Рада с нежным зевком пробудилась от глубокого сна. Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, рисуя золотистые узоры на стенах. Она потянулась, ощущая, как её тело наполнилось лёгкостью и свежими силами. Внезапно её руки метнулись к животу, где раньше ощущалось тепло, но теперь… там была только пустота.
— Что?! — прошептала она, ошарашенная. Её сердце забилось быстрее, словно предчувствуя, что-то важное.
В этот момент Рада заметила лёгкое шевеление рядом. Обернувшись, она увидела младенца, завернутого в белоснежные пеленки. Ушки у него были покрасневшими, а на губах звучал тихий крик. Она удивлённо прищурилась, не в силах поверить своим глазам.
— Ты кто, мой маленький? — тихо спросила она, ощущая, как тепло охватывает её сердце.
Рада аккуратно взяла его на руки, и её охватило множество тёплых воспоминаний. Каждое прикосновение вызывало в ней бурю эмоций. Она нежно прижала младенца к груди, потирая его спинку, будто пытаясь вложить в этот жест всю свою любовь.
— Моя девочка, моя Витория… — прошептала она, с нежностью глядя на новорождённую.
Внезапно в её голове промелькнуло удивлённое лицо Эльзы, когда та воскликнула: «Мальчик?» Этот вопрос пронзил её, и Рада, слегка запаниковав, поспешно распеленала младенца. За секунду ей показалось, что все её мечты рушатся, но… когда она увидела, что у неё на руках — дитя с тонкими, как у неё, чертами лица, не могло быть и речи о том, что это — мальчик.
— Нет-нет, всё в порядке, — успокаивала она сама себя, с нежностью поглаживая лоб дочери. — Ты моя девочка, моя Витория.
Рада улыбнулась, когда поняла, что здесь, в её объятиях, теперь живёт новое счастье, и всё её прошлое снова обретает смысл.
— Тогда откуда это воспоминание? — спросила Рада, её голос был полон недоумения.
В этот момент в дом вошла Эльза. В руках у неё были свежесорванные травы, искрящиеся росой, и волшебный аромат розмарина расползался по комнате.
— Проснулась? Как себя чувствуешь? — обратилась она к молодой маме с теплой улыбкой.
Рада, нежно покачивая на руках свою младенца, ответила:
— Отлично! Я уже начала кормить малышку.
— Это здорово, — вновь улыбнулась Эльза, её глаза сверкали от радости. — Инстинкты в такой момент должны были тебе подсказать, что делать.
Рада прижала к себе крошечную ведьмочку, стараясь дать ей всю теплоту и любовь.
— Я дала ей имя Витория, — произнесла она, гордость и нежность переполняли её сердце.
— Прекрасное имя, — воскликнула Эльза, подойдя ближе и сев на стул напротив. — Доброе и светлое. Пусть Боги Природы, Неба, Воды, Земли и Огня хранят новорожденную ведьму Виторию. Да даруют ей силы и знания!
Эльза сделала мудрый знак руками, как будто призывая силы природы на защиту этой крошечной жизни. Рада, следуя её примеру, повторила этот знак, чувствуя, как каждое движение наполняется силой, а слова заговора словно обвивают их обеих невидимыми нитями магии.
Казалось, воздух вокруг них стал насыщенным и живым, наполняясь энергией, которая шла от матери к дочери, связывая их в единое целое. Эльза смотрела на Раду с искренним восхищением, наблюдая, как та вживается в роль заботливой матери, и понимала — их магия, хоть и иной природы, лишь усиливает ту, что существует в каждом из нас.
– Эльза, почему я слышала, что родился мальчик? – с недоумением спросила Рада, уставившись на ведьму, как будто надеялась увидеть ответ на её лице.
Ведьма на мгновение замерла, её глаза, как два светлячка глубоко в ночи, изучали Раду, прежде чем она заговорила, её голос звучал спокойно, словно колдовская мелодия:
– Роды были первыми и тяжелыми. Я дала тебе отвар для восстановления сил, который мог вызвать изменения в сознании. Возможно, тебе показалось, – произнесла Эльза.
Рада кивнула, хотя внутри неё всё ещё была неуверенность:
– Да, вполне. У нас такого не может быть. – Она ободряюще улыбнуться.
Прошло несколько дней, и Эльза помогала Раде ухаживать за младенцем. Женщины вместе путались в пеленках, играли в овсянку на завтрак, и кряхтение младенца раздавалось в уютной хижине, словно музыка, наполняющая пространство радостью. Эльза многому научила молодую мать: как правильно кормить, как успокаивать плач, как найти время для себя среди забот. Но вскоре, когда она убедилась, что Рада всё более уверенно справляется с новыми обязанностями, Эльза начала собирать вещи для своей дальней дороги.
– Я надеялась, что ты задержишься у меня до осени, – произнесла Рада с легкой тоской, глядя, как белоснежный платок, обрамляющий волосы Эльзы, колебался на ветру.
– Ты хорошо справляешься и уже окрепла, – ответила Эльза, её голос звучал тепло, как солнечный свет, который пробивается сквозь листву. – Я приготовила тебе отвары, чтобы ты могла принимать людей и не отвлекаться на варку. Наслаждайся новыми обязанностями, – улыбнулась она, как будто открывала Раде новые горизонты, в которых ей только предстояло блуждать.
Рада почувствовала, как внутри неё борются гордость за свои достижения и грусть от предстоящей разлуки. Она вспомнила, как Эльза вошла в её жизнь, как свет в мраке, и пожала руку подруги:
– Я буду скучать по тебе, Эльза. Ты не только моя наставница, но и близкий человек.
– Я всегда рядом, даже на расстоянии, – произнесла ведьма, глядя Раде в глаза, полные надежды, и это добавило сил обеим женщинам.
На следующее утро, когда первые лучи солнца окутали зелеными листьями деревьев, Эльза выдвинулась в путь, тепло попрощавшись с Радой. укрепляющий отвар, приготовленный с заботой и несколькими каплями зелья забвения, сработал.Рада, освобожденная от бремени воспоминаний, не помнила, что младенцев было двое.
Прощаясь с любимой подругой, Эльза прошептала: "Да простят Боги мой грех". В ее глазах читалась твердая решимость, и сердце наполнилось миром. "Все мои действия — во благо", — додумала она, направляясь по дороге в лес.
ссылка на начало
ссылка на продолжение