина) сказал, что не стремятся,
потому что, если мальчик так сделает, то мама девочки через полчаса будет в школе размазывать его по стенке в кабинете директора
Дальше был долгий спор, в котором было много разного. Но в ходе этого спора меня заинтересовал и даже как-то травматично вернул в школьное детство один из аргументов, используемый педагогом-мужчиной. Что в его детстве всё это происходило, но при этом мужчина уверен, что это нормально, что не было в этом никакого подтекста, и что нормальные девочки это понимали и были не против:
Одна из игр была намазать руки мелом и оставить след пятерни на мягком месте. Носились с визгами в коридорах всё в мелу. И девочки вполне принимали такую игру и не считали это посягательством на их честь
А теперь женщины сами себя убедили, что это не норма
Мои одноклассницы в свои 12 лет были мудрее современных взрослых женщин. И понимали, что именно имеют в виду мальчики такими играми. Для 12ти летнего мальчика хлопнуть по попе девочку и сломать ей карандаш одно и то же. Шалость
Мужчин среди учителей немного, но они есть. Моя сегодняшняя публикация для них.
Была у меня в практике работы со школами одна история (она вообще не про шалости с с**суальным подтекстом, но я поясню, почему я её вспомнила). Итак, в классе есть полная девочка, и один мальчик начинает её высмеивать, используя слово «жирная». Она в слёзы, мальчик в смех. Ещё пару раз, и уже остальные в смех. Учителя не слышат или делают вид, что не слышат, или слышат, но тоже рассуждают так: «дети – они мудрые, любой ребёнок понимает, что под «жирной» имеется ввиду, это просто шалость». Наконец, находится один взрослый в школе, который видит, что происходит, и что это не нормально. Это социальный педагог. Она успокаивает девочку, потом приглашает мальчика. Рассказывает ему, что чувствует любая девочка, когда слышит подобные слова. Видимо, рассказывает красочно. Мальчик краснеет, опускает глаза и говорит, что вообще никогда не думал, что можно вот так переживать из-за какого-то «жирного» слова. Мы, говорит, с парнями между собой только так и общаемся. И идёт извиняться перед девочкой.
Так вот, читая мужчину-педагога, я в ужасе задалась вопросом, сколько их, мужчин, которым тоже никто ни разу не рассказал, что на самом деле чувствует девочка, если её по попе хлопнуть или юбку задрать. Она же в 90 процентах случаев хихикает, и только редкая что-то скажет или даст в глаз. И скольким бывшим мальчикам, а ныне мужчинам до сих пор кажется, что это признак того, что ей весело? Поэтому поделюсь зарисовкой из своего школьного детства.
В нашем классе тоже это было (я пошла в 1 класс в 1987). Тут надо немного раскрыть контекст. Я жила в провинциальном городе-почти-миллионнике. У него два берега и вот на одном из берегов отстроили вокруг авиастроительного завода новый огромный район, так и назвали Новый город. Туда съехались работники этого завода и обслуживающие инфраструктуру. В основном, рабоче-крестьянский контингент из близлежащих деревень. В моём классе с высшим образованием, кажется, был только папа одного мальчика, зачем-то переехавший к нам из Петербурга, постоянно из-за этого страдавший и в итоге всё равно уехавший. У некоторых ркбят в классе оба родителя или отец вечерами и выходными выпивали. Думаю, примерно картинка ясна.
В первом классе все были довольно невинны и напоминали пушистых жёлтых цыплят. Если у вас есть опыт деревенского лета с бабушкой и цыплятами, то вы знаете, что в какой-то момент весь пух у цыплят безвозвратно куда-то уходит, вылезают кривоватые перья. От невинности и «мимимишечности» не остаётся и следа. У нас так с мальчиками случилось как-то довольно резко после летних каникул. Во втором классе у большинства мальчиков в речи появился мат и неприличные анекдоты. В третьем тоже после лета в речи, шутках, разговорах появилась тема с**са. Тут же следом пошли и хватания за попы и задирания юбок.
Кстати, это происходило не с абсолютно всеми девочками. Меня и вторую отличницу не трогали. Мы считались ботаниками, нам в лицо это не говорили и не обижали, но было очевидно, что для совместного досуга на переменах мы не очень предпочтительны, у нас можно было списать, остальное - неинтересно. Ещё не трогали нескольких девочек, которые считались совсем стрёмными, настолько стрёмными, что озвучивалось, что лучше и не прикасаться – «заразишься». Ну и остаётся примерно 8 девочек, которых гоняли на переменах. Внешне, думаю, для взрослых, это выглядело, как «дети так играют». Девочки визжали, хохотали, бегали раскрасневшиеся. Но в кругу нас, девочек, конечно же произносили, что «сейчас опять начнётся» не просто без восторга, но с чувством противного.
