Ровно 15 лет назад – 4 февраля 2010 года в России состоялась премьера фильма «Кандагар». В его основе реальная история российских летчиков, которые в 1995 году оказались в плену у талибов*. 378 дней семь членов экипажа Ил-76 удерживались в Кандагаре. 16 августа 1996 года россиянам удалось совершить дерзкий побег, обезоружив охранников с автоматами. Экипаж долетел до Шарджи (ОАЭ), откуда вернулся на родину.
Командир воздушного судна Владимир Шарпатов и второй пилот Газинур Хайруллин были удостоены звания Героев России. Остальные члены экипажа были награждены Орденами мужества.
В «Кандагаре» снялись звезды первой величины, среди которых Владимир Машков и Андрей Панин. Роль командира воздушного судна исполнил Александр Балуев.
По случаю 15-летия с момента выхода в прокат фильма «Кандагар», «КП-Екатеринбург» поговорила с Владимиром Шарпатовым, а также узнала о судьбе легендарного Ил-76. Забегая вперед, скажем, что этот самолет до сих пор в строю и совершает международные рейсы!
ВЕЗЛИ 34 ТОННЫ ПАТРОНОВ
Несмотря на почтенный возраст (Владимиру Шарпатову сейчас 84 года), он до сих пор досконально помнит события 30-летней давности.
Тогда - в 1995-м - полет в Афганистан не представлялся ему чем-то рискованным. Перед этим Владимир Шарпатов в течение нескольких лет совершал опасные рейсы в зоны военных конфликтов.
- Я выполнял полеты по заказу швейцарской фирмы Metro Cargo, которая занималась грузовыми авиаперевозками по всему миру. Например, в январе 1991 года я летел в Джидду, это город рядом с Меккой. Ночью на моих глазах американцы начали бомбить Ирак и Кувейт, тогда началась «Буря в пустыне», - вспоминает летчик.
Во время полета в Афганистан в 1995-м году Ил-76 был зафрахтован известным предпринимателем Виктором Бутом, который в ту пору активно занимался авиаперевозками по всему миру.
Летчики были должны доставить на авиабазу в афганский Баграм, 34 тонны патронов для стрелкового оружия. Груз предназначался «Северному альянсу». В середине 90-х так называли объединение афганских полевых командиров, воевавшее с талибами*.
Вместе экипаж начал летать лишь 15 июня, то есть за полтора месяца до захвата Ил-76. Для большинства членов экипажа это был первый опыт полета на подобном типе самолетов. А второй пилот Газинур Хайруллин оказался за границей впервые.
Утром 3 августа 1995 года Ил-76 вылетел из Тираны (Албания) в Кандагар.
- Мы везли патроны калибра 7,62 миллиметров. Патроны калибром меньше 9,1 миллиметров в соответствии с международными правилами ИКАО были разрешены к перевозке гражданской авиацией, так как считались амуницией, - делает важное уточнение Владимир Шарпатов.
ПРИЗЕМЛИТЬСЯ ЗАСТАВИЛ ИСТРЕБИТЕЛЬ
При пролете над Кандагаром на связь с экипажем вышел диспетчер: «Борт RA-76842, вам посадка в Кандагаре. Причина – досмотр груза». Но экипаж садиться отказался, объяснив, что у них другой пункт назначения. Тут в рации раздался уже другой голос:
- Володя, это ты? МиГ-21 в двухсот метрах сзади справа видишь? Выполняй заход, это приказ! – раздался из динамиков на русском языке.
Говорил пилот истребителя, который был лично знаком с Владимиром Шарпатовым. Перед этим будущий Герой России в общей сложности совершал рейсы в Кандагар 17 раз. Не удивительно, что летчик познакомился со многими местными, в том числе с пилотом истребителя, который учился в СССР, потому и говорил по-русски.
Несмотря на угрозу, исходившую от истребителя, экипаж не испугался. Один из бортинженеров, подсказал командиру воздушного судна, что топлива МиГа хватит лишь на 40 минут.
- Мы ответили, что не сможем сесть, так как посадочная масса не позволяет. Сказали, что нам нужно вырабатывать топливо, - говорит Владимир Шарпатов.
Летчик решил, что будет наворачивать круги, пока у МиГа не кончится топливо. Но когда Ил-76 пошел на первый круг, Шарпатов увидел, что на аэродром на буксире выкатили второй истребитель.
На третьем круге с экипажем снова связался диспетчер и пригрозил, что истребитель откроет огонь. Пилотам пришлось подчиниться.
На земле россиян встретили вооруженные люди. Они начали вытаскивать груз, а экипаж увели на допрос. Их ждали долгие и мучительные месяцы плена.
ЖАРА, АНТИСАНИТАРИЯ И УГРОЗА РАССТРЕЛА
Экипаж разместили в кладовках во дворе гостиницы губернатора Кандагара, под круглосуточной охраной вооруженных талибов*. Даже подогнали тяжелую технику — танк и зенитное орудие. Еще к пленникам приставили переводчика - бывшего майора правительственных войск.
