— Мама… Кто это?! — Ольга вцепилась в фотографию, в рядах военных среди незнакомых лиц — его лицо. Точь-в-точь ее сын. Внешность статного военного в точности повторяла черты лица ее 19-летнего Димы.
Лидия Петровна побледнела, но взяла фотографию из рук дочери. Сделав вид, что внимательно ее рассматривает, она пыталась собраться с мыслями. Наконец, отложив изображение, спокойно сказала:
– Что ты выдумываешь, Оль? Фото потертое, ему почти 70 лет! Как тут можно что-то рассмотреть? Обычные мужчины, одетые в армейскую форму!
Александр Сергеевич тоже заинтересовался фотографией. Хотя именно он и стал виновником этого любопытства. Ему была знакома история этого снимка, он знал и о том, кто на нем изображен. Но слова дочери впервые заставили его обратить пристальное внимание на одного из солдат.
– Лидушка, фотография прекрасно сохранилась. Тут все отчетливо видно. Раньше я просто не обращал внимания. Да, Иван в молодости, действительно, копия нашего Димки! Я согласен с дочкой.
Он отложил фото в сторону и внимательно посмотрел на жену, с которой прожил более полувека. И тут его поразила страшная догадка, впрочем, такая же мысль пришла в голову и его дочери. Почти одновременно они воскликнули:
– Ты ничего не хочешь нам рассказать?
А Лидия Петровна уже схватила старинное фото и дрожащими руками пыталась вставить его в прорезь фотоальбома. Сейчас она была уверена: если спрятать снимок подальше, то удастся избежать ответа за ошибки прошлого.
Димка, который, кстати, и достал этот фотоальбом с интересом наблюдал за родственниками. Он понимал: его семья не так проста, как кажется. Видимо, он случайно открыл какую-то тайну.
А еще несколько минут назад ничто не предвещало беды. Семья Корневых мирно сидела за праздничным столом. Лидия Петровна, Александр Сергеевич, их дочка и внук собрались, чтобы вместе отпраздновать 23 февраля.
Дело в том, что этот праздник в семье почитали даже больше Нового Года. Глава семейства Александр Сергеевич был военным в отставке. Он всю свою жизнь провел на службе и только несколько лет назад осел дома.
Возраст, здоровье уже не позволяли ему отдавать долг стране. Пришла очередь Отчизны позаботиться о своем бравом солдате.
Дочка подарила отцу роскошный бритвенный набор. Она чмокнула своего любимого папку в щеку и пожелала крепкого здоровья и долголетия. А внук Димка с гордостью вручил рамку для фотографий. Он сообщил, что сделал ее своими руками и попросил деда вставить в нее самый любимый снимок.
Александр Сергеевич, конечно, не мог оставить просьбу внука без внимания. А потому попросил его достать старый фотоальбом с антресолей. В нем хранились фотографии его прошлых лет.
С особым трепетом он извлек один из снимков и рассказал семье, что больше всего ценит именно этот. Здесь он снялся вместе со своими однокурсниками. Молодые курсанты только что сдали последние экзамены. Теперь их дороги расходились.
Рассматривая фото, Александр Сергеевич рассказывал семье историю каждого выпускника. С большинством он переписывался, с некоторыми виделся, а потому, многое знал о тех, с кем учился.
Только об одном курсанте он ничего не знал. С сожалением Александр Сергеевич говорил:
– Ванька – хороший был курсант. Дисциплинированный, ответственный, вот бы с кем я пошел в разведку. Но как сложилась его судьба, не знаю. Он пропал из вида.
Мне известно только, что его отправили служить на границу. А уже потом мы не виделись. Кто-то из наших ребят говорил, что Иван попал в плен, а потом стал врагом для своего же народа.
От него отказались даже родственники. Впрочем, это непроверенные сведения. Возможно, Иван жив-здоров и просто оставил военную службу. Есть и такие, кто выбирает гражданскую жизнь.
Его слова заинтересовали внука. Димка взял фото, чтобы как следует рассмотреть внешность курсанта, о котором говорил дед. Он-то и заметил, что этот солдат напоминает его самого.
Своим открытием он тут же поделился с матерью. Ничего плохого Димка не хотел. Он со свойственной ему непосредственностью сказал:
– Мам, глянь! Этот Иван похож на меня, ну, или я на него. Я читал, что у каждого человека есть двойник. Наверное, мы двойники! Жаль, что никто не знает, где этот Иван. Я хотел бы с ним увидеться, чтобы посмотреть, как я буду выглядеть в старости, – Димка засмеялся.
