Огузы и кипчаки – это средневековые кочевые конфедерации, от которых ведет свою историю целая куча современных тюркских народов. Сейчас разница между ними столь велика, что порой не верится в их родственное происхождение. Но тысячу лет назад они были гораздо ближе по культуре и образу жизни. Тем не менее, хватало отличий, о которых мы сегодня поговорим.
Первое, что следует упомянуть, это территория, где они сформировались. Если кипчаки, как союз тюркских и иных племен образовались на юге Сибири, то их соседи обосновались в более культурных местах, а именно в степях к востоку от Каспия. Хотя степные политические объединения испокон веков были полиэтничными, тюркский компонент у кипчаков был гораздо значительнее.
Напротив, огузы активно взаимодействовали с уграми, что хорошо видно по их генам и языку. Но куда более значительным было ирано-скифское влияние, ведь восток Каспия исторически был главным центром скифо-сарматских племен. За счет этого у огузов позднего средневековья был близкий к европеоидному облик. Хотя элита все еще оставалась монголоидной, что видно по многочисленным образцам сельджукского искусства.
Кипчаки обосновались во влажной, но холодной зоне континентального климата. Поэтому их быт и перечень имеющихся в наличии домашних животных был таким же, как в древности, когда они жили в Монголии. Огузы были южане-курортники, они занимали сухие степи и полупустыни. Поэтому они чем дальше, тем меньше держали коров, а некоторые из-за дефицита пастбищ со временем перешли на разведение только овец или даже только коз – помимо лошадей, конечно. Впрочем, козоводство возобладало только в Малой Азии, где со степями совсем тяжко. Туркмены со временем настолько специализировались, что стали пустынными кочевниками, а ведь были степными.
За счет своей близости к оседлым странам Средней Азии огузы перешли в ислам раньше на несколько сотен лет. Хотя обращение было отнюдь не полным, даже в момент прихода в Анатолию многие из них оставались язычниками, а тюркские вольности хранили еще очень долго.
По той же причине огузы раньше начали строительство крупных империй, покоряя соседние земледельческие государства и переселяясь в них. Вплоть до того, что большая часть этого объединения навсегда покинула свою изначальную родину, которую после этого заняли кипчаки.
Огузы после своей миграции на Ближний Восток раньше стали оседать на землю. За исключением Азербайджана и Центральной Анатолии, больших угодий для скотоводства здесь практически не было. Поэтому тюркские воины заняли место военной аристократии среди горцев, армян, византийцев, арабов, иранцев. И, соответственно, перестали кочевать.
Кипчаки находились дальше от оседлых культур, поэтому дольше сохраняли свою старую веру. Например, массовая исламизация тех же казахов произошла только в эпоху Российской империи и по ее инициативе. Они занимали лучшую часть Великой степи, а потому до недавнего времени оставались кочевниками. Поэтому не были настолько заинтересованы в дальних миграциях за пределы своей изначальной родины.
У них дольше сохранялся и больше влияние имел родовой строй. Поэтому их аристократия никогда не смогла добиться господствующего положения над простыми кочевниками и приступить к созданию крупных государств. Оттого кипчакское общество было очень децентрализованным, и формирование империй на его территории происходило по инициативе более сплоченных соседних народов, а именно монголов.
Впрочем, в этническом плане западный улус Монгольской империи всю свою историю был преимущественно кипчакским. Следует заметить, что без монголов современные кипчакские народы были бы совсем другими. Вероятно, их количество было больше, а многие могли никогда не возникнуть.
У огузов монгольского влияния по минимуму, как в политическом, так и в этническом плане. С одной стороны, они были подданными государства Хулагуидов, с другой – ближневосточные монголы за отсутствием пастбищ не могли опереться на крупные массы кочевников, и через сто лет после завоевания исламизированные тюрки свергли их власть.