Спать приходилось на бетонном полу - без одеял и простыней. Кормили преимущественно пловом на воде, в котором можно нередко встречались крысиные фекалии. Из-за некачественного питания экипаж страдал расстройством желудка. Тягость плена усиливалась за счет постоянной жары, которая доходила до 50 градусов.
Возможность нормально поесть у пилотов возникала только во время приезда различных делегаций.
- Раз в два-три месяца у нас бывал наш флайт-менеджер Мунир Файзулин. Дело в том, что после нас талибы часто начали сажать самолеты для досмотра, - объясняет командир воздушного судна.
Многие из этих самолетов принадлежали авиакомпании «Аэростан», как и захваченный Ил-76. Флайт-менеджер должен был разбираться и с такого рода внештатными ситуациями. Поэтому Муниру Файзулину приходилось часто бывать в Кандагаре.
– Он привозил нам письма из дома, а я передавал ему свои дневники, - вспоминает Шарпатов.
Экипаж не раз был на волосок от смерти. Например, когда по радио передали, что правительственные войска пошли в наступление на Кандагар – якобы с целью освобождения российского экипажа.
- Талибы тоже слушали это радио. Они подняли нас посреди ночи, огрев меня прикладом. Нас посадили в джипы и повезли за город. Остановились у каменного забора. Я тогда подумал: ну все, сейчас будут расстреливать. Но нас повезли дальше, - вспоминает летчик.
Экипаж увезли на бывшую ткацкую фабрику. После наступления правительственных войск их вернули в прежнее место.
ЭКИПАЖ ИСПОЛЬЗОВАЛИ В КАЧЕСТВЕ ЗАЛОЖНИКОВ
На вопрос о том, зачем талибам* было нужно захватывать и удерживать российский экипаж, Владимир Ильич ответил так:
- Во-первых, они захватили 34 тонны патронов, плюс захватили мощный военно-транспортный самолет. К тому моменту наши войска уже шесть лет, как вышли из Афганистана, а когда нас захватили, то талибы* своему населению стали говорить: «Россия продолжает вести против нас войну, только скрытную». За счет этого удавалось привлечь большее число добровольцев в их ряды.
Были и чисто политические моменты. Талибов* в мире тогда никто не признавал. А тут в Кандагар начали регулярно ездить международные делегации журналистов и ООН…
- Мы были нужны им как заложники. Пока мы находились в плену, правительственная авиация «Северного альянса» не бомбила аэродром Кандагара. Боялись повредить или уничтожить наш самолет, ведь мы везли этот груз для них, - уверен Владимир Шарпатов.
Кроме того, талибы* ставили России ультиматум, обещая уничтожить экипаж, если страна продолжил помощь «Северному альянсу».
- Министр иностранных дел Андрей Козырев обещал, что сам приедет в Кандагар и заберет нас. После его слов талибы заявили, что пока он не прилетит, они нас не отпустят. Ведь визит министра иностранных дел означал бы, что их признали, как государство. Но он так и не прилетел, - вспоминает Герой России.
ПОДГОТОВКА К ПОБЕГУ
Талибы* попросили командира воздушного судна обучать их летчиков.
- Хотя я и был инструктором, но ответил, что не имею таких навыков, - уточняет летчик. - Зато я понял, что у них есть интерес к самолету. В то время он стоил 24 миллиона долларов.
После этого экипаж начал дружно убеждать талибов*, что для Ила пагубно длительное нахождение на 50-градусной жаре. Мол, масло в двигателях закоксуется, а смазка шарниров вытечет. То есть, самолет полностью выйдет из строя.
Талибы* прислушались и начали вывозить экипаж на аэродром – для техобслуживания. Выяснилось, что у самолета по-прежнему было 32 тонны топлива. Талибы* не смогли его слить – у них не было специальных шлангов. А еще пленные инженеры пошли на хитрость и подрегулировали показания, чтобы топливомеры показывали низкое количество горючего.
Но для побега экипажу было нужно не только оказаться всем вместе на борту, но и успешно пересечь границы. Во время одного из визитов Мунир Файзуллин привез летчикам разрешающие пароли для пролета границы Ирана и Арабских Эмиратов.
ПОМОГЛО ЛОПНУВШЕЕ КОЛЕСО
10 июля 1996 года талибы* под усиленной охраной (была даже зенитка) разрешили летчикам порулить по аэродрому. Экипажу это позволило оценить обстановку. Например, увидеть стоянку истребителей.
- Расчехленный был только один – с подвесными баками. Все это я взял себе на заметку, - говорит Шарпатов.
Во время «рулежки» у самолета лопнуло колесо. У экипажа появилась возможность снова попроситься на аэродром - ради установки «запаски».
Командир воздушного судна начал вести расчеты:
- Раз самолет с подвесными баками, значит, не сможет развить скорость больше 1000 км/час. Моя скорость у земли будет 600 км/ч. Разница наших скоростей – 400 километров в час, - объясняет опытный летчик.