А мать тут же забрала фото из его рук и стала пристально вглядываться в черты курсанта. Она не посчитала схожесть Ивана и своего сына случайностью. А потому задала матери вопрос.
Смятение, растерянность, испуг Лидии Петровны доказал Ольге: она права в своих догадках. Но теперь предстояло узнать правду.
А Лидия Петровна уже укладывала старое фото на место. Но ее остановил супруг. Сдержанно, но строго он приказал:
– Давай, Лида, рассказывай. Объясни мне, что происходит? Получается, что Димка-то наш – родственник этого Ивана, а вовсе не мой внук?
Голос Александра Сергеевича стал грозным. Димка присмирел. Он уже был не рад, что подарил деду рамку и стал виновником этой конфликтной ситуации.
А Лидия Петровна вдруг покраснела и тихо заговорила:
– Саш, ты же знаешь, я в молодости встречалась с Ваней. А потом он отправился на границу и перестал мне писать. Я тогда и ответила на твои ухаживания, ему на зло. Думала, пусть кусает себе локти. А оно, видишь, как все вышло. Кто же мог подумать?
– То есть ты сейчас хочешь сказать, что я всю жизнь воспитывал чужого ребенка? – закричал Александр Сергеевич, – Оля – не моя дочь?!
Александр Петрович вдруг побледнел, схватился за грудь и стал медленно оседать на пол.
Ольга испуганно подбежала к отцу, она пыталась привести его в чувство, но ничего не получалось. А бледный Димка уже вызывал скорую. Он корил себя за то, что стал причиной такого финала.
Ну, вот, кто его просил дарить эту рамку? Неужели он не мог выбрать другой подарок?!
Скорая прибыла практически мгновенно. Но помощь уже была не нужна. Работники службы признали: пожилому мужчине уже никто не сможет помочь.
Ольга рыдала. Но она находила в себе силы упрекать мать. Ее слова больно ранили Лидию Петровну. Но она с достоинством выслушивала дочь. А та не стеснялась в выражениях:
– Мама! Как ты могла? Из-за тебя не стало папы! Для меня именно он – отец! Я так его любила! Мы были так близки! Мама, ты лишила меня самого близкого человека.
Растерянный Димка бегал со стаканом воды от матери к бабушке. Он пытался их успокоить и одновременно просил прощения за то, что сделал. Он считал, что именно он виновен в скоропостижном уходе горячо любимого деда.
А потом потянулась череда горестных хлопот. Требовалось организовать прощание на высшем уровне. Все-таки Александр Сергеевич был уважаемым человеком. Проститься с ним пришли его сослуживцы, друзья, молодые курсанты, которых он обучал в последние годы жизни.
Но и эти печальные мероприятия закончились. В доме Корневых установилась гробовая тишина. Никто ни с кем не разговаривал. Дочь считала, что мать виновата в том, что отца не стало. Димке было стыдно за свой подарок. Он чувствовал свою вину. А Лидия Петровна просто не знала, как жить дальше.
Спустя какое-то время Дима решил, что так больше продолжаться не может. Пора покончить с этими тайнами. Он сообщил матери и бабушке о намерении начать поиски пропавшего Ивана. Он вдруг посчитал, что должен узнать о судьбе своего настоящего деда.
Бабушка только отмахнулась. Она сказала:
– Его уж и в живых-то нет, скорее всего! Иначе бы давно он объявился. Сколько лет прошло!
Но Ольга поддержала сына:
– Попробуй, сынок, узнать. Ты ведь умеешь пользоваться всеми этими программами. Мне тоже интересно, что случилось с моим настоящем отцом. Как-то не хочется думать, что он – подлец и просто сбежал от ответственности.
Услышав такие слова, Лидия Петровна запричитала:
– Иван никогда не был подлецом или мерзавцем. Мы хотели пожениться. Но у военных не все так просто. Это на гражданке: захотел, в ЗАГС пошел, захотел – в цирк. А Ване было нужно выполнить приказ руководства. Потому он и уехал. Не мог он сбежать.
– Почему же ты не искала его, мама? Разве тебе не хотелось самой узнать, куда он делся? Тем более ты была в положении!
– Олечка, да ты, пойми, такие были времена! Меня бы ославили на весь город. Да меня бы родители прибили просто. Где это видано: незамужняя девка порчена? А жениха-то и нет! Стыд-то какой!
