Казалось, что устоять было просто невозможно – на поредевший советский батальон, лязгая гусеницами, и стреляя из пушек, выехало около 50-ти немецких бронемашин танково-гренадёрской дивизии «Великая Германия». За техникой, молча, и вглядываясь вдаль, шла пехота в количестве до одного полка.
Иван Лысенко, помощник командира взвода ПТР крепко сжимал своё ружьё, понимая, что оно тут практически бесполезно, но всё-таки не подавал вида, так как других противотанковых средств у батальона, кроме гранат, не было. Другие бойцы на него смотрели с надеждой, которую он к концу дня действительно оправдает, подбив целых 7 танков с крестами на бортах.
Ну а пока, красноармейцы приняли бой, но в поле против мощного железного немецкого кулака у них не было шансов, и поэтому они отступили в посёлок, который совсем недавно отбили у немцев. Фашисты следом ворвались на улицы, где началось великое сражение.
После Курской битвы самая укомплектованная немецкая дивизия «Великая Германия» была что-то вроде пожарной команды. Она пыталась остановить советское наступление в районе группы армий Юг, давая своим разбитым частям ценное время, чтобы те отошли за Днепр и там закрепились. Она несколько раз больно контратаковала войска Красной Армии и действительно хорошо сбивала темп её наступления.
В начале августа 1943-го года 147-я советская стрелковая дивизия получила задачу наступать в направлении Ахтырки, и 9-го числа второй батальон 600-го полка подошёл к реке Ворскла. Бойцы и командиры этого батальона быстро переправились вброд на другой берег и выбили противника из посёлка городского типа Кириковка, в которой находилась железнодорожная станция.
Трофеями красноармейцев тогда стали 20 военных складов, более 1000 автомашин и много танков, которые немцы бросили в результате стремительного наступления 2-го стрелкового батальона. К тому же было освобождено около 500 военнопленных, но они не могли даже двигаться, не говоря уж о том, чтобы встать снова в строй, и их пришлось защищать. В этот-то самый момент, на советский батальон и обрушился мощный контрудар.
Немцы смогли тогда выдавить советские войска в центр Кириковки, а через реку, где постепенно подходили другие батальоны 600-го полка, ударили из тяжёлой артиллерии, мешая переправе.
Описания этого боя все разные и противоречивые, и как Иван Лысенко смог подбить 7 танков противника точно не понятно, но все они сходятся на том, что первые два танка он расстрелял с близкого расстояния, замаскировавшись, и подпустив врага поближе. Советский боец был очень опытным и хорошо знал уязвимые места немецкой техники. Он постоянно менял свои позиции, перебегая от одного дома к другому, от одной воронки от снаряда к другой, и, умело действуя своим ПТР, поджигал одну машину за другой. Вроде как, один танк он забросал гранатами, и точно был ранен в руку, но не оставил поле боя и продолжал сражаться до конца.
Но битва сразу же не закончилась, как написано во всех биографиях героя. Нет, немцы всё не отступали, и продолжали давить. Бой постепенно перерос в ночной и продолжился весь следующий день 10-го августа. Через реку переправлялись другие части советского полка, а немецкие автоматчики старались просочиться через боевые порядки красноармейцев, чтобы внести дезорганизацию в их боях и парализовать управление боем. Им противостояли наши стрелки с ППШ, а танки постепенно забрасывались гранатами и горели один за другим.
Когда немцы всё-таки отступили, то в деревне осталось догорать 26 танков, и было убито до 700 солдат и офицеров противника. Так же, в процессе боя, сгорело 230 автомашин, которые были ранее захвачены красноармейцами.
Иван Тимофеевич Лысенко родился 22-го апреля 1914-го года в селе Черкасовка Амурской области в семье крестьянина. До войны он получил начальное образование, работал комбайнёром, а в 40-м году переехал жить на Украину, где его и застала Великая Отечественная. Он был призван в ряды Красной Армии, боевое крещение получил в оборонительных боях за Киев, где и был первый раз ранен. Далее он принимал участие в Сталинградской и Курской битвах, и был награждён медалью «За боевые заслуги».
После битвы в посёлке Кириковка он долго лечился, а когда выздоровел, то его направили в другую часть, поэтому боец так до старости и не узнал, что его наградили Героем Советского Союза. Но это известие его тогда и убило. Когда в 1984-м году, его всё-таки разыскала наградная команда, и вручила Золотую Звезду, ветеран так расчувствовался, что у него случился инсульт, и он умер.
В 44-м же году Иван Лысенко совершил ещё один подвиг, который отражён в его наградном листе на орден «Славы 3-й степени»:
«В бою за село Талмас Слободзеевского района, когда выбыл из строя командир взвода, гвардии старший сержант Лысенко принял на себя командование и продолжал преследовать отступающего противника. Когда на выгодном рубеже противник закрепился, Лысенко быстро и скрытно вывел взвод во фланг противнику с близкого расстояния с криком «Ура!» повел бойцов в атаку на врага. Противник в панике отступил, оставляя на поле боя убитых и раненых».
Вообще Иван Лысенко не был примерным гражданином. В январе 45-го года он попался на воровстве и дезертировал из рядов Красной Армии, а в апреле был пойман и осуждён к 10-ти годам лишения свободы с отсрочкой приговора и направлением в штрафную роту. Но война закончилась, и герой не успел смыть позор кровью, и тогда он снова бежал, и поселился в Венгрии.
Он подал заявление о получении венгерского подданства, и в то же время опять попался на краже скота у местных жителей. Его вновь арестовали и отправили на Родину, где Лысенко отправили на 10 лет в исправительно-трудовые лагеря. После освобождения Иван Тимофеевич проживал в Пермской области и работал на лесосплаве, а в 1969 году вышел на пенсию, и переехал жить в посёлок Щербиновский Краснодарского края, где его и нашла проклятая наградная комиссия.