Найти в Дзене

Хандра, харандра и хандрамит: каким был мир Льюиса до Нарнии

О мире Нарнии Клайва Степлза Льюиса многие писали в ключе "это учебник по основам религии для детей". Религии, разумеется, христианской, хотя мне всегда казалось большой натяжкой говорить это о книге, в которой действуют фавны и дух языческого Рождества. Кое-кто называет его даже "христианским писателем", усматривая в фигуре Правителя Нарнии не более, ни менее как Иисуса. Однако мало кто знает, что еще до «Хроник Нарнии» Льюис выпускает так называемую «Космическую трилогию» - «За пределы безмолвной планеты» (1938), «Переландра» (1943), «Мерзейшая мощь» (1945). Уже в первой книге встречается та самая "хАндра" (с ударением на первом слоге) - внеземельное словечко, означающее планету. Оттуда же - харандры и хандрамиты. Это слова самых что ни на есть настоящих марсиан. Мне представляется более логичным за мыслями Льюиса о христианстве пронаблюдать в эссе, которое там и называется «Просто христианство»: Скорее «сущность» христианства можно сравнить с залом, из которого двери открываются в н
Оглавление

О мире Нарнии Клайва Степлза Льюиса многие писали в ключе "это учебник по основам религии для детей". Религии, разумеется, христианской, хотя мне всегда казалось большой натяжкой говорить это о книге, в которой действуют фавны и дух языческого Рождества. Кое-кто называет его даже "христианским писателем", усматривая в фигуре Правителя Нарнии не более, ни менее как Иисуса.

Однако мало кто знает, что еще до «Хроник Нарнии» Льюис выпускает так называемую «Космическую трилогию» - «За пределы безмолвной планеты» (1938), «Переландра» (1943), «Мерзейшая мощь» (1945). Уже в первой книге встречается та самая "хАндра" (с ударением на первом слоге) - внеземельное словечко, означающее планету. Оттуда же - харандры и хандрамиты. Это слова самых что ни на есть настоящих марсиан.

Марсиане и христианство? Христианство и фавны?

Мне представляется более логичным за мыслями Льюиса о христианстве пронаблюдать в эссе, которое там и называется «Просто христианство»:

Скорее «сущность» христианства можно сравнить с залом, из которого двери открываются в несколько комнат. Если мне удастся привести кого-нибудь в этот зал, моя цель будет достигнута. Но зажженные камины, стулья и пища находятся в комнатах, а не в зале. Этот зал — место ожидания, место, из которого можно пройти в ту или иную дверь, а не место обитания. …Когда вы войдете в вашу комнату, будьте добры к тем, кто вошел в другие двери, и к тем, кто еще ожидает в зале.

Мне кажется убедительнее мысль, что Льюис и не думал никого ничему поучать, но, как всякий писатель, вкладывал в свои книги многое из личного опыта, переживаний, стереотипов.

Иллюстрация к циклу про Нарнию. Дед Мороз, как ни крути, - фигура из языческого пантеона, и зачем притягивать за уши религиозную мораль к хорошей детской книге?
Иллюстрация к циклу про Нарнию. Дед Мороз, как ни крути, - фигура из языческого пантеона, и зачем притягивать за уши религиозную мораль к хорошей детской книге?

В его личный "культурный код" христианство, разумеется, накрепко прошито. Но анализировать Льюиса книги на предмет того, "что хотел сказать автор", - максимально неуместно, именно в случае с его творчеством. Поправьте меня, если я ошибаюсь.

Как Льюис писал "Нарнию"

Если присмотреться, то Нарния далеко не равнозначно "христианской" выглядит в этих книгах:

  • «Лев, Колдунья и Платяной Шкаф» (1950),
  • «Принц Каспиан» (1951),
  • «Плавание «Утреннего путника» (1952),
  • «Серебряное Кресло» (1953),
  • «Конь и его Мальчик» (1954),
  • «Племянник Чародея» (1955),
  • «Последняя Битва» (1956).

Как видим, цикл писался сравнительно недолго - шесть лет. За это время устоявшаяся, взрослая личность мало меняет свои взгляды. И если бы автор начал проповедничать в первой книге, то уж точно не удержался бы от проповедей и во всех последующих.

А что еще вероятнее, - будь у Льюиса задача "написать учебник по христианству", он бы по максимуму напичкал бы основами вероучения именно самую первую книгу.

