Многие авторы, создавая свои миры, останавливаются из-за тех или иных ограничений. Джордж Лукас снял классическую трилогию, но уперся в несовершенство спецэффектов и ждал больше пятнадцати лет, прежде чем снял трилогию приквелов. А вот Джорджу Миллеру пришлось ждать целых тридцать лет…
В 2015 году на экраны вышел «Безумный Макс: Дорога ярости» - четвертый фильм постапокалиптической франшизы «Безумный Макс». Одновременно и продолжение, и перезагрузка, четвертая часть стала новой вехой в истории этого киноцикла.
Очередные приключения Макса Рокатански – на этот раз в исполнении Тома Харди - в безжизненной австралийской пустыне теперь выглядят именно так, как хотел Миллер, снимая вторую и третью части – вычурно, безумно, ярко и не всегда логично. Персонажи стали еще более комиксными, гротескными и фантастичными. Зато сумасшедшее, карнавальное действие теперь достигло космического уровня красоты и размаха – ведь бюджет нового фильма в полтора раза больше сборов успешнейшей первой ленты.
Еще одна особенность «Дороги ярости» - наличие второго сильного героя, не уступающего главному. Это воительница пустошей Фуриоса в исполнении Шарлиз Терон. Она не только дополняет (местами затмевая) Макса, но и сильно расширяет мир – до этого в нем существовали только Макс и злодеи, остальные, вне зависимости от экранного времени и уровня актеров, были только массовкой. Не удивительно, что стремящийся к расширению вселенной Миллер снял про Фуриосу отдельный фильм-приквел.
«Фуриоса: Хроники Безумного Макса» вышла в 2024 году, но прошедшее время никак не ухудшило результат – предыстория плоть от плоти «Дороги ярости». Противостояние главной героини в исполнении Ани Тейлор-Джой и предводителя байкеров Дементуса в исполнении Криса Хемсворта сняты точно также, как и предыдущий фильм – максимально ярко, динамично и красиво.
В итоге, Джорджу Миллеру удалось снять продолжение старой франшизы, при этом не испортив ее и не загубив – коммерческий успех этих двух так тяжело давшихся автору фильмов (а «Дорога ярости» была в работе с 1997 года!) тому пример. И хотя это совсем не то кино, что было в восьмидесятые, но это не мутация, а эволюция.