Глава 1. Добро пожаловать в реальность, которую невозможно придумать
Если бы существовал чемпионат по запретам, Афганистан выиграл бы его всухую. Здесь женщинам запрещено почти всё.
Выходить на улицу? Только с мужчиной. Любым не получится — должен быть родственник. Брат, муж, отец, дедушка, дядя, племянник, сын. Представьте, что у вас никого нет. Поздравляю — вы теперь заперты дома, и не на неделю, не на месяц, а пока что-то не изменится.
Учиться? Нет.
Работать? Нет.
Выйти на балкон? Зачем?
Посмотреть в окно? Только если не боитесь проблем.
Ладно, скажете вы, но ведь мы живем в XXI веке! Можно же почитать книгу, посмотреть новости, изучать что-то онлайн.
А теперь угадайте, кого не должно быть в книжках, фильмах и на экранах телевизоров? Правильно. Женщин. Даже в рекламе нельзя. Даже голосом что-то озвучивать. Даже интервью давать. Потому что зачем?
Рядом с вами не XXI век. Это что-то среднее между мрачным средневековьем и жестким анекдотом. Только смеяться почему-то не хочется.
Глава 2. «Это не запреты, это забота»
Любая диктатура любит представлять ограничения как нечто полезное. Афганистан не исключение.
Женщинам нельзя выходить одним? Это для их же безопасности.
Нельзя учиться? Им незачем.
Нельзя работать? Мужчины должны обеспечивать.
Нельзя появляться в парке? А зачем ей парк?
Нельзя ездить на велосипеде? Вот тут вообще классический аргумент: «А вдруг у нее что-то сместится в организме?»
Запреты объясняются не логикой, а набором мифов, которые твердят годами, и в какой-то момент все начинают в них верить.
И когда женщин спрашивают: «Почему вы с этим миритесь?», ответ обычно один: «А кто нас спрашивает?»
Глава 3. Обычный день афганской женщины
Утро.
Просыпаемся. Заглядываем в окно. Вспоминаем, что выглядывать нельзя. Отходим подальше.
На завтрак — чай и лепешка. Как вчера. Как неделю назад. Как месяц назад.
День.
Надо выйти в магазин. Где мой сопровождающий? Муж ушел на работу, брат живет в другом городе, сыну всего три года. Отлично. Ведем его с собой. Теперь он — мой охранник.
Одеваем паранджу. Закрываем лицо. Закрываем даже руки, потому что нельзя показывать кожу.
Идем быстро. В магазине нельзя разговаривать с продавцом, можно только указать пальцем на нужную вещь. Если что-то не подошло, придется вернуться домой и отправить за обменом мужчину.
Подруга пишет: «Приходи, посидим». Отличная идея. Только вот с кем мне туда идти? Некому меня сопровождать. Значит, сижу дома.
Вечер.
Телевизор? Женщин там больше нет.
Книги? Если попадется «неправильная», будут проблемы.
Гулять во дворе? Только если никто не увидит.
Ложимся спать. Завтра будет новый день. Такой же, как этот.
Глава 4. Быть мужчиной в Афганистане — это тоже не подарок
Казалось бы, вот он, рай: мужчины могут всё, им никто не запрещает, им доступны любые занятия.
Но вот реальность.
Если женщина в семье что-то нарушила, отвечать будет мужчина.
Если жена вышла без паранджи — муж виноват.
Если дочь засмеялась на улице — отец виноват.
Если сестра спросила, почему она не может учиться — брат виноват.
Женщина может даже ничего не сделать, но кто-то скажет, что она сделала. Виноват мужчина.
Но самое интересное — это отсутствие выбора. Захочет ли мужчина, чтобы его жена работала врачом? Может быть. Но разрешат ли ему это? Нет. А если попробует поспорить, то напомнят, кто здесь решает.
Так что «главенство» мужчин — это такая же клетка, просто побольше размером.
Глава 5. Куда исчезли школы и университеты?
В 2021 году талибы заявили:
— Женщины смогут учиться, никто не против.
Через месяц:
— Мы временно закрываем школы, но это ненадолго.
Еще через полгода:
— Мы изучаем программу, чтобы сделать ее «соответствующей».
Потом закрыли и университеты.
Теперь девочки учатся только до шестого класса. А дальше? Дальше — ничего.
Но в Афганистане есть те, кто с этим не смирился. Люди открывают подпольные школы. Они работают в квартирах, в мечетях, в подвалах. Учителя рискуют, ученицы рискуют.
Власти об этом знают. Иногда школы находят и закрывают, но на их месте открываются новые. Потому что если не учить девочек, то однажды страна останется без учителей, врачей, журналистов.
Хотя, кажется, именно этого и добиваются.
Глава 6. Чем заняты женщины?
Итак, если женщина не может учиться и работать, чем же она занимается?
— Домашним хозяйством. Это не просто обязанность, это вся жизнь. Готовка, уборка, уход за детьми.
— Рукоделие. Вышивка, вязание, шитье. Можно даже продать, но только через мужчину.
— Подпольная работа. Те, кто выучился до 2021 года, продолжают преподавать, лечить, писать статьи. Тайно, конечно.
Но если честно, главное занятие афганской женщины — не попасть в беду. Нужно одеваться правильно. Говорить правильно. Смотреть под ноги. Не задерживаться на улице. Не задавать вопросов.
Просто не выделяться.
Глава 7. Кабул — город, в котором стало меньше звуков
Еще недавно Кабул был шумным и многолюдным. Здесь были кафе, кинотеатры, концерты.
Теперь женщин на улицах почти не видно. Те, кто выходят, идут быстро, не поднимая головы.
В ресторанах сделали отдельные зоны для женщин. Там пусто, потому что женщины редко выходят из дома.
Торговые центры теперь заполнены мужской одеждой. В женских магазинах почти ничего нет — выбора просто не осталось.
Постепенно город становится серым. Тихим. Вымершим.
И это только первая половина истории. Потому что чем дальше, тем больше вопросов, которые хочется задать. Например: а что делает мир, пока это происходит? И есть ли вообще выход?
Глава 8. Мир осуждает, но дальше что?
Когда в 2021 году талибы снова пришли к власти, мировое сообщество, как водится, нахмурило брови.
ООН глубоко обеспокоилась.
Amnesty International выразила тревогу.
Политики в Европе и Америке сказали, что это недопустимо.
И на этом, в общем-то, всё.
А в Афганистане в это время женщины складывали свои университетские тетради в ящики, убирали подальше дипломы и привычно закрывали двери.
Когда в стране официально объявляют, что женщины больше не имеют отношения ни к образованию, ни к работе, ни к общественной жизни — это громкий сигнал. Но за границей его слышат, как отдалённый шум, вроде ремонта у соседей: сначала раздражает, потом привыкаешь, потом уже не замечаешь.
Сначала все говорят:
— Как же так, это ужасно!
Потом:
— Мы требуем немедленных действий!
А через полгода:
— А что там в Афганистане, кто-нибудь слышал?
А слышно одно и то же.
Женщины выходят на протесты — их разгоняют.
Девочки учатся в подпольных школах — школы закрывают.
Кто-то пытается сбежать — получается далеко не у всех.
Но сбежать всё же пытаются.
Глава 9. Великий побег, который почти невозможен
Если вы женщина в Афганистане, то выбраться из страны — это квест с уровнем сложности «почти нереально».
Во-первых, нужен мужчина, который разрешит уехать. Да, разрешение отца или мужа. Просто взять и купить билет не получится.
Во-вторых, нужен паспорт. А вот тут проблема. Теперь женщинам почти невозможно получить загранпаспорт, да и национальный тоже.
В-третьих, нужна страна, которая согласится принять. И если у вас нет связей, денег или родственников за границей, то куда?
Когда американцы уходили из Кабула, тысячи людей отчаянно пытались попасть в последний самолет. Кто-то успел. Кто-то — нет.
Зарифе Гафари повезло.
Она была мэром города. Лично выстояла несколько покушений. В какой-то момент ей сказали:
— Ты следующая.
И она поняла: сидеть на месте больше нельзя.
Она схватила семью, прорвалась в Пакистан, потом в Германию. Теперь живёт в безопасности.
А тысячи других женщин остались.
Потому что бежать больше некуда.
Кабул изменился. Он больше не город, он — большая тень.
Всё, что здесь есть, должно быть незаметным, бесшумным, бесформенным.
И женщины в этой тени живут.
А вы бы смогли так жить?
❤️ Надеюсь, вам понравилось! Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые статьи, и жмите лайк — мне будет приятно! 👍🏼