Из писем К.С. Льюиса:

«Я не планировал писать несколько сказок… Когда я работал над «Лев, Колдунья и Платяной Шкаф», я не знал, что буду писать что-то ещё. Затем я написал продолжение — «Принц Каспиан» и все ещё не думал, что будет что-то ещё, а когда я закончил «Плавание «Утреннего путника»», я был абсолютно уверен, что это последняя хроника. Но, как оказалось, я ошибался. …Я даже не уверен, что оставшиеся хроники были написаны в том порядке, в каком они были опубликованы».

Как видим, первая книга задумывалась как единственная. Это и не должен был быть "курс христианских лекций для самых маленьких". Хотя, конечно же, нравоучительную основу хроник никуда не денешь: еще Джен Эйр приходится читать обязательные для детей истории о том, как плохой мальчик был наказан, а хороший вознагражден.

Охотно верю, что Льюис - НЕ КАК христианский писатель, а КАК НАЧИНАЮЩИЙ писатель начал свою историю отнюдь не от фигуры льва и (идеи наказания греховности), а от поиска жанра. И первое, что пришло ему в голову, - это те самые книжки для детей с ярким конфликтом добра и зла, греха и воздаяния.

В диснеевском варианте эти идеи вообще сняты, конфликт становится чисто голливудским. И что же? Теряется ли от этого суть истории? Нет! Что еще доказывает, что не христианские поучения о греховности и каре за грех являются основой книги.

Из писем К.С.Льюиса: «…Имя я взял из «Тысячи и одной ночи». Так по-тюркски будет лев.  Разумеется, я имел в виду Льва от колена Иудина (1. Откр. 5.5)».
Из писем К.С.Льюиса: «…Имя я взял из «Тысячи и одной ночи». Так по-тюркски будет лев. Разумеется, я имел в виду Льва от колена Иудина (1. Откр. 5.5)».

Почему же Льюис выбрал именно такой жанр?

Потому, что позади у него уже был опыт писательства, и не вполне успешный. Повести «Космической трилогии», которые он писал с конца 1930-х годов, популярными не стали.

А между прочим, язык "Космической трилогии" Льюиса уже намекает на то, что этот начинающий писатель когда-нибудь найдет свою аудиторию: это очень красочное повествование, прекрасно изложенная история...

Горные пики понизу окаймляли высокое плато, сгрудившись вокруг него, как нижние зубы вокруг языка.

Только вот сама история более чем вторична (после Уэллса ТАК можно уже и не писать), суть конфликта вынесена на другую планету со своими физическими законами (а не в параллельную реальность сказки), главные персонажи - взрослые люди.

И эту трилогию также многие порывались назвать "христианской", хотя в Послесловии автор устами главного героя говорит: вот конкретно эти бесплотные сущности - совсем вообще не ангелы.

В "космических" историях также можно усмотреть триаду богов, перекликающуюся с христианской троицей, и идею воспринятия смерти как перехода из одного состояния в другое. Но. Если не натягивать сову на глобус, эти моменты проще можно списать на ту самую "вторичность" неопытного писателя.

Взять основную идею - пришельцы - и повторить ее так, чтобы было что-то свое. Что своего было у филолога и теолога Клайва Степлза Льюиса? Правильно, филология и теология. Именно они и вмешаны в повествование (при этом не мешают сюжету, не помогают сюжету и вообще не оказывают никакого влияния на сюжет).

Книги "космической трилогии" Льюиса

Их можно найти на бесплатных онлайн-библиотеках. Это не классика, но для ознакомления с ранним периодом писательства Льюиса - интересны.

Честно признаюсь, меня хватило только на первую книгу трилогии. И в ней столько красивостей, что я припомнила совет, который приписывается то Харпер Ли, то Хемингуэю, но я его точно помню по прозе Исаака Бабеля...

Совет: выкинуть из текста все прилагательные.

Я перечитала «За пределы безмолвной планеты» дважды, и второй раз просто выкидывала качественные прилагательные (оставляя относительные). Исходник в почти восемь авторских листов сократила в итоге почти на пол-листа (20 000 знаков).

Оригинальный вариант и мой выкладываю на Яндекс. Диске, по ссылкам можно скачать вордовские документы. Вот такой вот у меня получился литературный эксперимент.

Ссылка на полный русский перевод

Ссылка на вариант без прилагательных.