И ещё я точно помню свои мысли: «Лишь бы не меня» и «Как они так это терпят и умудряются смеяться?» Помню, я как-то спросила: «Почему вы ничего им не скажете?», ответ был что-то вроде: «Кому? Этим обезьянам?», а сама я про себя подумала, а был ли бы толк, если бы меня и, если бы я сказала? Скорее всего, просто поржали бы в ответ. Это было настолько обыденностью, ритуалом перемен, а главное – это было на глазах взрослых. А раз взрослые не реагируют (максимум, могли сказать: «Не бегайте!»), значит, нормально. Поэтому у меня не было никакого плана, что делать, если и меня это коснётся. Казалось, что я просто сгорю от стыда на месте и стану «порченная».
И ещё я тогда для себя поняла, что одноклассницы просто делали вид, что это смешно, подыгрывали. Почему? Потому что как-то сразу лидерство в классе отошло к основной самой хулиганистой компании мальчиков, они эту культуру, где хлопнуть-шлёпнуть-задрать является нормой, шалостью, обыденным досугом и игрой, внедрили после лета в считанные дни. Никто не оспаривал.
Помню, что я как-то обсудила это с мамой. Сказала, что боюсь, если со мной так. А она сказала: «Пусть только попробуют, я тут же пойду в школу». А я сказала, что взрослые видят и так, но не останавливают. Мама меня успокоила, что, если будет нужно, найдёт слова, что ей всё равно что там наши учителя думают, она сумеет донести, что об этом думает она. И сказала, что я ни за что не должна делать вид, что это нормально, если меня коснётся.
А дальше было хуже. Классе в шестом у девочек начала проклёвываться грудь. И тут начался мой персональный ад. Нет, меня так ни разу никто и не тронул. Но это было какое-то перманентное эмоциональное напряжение. Меня каждый раз охватывал ужас, когда кого-то из девочек зажимали в углу. Я точно знала, что там их хватали за грудь, потому что результаты обследования тут же с гиканьем сообщались и традиционно сопровождались ржачем. А жертва выбиралась оттуда раскрасневшаяся и растрёпанная. Было видно, что стыдно и неприятно. Но… одновременно она и игриво улыбалась. Ведь это означало, что на неё обратили внимание романтически. Я не знаю, как это объяснить, но почему-то в моём классе это считалось «она нравится мальчикам». То ли класс такой подобрался, то ли возраст, то ли всё это вместе, плюс тёмные, безграмотные, с точки зрения, с**спросвета времена, когда родители не разговаривали с детьми, пропадая на рынках и зарабатывая на хлеб.
Я точно знаю, что моим одноклассницам это тоже не нравилось, возможно, они не испытывали такого же ужаса, просто потому что уже столько раз через это прошли, стратегия «постепенной варки лягушки» ведь так и работает, когда градус растёт постепенно, от шлепка по попе до хватания за грудь в перспективе нескольких лет, ты не испытываешь того же шока, если последнее испытать сразу. К тому же в классе воцарилась какая-то странная культура, в которой как будто даже признаться, что тебя это тяготит, но ты терпишь, было стыдно. Проще делать вид, что это признак симпатии и хихикать.
Но со мной-то дома разговаривали. Про мои границы и про то, что у меня трогать без согласия ничего нельзя, мне рассказывали с 5 лет. Я цепенела каждый раз, когда наблюдала очередную картину зажимания в углу. Это всё также происходило не со всеми девочками, хотя и с большинством. Также мы знали, что мальчишки говорят о них, как о легко доступных. Хотя это были обычные девочки, почему-то закрепившие вот такую модель общения с противоположным полом. Никто из них позже не скатился совсем уж сильно, из них просто ничего особо не получилось, но тем не менее завели кто семьи, кто просто детей. А вот из тех мальчишек, кстати, сейчас живы не все.
Ещё очень хорошо помню, как внутри меня формировался паттерн поведения «морда кирпичом». Зная про эту «шалость» с зажиманиями в углу, я страшно боялась остаться одна вблизи мальчиков или идти мимо там, где их много, а я одна. Когда это всё же приходилось делать, помню, как я всеми силами делала «морду кирпичом». О том, чтобы понравиться не было и речи, мне кажется, я интуитивно вся камуфлировалась, как только могла, в самый отталкивающий образ. Лишь бы никому не пришло в голову меня никуда зажать. И это работало. Даже не помню, чтобы меня хотя бы раз оскорбили или намекнули в мою сторону про что-то пошлое. Но находиться в этом тоже было довольно травматично, ты всё равно постоянно знаешь, что это может произойти в любой момент, и никто, ни одни взрослый не отреагирует.
После 9 класса все описанные мальчики ушли, все описанные девочки тоже. Тех из нас, кто остался, перемешали с другими 10-классниками. И это был другой мир. Оказалось, что с мальчиками можно о чём-то разговаривать, спокойно находиться в одном пространстве и не избегать. Потом был вуз, а там я оказалась сразу на какой-то другой планете, там были совершенно классные ребята, культ интеллекта, лингвистики и невероятных планов на будущее. Но это уже совсем другая страница.
Я уверена, что найдутся комментаторы, которые напишут, что девочки из моего детства виноваты сами. Для меня было бы довольно болезненно это услышать, но я знаю, что это будет. И ещё кто-то, как уже ранее это было в текстах про ранний с**с, напишет, что девочки в 12 лет уже сами всё хотят, против природы не пойдёшь, потому они и хихикали радостно. Я абсолютно убеждена, что это не так. Ничего они не хотели. Более того, мне даже казалось, что среда этих девочек словно насильно толкала в раннее созревание. Отстранённые учителя, выгоревшие, голодные (в моём городе, к слову, несколькими годами позже будут происходить самые тяжёлые голодные забастовки учителей). Вечно отсутствующие родители. У многих тяжёлая обстановка дома. Девяностые годы, депрессии, алкоголизм. Помню, в какой-то момент у моих одноклассников начали разводиться родители одни за другими. Даже помню самый первый развод у одной девочки во 2 классе. До этого мне казалось, что семьи могут распадаться только из-за смерти. Я думала, что ведь у неё дома произошла катастрофа, цунами, пожар, а она ходит, ест, улыбается. Нас многих так учили. Несмотря ни на что, делать вид, что всё нормально. Даже если тебе задрали подол или зажали в углу. Не выноси никакого грязного белья ни из дома, ни из души. Делай вид, что всё нормально. Хохочи. Так можно ещё сильнее всех запутать.
Если вы родитель или учитель, вы являетесь значимым взрослым для какого-то количества детей. Пожалуйста, не опускайте глаза. Не успокаивайтесь, если слышите смех, не цепляйтесь за версию, что раз хохочут, значит, шалость. Не нормализуйте никакие шлепки, хватания ни за какие места, ни в каком возрасте, даже если уверены, что пубертат ещё не должен был наступить и никакого подтекста нет. Наоборот, расскажите детям о границах и о том, что весело должно быть всем и что хорошо бы уточнять у другого, можно ли его трогать, даже при желании просто взять за руку. Странно в наше время просвещенности это даже озвучивать, но вот идишь-ты, приходится.
PS а потом через пару дней после публикации я посмотрела комментари. Почти в каждом женском комментарии - да, было так же и это омерзительно. В большинстве мужских комментариев кромешный ад. Они так и не выросли из 12-летних штанишек и пытаются нас убедить, что наши чувства были неправильные. Вместо «хорошо, что вы эту тему подняли, я и не знал, что творилось в душах девочек, я сделаю все, чтобы рассказать своему сыну» они вьются ужом, доказывая, что то, как было - нормально, а то, как сейчас, когда этой мерзости нет в школах, это ненормально. Да-да, вчитайтесь в мужские комментарии и вы, педагог, цитаты которого я привела в статье. Вам нравится их хамство и отношение к женщине как к ничтожеству? Так вот, когда им было по 12 лет, такой же педагог, как вы, вовремя не сделал им замечание, отмахнувшись, «это шалость». И вот что выросло. Вы своим игнорированием вместе с их родителями это и породили.
Про книгу «Травля: со взрослыми согласовано» можно узнать тут.
Неравнодушных педагогов и осознанных родителей я приглашаю в Телеграмм-канал «Учимся учить иначе» и в MAX-канал «Учимся учить иначе».