Мать Ваню ругать совсем не стала, а от бабушки ему всё же досталось, но не столько за разбитое стекло в доме Власихи, сколько за то, что его так долго пришлось искать, а ещё за то, что у неё поднялось давление и пришлось пить лекарства, чуть до «скорой» дело не дошло.
Начало:
https://dzen.ru/a/Z6TrYZjp2GF6XBc1
— Негодник! Я тебе уши откручу, — кричала бабушка и, притворив свою угрозу в жизнь, больно схватила Ваню за правое ухо. — Напакостил и затаился. А обо мне с матерью ты подумал? Мы с ног сбились, весь вечер тебя искали, почти ночь на дворе. Мне плохо сделалось, каких только лекарств я не напилась!
— Бабулечка, прости! — хныкал мальчишка. — Я очень сильно испугался Власиху, она так орала… Бабушка, я обещаю, что больше так не буду делать. Никогда-никогда. И в футбол возле домов играть больше не буду, буду на площадке возле магазина играть.
— Иди, ложись спать, поздно уже… — более спокойным тоном сказала бабушка, наконец, отпустив Ванино ухо.
Ваня бросился в свою комнату, запрыгнул на кровать и с головой зарылся одеяло. Под одеялом было невыносимо жарко, но вылезать не хотелось, напротив, хотелось зарыться ещё глубже.
В этой суматохе и мама, и бабушка забыли, что Ваня не ужинал. Не забыл только сам Ваня, есть очень хотелось, но из-за горького чувства вины попросить накормить его он не решился.
Ещё немного поплакав, Ваня выбрался из-под одеяла. Не спалось. Хотя обычно в это время, вдоволь набегавшись за целый день на улице, он уже спал спокойным и крепким сном.
Ваня сел, свесив с кровати худенькие ножки, усыпанные синяками. Какой же мальчишка без синяков? Под дверь скользнул лучик света – кто-то включил свет на кухне. Услышав голоса, Ваня пытался прислушаться, но мать с бабушкой говорили вполголоса. Мальчик встал, прошёл на цыпочках к двери и осторожно приоткрыл её.
- У меня босоножки совсем изорвались, на глаза людям показаться стыдно, - услышал он голос матери. – Я собиралась в выходной в райцентр съездить, новые купить. Только теперь не до босоножек, стекло нужно покупать, потом платить за то, чтобы его привезли и поставили.
- Да, набедокурил наш малец, ох, набедокурил… - сокрушалась бабушка. – А босоножки… отнеси их Сеньке Степанову, он в обуви смыслит, быстренько подлатает.
- Да что там латать, мама? Их столько раз уже латали, - в приоткрытую дверь Ваня видел, как мать утирала слёзы, стоя у окна.
Ване было горько смотреть, как плачет мама, которую он так любил. Не в силах сдержать свои переживания, он расплакался и бросился к ней. Мальчишка обхватил её за ноги и сказал:
- Мамочка, милая моя, ты такая хорошая, я никогда больше не буду тебя расстраивать. Когда я вырасту, то подарю тебе самые красивые босоножки, ты будешь в них самая-самая красивая и не будешь плакать… Пойдём, мамочка, в мою комнату, расскажи мне сказку, которую вчера рассказывала.
Ваня даже забыл про острое чувство голода. Ему хотелось погладить маму по голове, но она была такая высокая, что не дотянешься. Он протянул к ней руки. Мама присела.
Ваня обнял её за шею, потом гладил по лицу и приговаривал:
- Милая, хорошая моя, солнышко моё... – эти ласковые слова он слышал от мамы, она всегда говорила их, когда укладывала сынишку спать.
Ваня гордился своей мамой, ни у кого не было такой мамы, как у него: красивой, доброй, ласковой. Он любил прикасаться к её лицу, любил вкладывать свои маленькие ладошки в её тёплые руки. И волос таких ни у кого не было, как у его мамы – густые, шёлковые. А когда она распускала волосы, и они спадали до пояса, казалось, в них можно было закутаться, как в шаль.
- Пойдём, я уложу тебя. Ночь уже на дворе, - ласково сказала мама, отнесла сына в комнату, уложив в кровать.
- Мама, расскажи мне про отца. Как его зовут? Он высокий? Он сильный – такой же, как Лёшкин папка?
- Спи, сынок, спи, - шёпотом сказала мать.
- Нет, мамочка, я не засну, - Ваня подскочил на кровати. – Ну, расскажи про него. Я даже не знаю, как моего папку зовут.
- Василий… - так же шёпотом сказала мать.
- Василий Хлебников?
- Нет, не Хлебников.
- Но я же Хлебников! У моего друга Лёшки и его папы, дяди Жени, фамилия одинаковая – Синицыны, я это точно знаю! А почему мой папа не Хлебников?
- Ваня, ты ещё слишком маленький, чтобы я могла тебе объяснить… Устала я сегодня за целый день, да ещё из-за твоей пропажи сколько набегаться пришлось! Мне на работу завтра рано вставать, давай я тебе сказку почитаю – и спать. Какую ты хотел сказку?