Я ведь хотела жизни себя лишить. Да ты удержала. Думала, как я возьму такой грех на себя? Лишу жизни еще и не родившееся дитя? Вот и поддалась на уговоры Саши. Он ведь за мной тоже ухаживал. А как Ивана отправили на задание, так и вовсе проходу не давал!
Испугалась я. Испугалась позора. Ничего ему не сказала. Замуж выйти согласилась. Уж как он был рад! Но жили мы хороши.
Я никогда не давала повод усомниться в моей любви. А потом и в самом деле полюбила Сашу. Он был замечательным мужем и отцом. Во всем мне помогал, хотя и сам уставал на службе.
К кроватке вставал по ночам, пеленки стирал, памперсов-то тогда не было, за молочкой в очередях стоял, не спал, когда ты болела. И обо мне заботился. Волновался, поела ли я, выспалась ли.
Ты прости меня, дочка, что так получилась. Только я виновата в том, что Саша ушел. Это мне наказание. И жить мне с этим грузом до самых последних лет. А у него я уж на том свете прощения попрошу!
Лидия Петровна хотела обнять дочь. Но та сразу же отступила и твердо сказала:
– Нет, мама. Я не могу тебя простить. Только посмотри, к чему привел твой обман! Расплата за ошибки настигла тебя в старости! Как ты будешь жить с этим грузом?
Она отступила назад еще на один шаг и обратилась к сыну:
– Дима, принимайся за поиски. Надо найти этого Ивана. Хотя бы узнаем, что с ним случилось.
И Димка с энтузиазмом приступил к поискам. Ему пришлось делать запросы в воинские службы, рыться в архивах, встречаться с бывшими сослуживцами своего деда.
В хлопотах его горе притупилось. Но он помнил о деде. В мыслях он просил у него прощения и говорил:
– Дедушка, ты ведь все равно останешься моим любимым дедушкой! Но нужно найти Ивана. Маме тяжело от мысли, что ее настоящий отец мог быть подлецом.
А Ольга совсем перестала общаться с матерью. Она тосковала по своему отцу. Они всегда были особенно близки. Это ему она доверяла свои первые девичьи секреты, ему и призналась, что на свет появится Димка. И именно он ее поддержал.
Ольга всегда жила вместе с родителями. Но никогда не чувствовала себя лишней или ненужной. Ее сын, воспитанный Александром Сергеевичем, вырос очень хорошим человеком. Он был серьезен и ответственен не по годам.
Ольга была уверена: Димка обязательно найдет следы безвестно пропавшего Ивана. Она подготовилась к самой горькой правде. Женщина считала: истину нужно установить в память о том, кто воспитал ее и заменил родного отца.
И поиски увенчались успехом. Диме удалось узнать о судьбе Ивана, его настоящего деда. Открытие поразило его. Оказалось, что он жив и проживает в соседнем городе.
Дима сразу же поделился новостью с матерью и бабушкой. Но неожиданно встретил сопротивление. Ольга изменила решение узнавать что-то о своем настоящем отце. Теперь она считала, что так предаст память о том, кто ее воспитал.
Лидия Петровна также попыталась удержать внука:
– Не вороши прошлое, Дим. Мало ли что мы там узнаем. Иногда лучше ведь не знать. Так жить легче. Жив он и хорошо. У него ведь своя жизнь. Тоже ведь, наверно, семьей обзавелся. Ни к чему причинять боль еще и его родным.
Но Димка с упорством, свойственном молодости, решил узнать все до конца. Он раздобыл адрес этого Ивана и в первые выходные отправился в соседний город.
19-летний юноша очень волновался. Он даже не понимал, что чувствует на самом деле. Все его эмоции смешались. Но любопытство все-таки взяло верх. И вот Дмитрий очутился перед дверями квартиры, в которой по его предположениям, проживал дед.
Длинный звонок. Молчание за дверями казалось вечностью. Но вот послышались шаги. Дверь распахнулась.
На пороге стоял Иван. Седовласый мужчина с военной выправкой смотрел на незнакомого юношу сквозь очки и спрашивал:
– Доставка? Я вроде ничего не заказывал. Вы, наверно, к Леночке? Леночка! Тут к тебе кавалер пришел!
Дима смотрел на своего деда и не знал, как начать разговор. В итоге он тихо сказал:
– Я не к Леночке. Я к вам. Вот, посмотрите, – Димка протянул Ивану стопку старых фото и писем от бабушки.
