Целого питона!
Они как будто уже не знают, куда бы пристроить бюджет…
Первые впечатления:
Режиссура равноценна голосам. Не в хорошем смысле.
Но сначала о приятном.
- Путь зрителя усыпан розами!
В буквальном смысле. Видите икебану на лестнице? И на втором этаже такая же
Правда, туда еще надо дойти…
На первом этаже вас встречает рентгеновский аппарат, как в аэропортах. Вы кладете туда сумку… Но обратно не получаете. Эта замечательная машина выталкивает ваши вещи прямо на пол.
А он, между прочим, каменный.
А в сумке, между прочим, фотоаппарат, телефон, бинокль – эти устройства не любят потрясений.
- Спектакль сократили:
Вместо запланированных 4 часов 15 минут – всего 3 часа 40 минут. И один антракт вместо трех!
Правда, забыли предупредить капельдинеров. Они бодро сообщали гражданам, что антрактов два. Вообще, я не исключаю здесь «плавающего курса», в зависимости от того, насколько значимому лицу надо успеть вечером на Красную стрелу.
- Начало задержали меньше, чем на полчаса.
Время детское, сами понимаете…
Декорации
Они настоящие, никаких новомодных видеопроекций.
Правда, не факт, что сделаны руками.
Выглядят, как штамповка на 3D-принтере.
Зато передвигать их приходится дедовским способом: выходят монтажники, одетые – ну да, как монтажники и одетые, и тащат колонну из одного угла в другой. Музыка на это время умолкает, действие прекращается.
Опять же тронное место, с которого фараон и Амнерис приветствуют египетскую армию, уж очень напоминает наспех сколоченный шкаф из ДСП.
А для колесницы Радамеса с откидывающейся лестницей, наверное, идея взята из фильма «Клеопатра». Только работа несколько топорная, квадратно-поперечная.
Костюмы
Тоже имеются.
Правда, не очень похожие на египетские.
Почему, спрашивается, жрецы одеты в пятнистые шкуры? В Египте много леопардов?
Ну ладно, хоть без драных джинсов обошлось…
Оркестр
Нельзя не признать, оркестр хорош.
Правда… Опять это «правда», вечно все портит…
Так вот, правда, маэстро Гергиев, похоже, только оркестром интересуется. Певцам не очень помогает. Вот, к примеру, не слышна первая фраза совсем у артиста. На второй можно оркестру немного убавить громкость? Или пусть так, какая разница?
Хор
Как и оркестр, звучит волшебно.
Балет
Кто спорит с тем, что в Мариинском театре прекрасный балет?
Правда, сцена битвы египтян с эфиопами, во главе - "двойники" Радамеса и Амонасро, эти персонажи и в программке отдельно обозначены - так вот, эта сцена как две капли воды похожа на поединок Спартака и Красса. Даже в костюмах! С той разницей, что империя побеждает.
Действующие лица и исполнители
Это премьера, 07 февраля 2025.
Случилось страшное… Мне не понравился никто!
Нет, не до такой степени, чтобы уж совсем заткнуть уши и бежать отсюда.
Но и не так, чтобы сюда бежать и слушать, как эталон. То есть, могло быть хуже.
Но, позвольте, это же как-никак Мариинский театр!
После того, как в Большом, благодаря системе набора на каждую отдельную постановку «с миру по нитке», оперная труппа развалилась совсем, Мариинский считается как бы хранителем оперных скреп. Могу я надеяться хоть здесь услышать эталонное исполнение?
Однако вот что мы имеем (в порядке появления на сцене):
Рамфис – Михаил Петренко
Тут все в порядке, голос значительный. Он еще Пимена, кажется, поет. Сплошь служители культа…
Радамес – Дмитрий Шабетя
Я правильно помню, что он из белорусской оперы? У меня к белорусам слабость ))) И все же…
Где-то я вычитала выражение «характерный тембр», то подходящий скорее не для героических партий, а для характерных. Вот это наш случай.
Его выходная ария «Небесная Аида» на меня никакого впечатления не произвела.
Возможно, ему не хватило репетиций? В списке готовивших эту партию он вообще не упоминается.
Зато последний дуэт в подземелье вышел очень душевным! Мне даже показалось, что это совсем другой человек поет…
Амнерис – Екатерина Семенчук
Все хорошо, но чего-то не хватает.
Не поймешь, то ли она дочь царя, то ли цыганка-табачница…
Аида – Ирина Чурилова
Я часто вижу эту фамилию в афише, но слышу впервые.
Мне показалось неровным это исполнение. Где надо громко, выходит крикливо, где надо тихо, совсем голос пропадает. Обе арии прошли совсем не на «ура».
Зато сцена с Амнерис, где Аида оплакивает свою горькую судьбу, ползая на коленях, неожиданно прозвучала очень трогательно, голос прямо-таки изливался с душой вместе. И ведь, казалось бы, такое неудобное положение… Не знаю, может в Мариинском театре есть провальные зоны на сцене, где вообще ничего не слышно?
Амонасро – Владислав Сулимский
Не могу понять, мне очень нравится этот артист в русских операх.
И не очень – в итальянских. Немного рабоче-крестьянские герои у него все выходят…
В пору спросить, как в пьесе: он царь или не царь?
Жрица Изиды – Валерия Лебедева
Впервые вижу и слышу такое имя. Поэтому скажу: мне очень понравилось. Хочу еще! ))))
Такие мои первые впечатления с галерки.
Большинству зрителей, как можете сами видеть на записи поклонов, все понравилось.
Что ж, если бы у меня был билет за 1 400 в партер, наверное, я бы тоже не тужила…
А вот что было на следующий день
Объединила обзоры двух спектаклей, потому что читают только то, что выходит немедленно. Размышления потом уже никому не интересны.
Я же не репортер. Я обозреватель.
«Небесной Аиде» — и цены заоблачные
Да уж, галерка с маэстро Гергиевым — дороже, чем партер без него!
Автор решил воспользоваться моментом и рассмотреть новую «Аиду» в подробностях у нее дома. Все же большое видится без расстоянья гораздо лучше.
Состав исполнителей 10 февраля 2025 на втором фото:
Все снимки — с предыдущего спектакля. Фотографировать в партере не получается, мешает другим зрителям.
Сценография
Действительно, производит впечатление:
Все мощное, мрачное, вырубленное из скалы.
Мне даже удалось разглядеть «древние письмена» - в них странным образом сочетаются египетские иероглифы и арабская вязь.
Знающие люди мне потом разъяснили, что она вовсе не арабская, а все три надписи взяты с Розеттского камня.
Несколько смущает объяснение режиссера: мол, была династия «черных фараонов» - потому и мебель тоже черная.
Тогда белые холодильники, наверное, положено иметь только блондинкам…
С пятнистыми костюмами я уже смирилась — будем знать, откуда пошла эта диковатая «леопардовая» мода...
Режиссура
По-прежнему не вижу никакой режиссуры.
«Сверхзадача» артистов по Станиславскому здесь, наверное — найти точку на сцене, откуда их будет хоть как-то слышно. И все.
Фараон с дочерью стоят и принимают парад победоносных египетских войск, совсем, как Политбюро на Мавзолее. Причем это Мавзолей не вообще, а времен перестройки, закрытый дешевыми щитами из фанеры.
В сцене на берегу Нила довольно странно ведут себя Амнерис и Рамфис. Они терпеливо стоят у задника сцены, ждут, пока Аида выведает у Радамеса весь план военной кампании, и только потом выдвигаются вперед, когда коварного Амонасро уже след простыл.
Конечно, опера — условное искусство, но не до такой же степени?
Нубийские отец и дочь — яркий пример домашней тирании. Он ее буквально за волосы таскает!
Кстати, такая же история у Джильды и Риголетто. Похоже, у представителя громкой фамилии какие-то особые взгляды на отношения отцов и детей…
«Лучом света» предстает балетная вставка в триумфальный марш. Это не бессюжетные танцы, как обычно, а настоящий хореографический отчет о сражении двух армий. Но почему он так напоминает поединок Спартака и Красса?
Колесница Радамеса как будто взята напрокат у голливудской «Клеопатры» 60-х годов, только все поменьше, попроще, победнее.
