Человек, подаривший мне эту книгу, не знал, что она является сиквелом другой истории. Я же прочла «Аню из Мезонинов» в стародавние времена, не подозревая, что существуют продолжения. В общем, я не предполагала, что заразительный смех юной рыжеволосой фантазерки вновь послышится на моем пути.
Роман взросления для девочек – один из ярких трендов второй половины девятнадцатого и начала двадцатого века. Весь мир знает повести англичанки Френсис Бернетт и американских писательниц Луизы Мэй Олкотт и Элионор Поттер. В Российской Империи зажглась звезда Лидии Чарской. Творчество уроженки Канады Люси Мод Монтгомери тоже можно отнести к этой волне.
С одной стороны, их работы демонстрируют большой интерес ко внутреннему миру девушки-подростка, а также знаменуют собой укрепление женщин-писательниц на литературной ниве. С другой, сами создают нравственный образчик для юных леди.
В отличие от первой повести, «Ане из Авонлеи» чего-то не хватает до самостоятельного произведения, но как часть серии она интересна. Её нехитрый сюжет – течение повседневной жизни с маленькими грустными и веселыми событиями.
Героине всего шестнадцать, но она уже закончила учительскую семинарию и работает в местной школе. Кроме укрощения школяров, Аня предается и обычным девчоночьим радостям: пикникам с подругами, прогулкам и, мечтам и игре воображения. Времени хватает поучаствовать в общественной и личной жизни соседей, а также воспитывать сирот-близнецов.
Описаниям в книге не откажешь в прелести. По воле Ани достопримечательности Авонлеи называются не иначе, как Тропинка Влюбленных, Долина Фиалок, Плач Ив. Вместо тривиальных лесов и лугов воображение невольно генерирует сияющие фентезийные миры.
Всё вокруг – и места, и люди, и события – насыщено особым уютом, как розовый кукольный домик. Всему плохому легко находится таблетка. Если кто-то расстается, то от недопонимания, если пожилой сосед грубиян, то только от одиночества.
Да и у самой героини если и есть недостатки, то только те, которыми авторы обычно награждают любимых персонажей, чтобы те не были слишком идеальными. Не думаю, что существует детская книга, в которой неловкая рыжеволосая чудачка с веснушками была бы антагонистом.
Любопытно наблюдать за бытом начала двадцатого века, особенно за традициями воспитания. В споре трех сверстников о физических наказания в школе только Аня выступает однозначно против. Но и её взглядам суждено пройти проверку реальностью.
Мальчику Дэйви (которого взяла на воспитание приемная мать девушки) то и дело ставят в пример любимого ученика Ани, что напоминает те самые шутки про сына маминой подруги. А про бедолагу Дору не меньше трех раз (слава богу, не при ней) сказали, что её любят меньше брата просто потому, что она скучная и не доставляет хлопот. Будем думать, что дети от этого не страдали.
За мисс Лаваду искренне рада, за семейное счастье мистера Харрисона держу кулаки, попугая-сквернослова жаль.
«Аня из Авонлеи» развенчивает идею, что в классической литературе должен страдать либо герой, ибо персонаж, либо автор. Аня Ширли – человек с широкой душой и здоровым умом, следовать за ней интересно, даже если ничего особенного не происходит. А еще эти чистые краски юности, дружба, зарождение любви... У книги есть некоторый психотерапевтический эффект. Неспешное повествование поднимает настроение и как-то внутренне освежает, словно прогулка по майскому саду.