Послания он нашел еще раньше, роясь в документах. Здесь его бабушка признавалась Ивану, что станет матерью. Она писала своему возлюбленному, что тоскует по нему и сетовала на отсутствие ответов с его стороны.
Эти письма так и не были отправлены. Видимо, бабушке не удалось узнать адрес Ивана. Всю свою жизнь она хранила исписанные листы в самой глубине шкафа.
Иван поправил очки и взял стопку, протянутую Димой. Он читал письма, рассматривал старые фото и то бледнел, то краснел. Молчание нарушил Дима:
– Смотрите, на этом фото сняты вы. А теперь посмотрите на меня. Я – ваша копия! Вы поняли, что я хочу сказать?
– Ох, да что же мы на пороге-то стоим? Заходи, молодой человек, будем знакомиться.
Иван выслушал Диму. Его откровения поразили его. Он сказал:
– Я ведь и не знал, что у меня есть дочь. А ты, значит, мой внук? Да, дела!
– Да что же с вами случилось, Иван Григорьевич? Вы уж простите, как-то не могу вас дедушкой назвать! – нетерпеливо спрашивал Дима.
– Да что со мной случилось? Трудные были времена, Дмитрий, непонятные. Отправили меня на границу. Я должен был вернуться через месяц. Я ведь знал, меня Лида ждет. Она меня крепко любила. Светилась, когда смотрела на меня. Да и я ее любил.
А на границе послали меня на задание. Взяли в плен. Был я там целых два года. Конечно, я не мог ей писать. Все думал: вот освобожусь, поеду к Лиде. Все молился, чтобы она дождалась меня.
А потом обвинили меня в измене Родине. В плену ведь был, сам понимаешь. Тогда не разбирались особо, что да как. Выслали меня за 101 км, как сейчас говорят.
Несколько лет я жил в глухой деревне, в Сибири. Там и женился. Детьми обзавелся. Но о Лидочке я всегда помнил. Просто не хотел ей судьбу ломать. Если бы она была со мной рядом, то тоже стала бы врагом и изгнанником.
Что я мог ей дать? Я решил: поплачет и забудет. Она молодая, красивая девушка. Выйдет замуж. Желал ей счастья. Теперь молил, чтобы она забыла обо мне, не портила себе жизнь.
А потом меня оправдали. Разрешили вернуться в родные места. Но что я уже мог сделать? У меня была своя семья, дети уже подрастали.
Через знакомых узнал: Лида замужем, и дочка у нее есть. Успокоился. Значит, забыла меня. Устроила свою жизнь. А оно вон видишь, как получилось. Да, дела, – повторил Иван.
Дима рассказал ему о своем деде, о причине его скоропостижного ухода из жизни. На глазах юноши появились слезы. Иван понял, как тяжело его обретенному внуку. Он обнял его и сказал:
– Ты ни в чем не виноват. Запомни это. И бабушка твоя не виновата. Она не смалодушничала. Времена такие были. Мы зависимы от чужого мнения. Порой делаем так, чтобы нас не осудили. Для нас важно, что о нас подумают. И сейчас ведь это так! А с мамой своей поговори. Я хотел бы с ней встретиться. Все-таки дочь.
Наконец Дима отправился на вокзал. В дороге он представлял свой разговор с матерью и бабушкой. Но не знал, как им все рассказать. Он решил действовать по ситуации.
Дима приехал как раз к ужину. Мать и бабушка сидели за столом. Они не разговаривали друг с другом. На тумбе в траурной ленте стояла фотография Александра Сергеевича. Казалось, он с укором смотрит на свое молчащее семейство.
Дима первым начал разговор:
– Я думаю, дедушка бы не хотел, чтобы мы все тут поссорились. Я нашел Ивана. Я даже был у него и познакомился с ним. Он приглашает нас всех в гости. Давайте, поедем, познакомимся. Он хороший человек.
Услышав слова внука, Лидия Петровна заплакала. Она была рада, что жив тот, кого она любила в молодости. А мать покраснела и гневно сказала:
– Я потеряла своего настоящего отца. А новый мне не нужен! И, да, мама! Завтра я съезжаю. Буду жить на даче. А Димка – уже взрослый. Пусть сам решает.
Бабушка посмотрела на свою дочку и спокойно ответила:
– Наверно, так будет лучше. Дима, я тоже не поеду к Ивану. Теперь у каждого из нас своя жизнь. И я наказана ею. Проведу свои последние дни одна, без тех, кого люблю больше всего на свете.
Не упустите – ещё одна история, которая заставит вас задуматься: