— Ну вот, а вы не верите в новогодние чудеса, — с игривой улыбкой заметил незнакомец. — Хотя, смотрю, настроение у вас не самое праздничное.— История долгая… Да и в чудеса я не верю. Это правда.— А вот тут вы ошибаетесь, — мягко возразил он. — Кстати, меня зовут Олег. Таня резко вскинула голову:— Да ну?! Почему именно это имя?! — воскликнула она возмущённо.— Ой, тоже мне проблема, — пожал плечами Олег. — Хотите, буду для вас хоть Карл Генрихович Либерзон, хоть Пафнутий. Давайте сделаем селфи — «мой новый друг Пафнутий»! Таня не удержалась и рассмеялась — шутка ей понравилась. Они помолчали, но через минуту девушка заговорила:— Парень бросил… Вам ведь можно всё рассказать? Вы случайный прохожий, и мы больше никогда не встретимся?Она тяжело вздохнула, замолчала, потом добавила:— И именно в новогоднюю ночь. Но… есть кое-что ещё. Я никогда никому этого не рассказывала… С детства у меня была считалочка… — Таня замялась, сделала несколько жестов руками и улыбнулась, — глупо, конечно, но когда я её произношу, мне становится легче.— Так в чём же проблема? — подбодрил её Олег.— Не помогает…— Ну-ка, давайте-ка попробуем!Таня вздохнула и начала:— Лети, лети, лепесток, с севера на восток, пусть Тане будет солнышко… А дальше… я забыла.— Вот ведь… А на небе светит звёздочка, — подсказал Олег. Таня в удивлении вскинула брови.— А сирота, — продолжил он, — это Сироза плюс Таня. Она замерла, её лицо побледнело.— Откуда… откуда вы это знаете? Это знали только два маленьких ребёнка… — Она хотела договорить, но вдруг ахнула. — Лёша? Это ты?!Но тут же покачала головой.— Нет, не может быть… Он был другим. Олег вздохнул:— Да, он хороший парень… Так что, будем разбираться со считалкой или утонем в мелодраматических воспоминаниях? Двадцать лет прошло, а вы, Таня, всё такая же! Надо бы по 50 коньяка для ясности. Он повернулся к бариста:— Девушка, два по 50 самого дорогого коньяка. Через пару минут они молча выпили, а потом вышли на улицу. Таня чувствовала, что в этом человеке есть нечто необъяснимое — что-то, что заставляло её его слушать. Они остановились посреди дороги, взялись за руки и снова прошептали считалочку. И вдруг с неба крупными хлопьями посыпался снег.— Лёша любил зиму… — пробормотала Таня.— Почему «любил»? — усмехнулся Олег. — Он и сейчас её любит. Она резко обернулась:— Кто ты?— Ох, да сколько можно! — всплеснул он руками. — У вас, женщин, какая-то мания — во всём копаться! Просто живи, радуйся! Но нет…Олег поморщился, а потом, словно приняв решение, спросил:— Хочешь увидеть Лёшу? Таня кивнула.— Пойдём. Он живёт недалеко.— Но ты… ты кто?! И почему я тебе верю?!— Всё, отстань! — Он схватил её за руку и уверенно повёл вперёд. Они прошли несколько кварталов и остановились у одного из подъездов.— Жди, — приказал Олег. Через несколько минут дверь открылась. На улице показался крепкий блондин с правильными чертами лица. За ним вышла темноволосая женщина лет тридцати, держа за руку маленькую девочку. Девочка вырвалась и побежала во двор.— Танюш, доченька, ты куда? Мы же едем к бабушке, — позвала её мать. Таня застыла.— Лёша… — прошептала она. — Это он… Но у него всё хорошо. Она медленно повернулась к Олегу:— Тогда зачем я здесь?..
— Вот вы, бабы! Хочешь быть счастливой — иди и будь! — вздохнул незнакомец. — А то развод… суд… Всё у вас сложно.
Таня снова смотрела на Алексея.
— Дочку назвали в честь меня… А Лёша… он всё такой же. Только выше, крепче, светловолосый… мой Лёша. Жена у него красивая, брюнетка, но, как и все жёны, вечно чем-то недовольна, — оценивающе проговорила она.
Незнакомец усмехнулся:
— Вы оба так долго искали счастья… Ещё с детдома тянули за собой этот клубок чувств, а потом… столько раз оказывались рядом, но не замечали друг друга!
— В одном бизнес-центре работали — не встретились.
— В одном поезде на море ехали — в соседних купе! — но не встретились.
— В институте на одном факультете учились — и даже не пересеклись!
— И таких случаев было море… До смешного доходило! Всю жизнь искали друг друга!
Он помолчал, глядя на Таню, потом добавил:
— А я? Я — твоё счастье. Сейчас ты поговоришь с ним, и всё у тебя будет хорошо. Мы больше долго не увидимся — я тебе просто стану не нужен.
Таня задумалась. Лёша с женой укладывали вещи в машину.
— Но будь осторожна, — продолжил незнакомец. — Его жена хоть и стерва, но умная. Она даст вам поговорить, потому что уверена: у вас ничего не выйдет. В чём-то она права — Лёша ещё не ушёл, развода может и не быть. Но… — он лукаво улыбнулся, — у тебя всё получится.
Они помолчали.
— Слушай, — вдруг оживился незнакомец, — вот скажи, как вы будете вместе, если в детстве, когда ты… ну… в штаны навалила, Лёша целый день делал вид, что ничего не чувствует, только чтобы тебя воспитатели не наказали? По двору ходил, солнце грело, а он нюхал твои какашки и не сдавал! Любовь, понимаешь… Она такая!
Таня не выдержала и рассмеялась.
Но незнакомец вдруг стал серьёзен.
— Меня нет, — тихо сказал он. — Я никогда не жил. Я даже не человек. Я — эмоции. Те самые, что жили в тебе, в твоём Лёше. Ваше желание быть вместе умиляло богов, и меня послали разобраться. Я — иллюзия. Сейчас ты пойдёшь к нему, обернёшься — а меня уже нет.
Он улыбнулся.
— Иди. Будь счастлива.
Таня сделала несколько шагов навстречу своему счастью… и больше его не отпускала.
Всё оказалось так, как сказал незнакомец. Лёша действительно собирался разводиться. Он нашёл свою мать, они снова были вместе — именно к ней он сейчас и ехал.
Но главное — теперь рядом была Таня.
…Это пишу я, незнакомец, а не автор рассказа. Не задумывайтесь, как это возможно. Просто живите.
А если вдруг несчастны… что ж, я иду к вам.
С уважением,
ваше счастье.