Владимир Шарпатов заключил, что у пилота истребителя уйдет не меньше 15 на то, чтобы добежать до самолета, завести двигатель и подняться в небо.
– С учетом разницы скоростей, получалось, что догнать он меня сможет через 25 минут. А по тактико-техническим данным у него топлива только на 40 минут. То есть, через 20 минут истребителю пришлось бы вернуться, значит, он был для нас не опасен. А куда лететь, мы знали, - вспоминает Герой России.
ПОБЕГ
Поскольку пилоты не знали, когда их отпустят на аэродром, то спланировать точную дату побега они не могли. 16 августа 1996 года охранявшие их талибы* велели собираться на аэродром. Была пятница. У мусульман был выходной день, поэтому экипаж отправили без многочисленной охраны. Были только два автоматчика и начальник караула.
После того, как лопнувшее колесо заменили, экипаж уговорил начальника караула разрешить провести и другие работы. Летчикам было нужно дождаться, пока надзиратели отправятся на молитву. С экипажем на борт поднялись трое вооруженных охранников.
Двигатель запустили, самолет начал разгон по взлетной полосе... Сначала талибы* не заметили подвоха. Думали, экипаж сделает несколько кругов по летному полю.
Взлетать стали с середины полосы. Наперерез помчался микроавтобус с вооруженными талибами*. Затем «проснулись» и охранники, находящиеся на борту. Один из них автоматчиков бросился в кабину пилотов. На него накинулся бортинженер Асхат Аббязов. А остальные члены экипажа повалили двух других. Драться было неудобно, самолет к тому моменту уже сильно трясло. Талибов* удалось связать, а самолет взмыл с небо.
Через 20 минут в погоню за Ил-76 вылетел истребитель. Эта задержка спасла экипаж. Летчики решили обмануть талибов* и отправились не в Россию, а к иранской границе, а оттуда через Персидский залив — в ОАЭ.
Над Афганистаном и Ираном приходилось лететь на небольшой высоте в 50-100 метров, не связываясь с наземными службами. Иначе по самолету могли сработать ПВО. Благодаря мастерству экипажа полет завершился успешно. Ил-76 благополучно приземлился в ОАЭ.
«Я НЕ ЗАБЫЛ ТЕБЯ, КОМАНДИР»
Владимир Шарпатов живет в Тюмени. Несмотря на преклонный возраст, он по-прежнему очень деятелен. Летчик регулярно выступает в кадетских классах и школах и принимает участие в мероприятиях «Уральской ассоциации Героев» и «Российской ассоциации Героев».
- В конце прошлого года был в Новосибирске и Барнауле. По личному приглашению главы республики Марий Эл был на федеральном сабантуе. Это моя родная республика. Так как школа в Красногорске, в которой я учился и которая уже 7 лет носит мое имя пришли в упадок, я заехал к главе республике Юрию Викторовичу Зайцеву. Он меня услышал, сделали ремонт. И уже в ноябре школьники вернулись в родные стены, - рассказывает о своей жизни Владимир Шарпатов.
В крайний (как говорят в авиации) раз Владимир Шарпатов виделся с Ил-76 около 14 лет назад. В 2010 и в 2011 годах екатеринбургская авиакомпания «Авиакон Цитотранс» организовывала встречи, во время которых командир воздушного судна смог увидеться с тем самым самолетом и посидеть за его штурвалом.
- Как-то Ил-76 прилетел к нам в Тюмень. И мои друзья сделали большую фотографию и сделали душещипательную надпись «Я не забыл тебя, командир», - рассказал «КП-Екатеринбург» пилот.
Сейчас это фото висит дома у Владимира Шарпатова – рядом со снимком, где он сидит за штурвалом самолета.
ВСТРЕТИЛСЯ С БАЛУЕВЫМ ЛИЧНО
По словам Владимира Шарпатова, в прессе периодически муссируются слухи о том, что ему, якобы, фильм «Кандагар» не понравился.
- Я такого сказать не мог. Конечно, есть определенные «ляпы», ну и что, это художественный фильм и он замечательный, как и вся бригада артистов, - делится прототип одного из главных героев «Кандагара».
Около 10 назад летчику довелось встретиться с Александром Балуевым лично.
- Он приезжал со своим спектаклем в Тюмень. Мы с ним потом пошли в ресторан. Я ему говорю: что у тебя командир был какой-то вялый. Он ответил, что такую задачу ему поставил режиссер, - с улыбкой вспоминает Шарпатов.
САМОЛЕТ ЛЕТАЕТ ДО СИХ ПОР
С 2004 года знаменитый кандагарский борт в составе парка екатеринбургской авиакомпании. Как рассказали «КП-Екатеринбург» в пресс-службе «Авиакон Цитотранс», самолет по-прежнему регулярно совершает международные и внутрироссийские рейсы.
*Талибан – запрещенная в России террористическая организация.
Автор: Евгений Стоянов – «КП-Екатеринбург»