- Ту, которую ты читала вчера!
- Может, какую-нибудь другую, которую ты ещё не слышал?
- Нет, другую не хочу! Мне очень понравилась та сказка.
Мать стала читать Ване сказку, он закрыл глаза и сделал вид, что заснул. Мальчик почувствовал, как мать заботливо укрыла его одеялом, слышал, как тихонько вышла из комнаты, слышал, как скрипнула половица в коридоре.
Сон не шёл, Ваня опять думал об отце, пытался представить, какой он: такой же, как у Лёшки, сильный? Нет, его отец ещё сильнее! Он у него самый-самый лучший! Ещё бы – он ведь космонавт! Поскорее бы он прилетел из космоса, так хочется его увидеть!
Ваня очень надеялся, что скоро они обязательно встретятся…
- Ванька, ты чего из дома не выходишь? – прибежал к нему друг Лёша около полудня. – Пойдём играть. – мальчик держал в руках тот самый злополучный мяч.
- Нет, Лёшка, я не выйду сегодня. Иди с другими ребятами, играй.
- Я знаю, что ты вчера натворил. Сильно тебе досталось, да?
- Ни капельки мне не досталось, просто играть сегодня не хочется.
- Ну, ладно, пойду ещё с кем-нибудь поиграю.
- Стой, Лёшка, - крикнул Ваня, вспомнив наказ матери. – Вы на улице в мяч лучше не играйте. Идите на площадку к магазину, там решётки на окнах, ничего не побьёте.
- И всё-таки тебе досталось… - вздохнул Лёша.
В выходной из райцентра привезли стекло для Власихи взамен разбитого. К Хлебниковым пришёл Евгений Синицын и предложил помощь в установке стекла.
- Женя, сколько ты возьмёшь за работу? – спросила Татьяна, Ванина мать.
- Да что ты, Таня, какие деньги? Ни копеечки не возьму, людям помогать нужно, по-соседски… - улыбнулся Евгений.
- Ох, даже не знаю, как тебя благодарить… - растерялась женщина.
- Не стоит благодарности, мне вовсе нетрудно вставить стекло, там работы-то… Ну, что, Ванька, собирайся!
- Куда, дядь Жень?
- Как куда? К бабе Вале Власовой, помогать мне будешь стекло менять.
- Нет! - ужаснулся Ваня, представив злобное лицо старухи. – Не пойду я к ней, дядь Жень.
- Это как это – «не пойду»? Нет, товарищ мой, за свои поступки надо уметь отвечать. Кто бед ты натворил? Ты! Так почему другие за тебя отдуваться должны?
- Нет, дядя Женя, пожалуйста, я не пойду, - мотал головой Ваня.
- Женя, не опасно ли, если Ваня будет со стеклом тебе работать помогать? Вдруг порежется, - беспокоилась мать.
- Ну, что ты, Таня? Не беспокойся, конечно, я не подпущу ребёнка к работе со стеклом. Но я считаю, что извиниться за свой поступок Ваня должен!
- Да, да, здесь я с тобой полностью согласна! Ступай, сынок, с дядей Женей. Ступай к бабе Вале и извинись перед ней!
- Нет, мамочка, пожалуйста… она злая, она обещала меня крапивой отходить… - перепуганный мальчишка прижался к матери.
- Э-э, друг, да ты чего испугался? Я же буду рядом, уж я тебя в обиду не дам. Ну, что, идём? – протянул руку дядя Женя.
Мужчина улыбался, и Ваня поверил ему, он неуверенно махнул головой и вложил свою маленькую ручку в огромную ладонь дяди Жени. Мальчик сразу почувствовал надёжность и защиту. Вот был бы у него папка, ничто и никто не был бы ему страшен!
- Ах ты, гадёныш! Имущество моё поломал! – закричала Власиха, когда увидела подходящего к её дому Ваню.
- Тётя Валя, - спокойно, но с ноткой строгости в голосе сказал Евгений. – Вы не кричите на ребёнка, он ведь извиниться пришёл, мальчишка и сам переживает из-за случившегося. А имущество ваше я вмиг починю, вон, стекло уже привезли.
- Извините, - чуть слышно сказал Ваня, низко опустив голову. – Я больше так не буду, я теперь в футбол только возле магазина буду играть, к вашему дому и близко не подойду с мячом. Клянусь!
- А футболист он хороший, - потрепал Ваню по всклоченным волосам Евгений. – Уж не ругайте мальчонку, тёть Валь, он ведь не нарочно.
- Ладно… - недовольно пробурчала старуха. – Но ещё одна такая выходка – и крапивой я тебя отхожу так, что на всю жизнь запомнишь! Понял меня?
- Понял… - опять опустил голову мальчишка.
Ване было очень любопытно наблюдать, как работает дядя Женя. Он опять стал думать об отце. Наверняка его отец такой же мастеровитый, скольким интересным вещам он смог бы его научить! Поскорее бы только он прилетал…