Сцена, где Радамес вручает свой меч Рамфису со словами «Жрец Изиды, я твой пленник» - точь-в-точь из постановки Метрополитена с Роберто Аланьей, только развернута слева направо.
И так все три с половиной часа — здесь цитата оттуда, там — отсюда…
Собственно пение
Это все еще бы можно пережить, если бы они пели нормально.
Но ведь нет!
Пока не появилась Татьяна Сержан— Аида, и потом ей составил компанию Роман Бурденко— Амонасро, я думала, что это такая гримаса акустики, в партере звук искаженный. Слушать невозможно было никого!
Послушайте, если бы речь шла о любом другом театре — ну ладно. Хоть кто-то поет прилично, успокоимся на этом.
Но Мариинский театр возглавляет самый известный дирижер в стране и в какой-то момент — самый востребованный в мире!
И он же — музыкальный руководитель этого спектакля. (Как, впрочем, и всех остальных оперных). Он что, своих певцов не слышит?
Год назад, когда Валерий Гергиев получил под свою руку еще и Большой театр, журналисты спрашивали, как это так - за день до премьеры нет составов? Маэстро тогда пояснил, что следует примеру великих итальянцев — Рикардо Мути, а может, Клаудио Аббадо, не помню, кого из них, до конца держа в секрете состав исполнителей; это позволяет на премьеру поставить артиста, находящегося в наилучшей форме.
Вот как?
Это их лучшая форма, стало быть?
Позвольте осведомиться, какова же тогда худшая??
Вы понимаете, вся длиннющая опера начинается с арии Радамеса, именно она задает настроение, с которым зритель слушает последующие четыре акта. И это его единственная ария. Больше у него не будет такой возможности себя проявить — ну что делать, композитору виднее. И вот этот важнейший кусок всей работы оба тенора решительно провалили. Оба! Тенденция, однако (с) ?
Причем я даже не могу во всем винить артистов. Они выглядели совершенно растерянными, словно этот зал впервые видят, а этот оркестр впервые слышат. Возможно, так оно и было.
Во время широко разрекламированной подготовки к премьере на сайте указано было восемь (!) теноров, готовивших партию Радамеса. И где они все?
Ни один из артистов, которых слышала я, в этот список не входят. Дмитрий Шабетя пел 7 февраля, он из белорусского Большого, а Дмитрий Головнин 10 февраля — из Михайловского. Последний еще и необыкновенно хорош собой, вида совершенно героического, строен, как юный тополь, даром, что в театре почти 30 лет — у них в Михайловском, похоже, модельная внешность артистам предписана должностной инструкцией.
Так вот, у себя в театрах они оба заняты в «Аиде». И я не исключаю, что их просто выдернули в последний момент, вообще без всяких репетиций. К чести артистов, нужно сказать, что они постепенно освоились, и заключительный дуэт с Аидой звучал очень прилично. Но чего им это стоило! Первый раз, конечно, я сверху мало что могла различить. А уж когда я сидела в партере, то ясно видела, что на поклонах Радамес был бледен, как полотно, и еще не верил, что все прошло более или менее благополучно - коллеги его, как могли, успокаивали.
Как можно, я не понимаю, людей в такое положение ставить?
О других персонажах коротко:
Аида - Татьяна Сержан
Амонасро - Роман Бурденко
Знатоки, наверное, найдут, к чему придраться, но меня все устраивало. Особенно в сравнении с тем, что описано выше.
Амнерис — Анна Кикнадзе
Я не уверена, что это меццо, и еще меньше — что оно принадлежит царской дочери.
Жрец Рамфис — Юрий Воробьев
Имел довольно бледный вид. И звучание тоже.
Фараон — Яков Стрижак
Фараон имеет голос довольно слабый, но с выражением значительным, как пожилому царю и положено. (Хотя певцу чуть больше сорока, для баса это не возраст)
В сухом остатке:
Идти или не идти?
При хорошем — очень хорошем (!) - составе и за те же деньги, может, я бы снова в партер и пошла.
Но в Москве, я думаю, цены поднимут раз в десять. Так что решайте сами.