Марк Туллий Цицерон являлся не просто видной фигурой на политическом олимпе Рима. Это был философ, оставивший после себя множество философских трактатов, часть из которых дошла до наших дней, и великий оратор, тексты речей которого также частично уцелели.
Но говорить мы сегодня будем не о том, собственно, как вёл себя при жизни Цицерон, не о перипетиях его политической жизни. Говорить мы будем о том, как опытный и осторожный Цицерон позволил себя обмануть Октавиану Августу, незрелому и не столь мудрому в политике наследнику Цезаря, и как этот обман стоил Цицерону жизни.
Цицерон и Октавиан
Гибель Цезаря в результате заговора не привела к окончательной победе оптиматов (то есть сторонников сенатской аристократии) над их противниками популярами и уж тем более к реставрации республиканских порядков. В живых оставались соратники Цезаря, и почти сразу же развернулась новая борьба.
Ближайший сподвижник Цезаря Марк Антоний, как пишет Плутарх, «сразу вошёл в силу», и многие опасались его, считая, что он стремится к такому же единовластию, к которому стремился Цезарь. В особенности беспокоился Цицерон. Во-первых, будучи людьми, как отмечают источники, живущими по разным жизненным правилам, они и ранее питали друг к другу сильную неприязнь. Во-вторых, Антоний видел в Цицероне, убеждённом стороннике республики, друге Брута, имеющем огромное влияние среди оптиматов, угрозу.
Неудивительно потому, что, когда Октавиан по пути в Рим для принятия наследства Цезаря остановился в Кампании и встретился там с Цицероном, последний решил выступить в качестве его наставника. Хотя детали их разговоры нам неизвестны, тем не менее до нас дошли письма Цицерона, в которых говорится о всецелой преданности Октавиана ему. По мнению историков, уже в тот момент знаменитый оратор планировал использовать наследника Цезаря в своих целях – в первую очередь в борьбе с Антонием. Но по итогу именно Октавиан использовал Цицерона для укрепления своих позиций.
Плутарх приводит также легендарную историю о том, как, ещё когда был жив Помпей Великий, Цицерону приснился сон, в котором боги указали ему на мальчика, который, став владыкой в Риме, положит конец гражданским войнам в государстве. Когда Цицерон проснулся, то встретил этого мальчика на Марсовом поле. Им был Октавиан. В любом случае Октавиан приложил массу усилий, чтобы завоевать доверие Цицерона. Плутарх говорит, что наследник Цезаря «заискивал перед ним [Цицероном] настолько откровенно, что даже называл отцом».
В конце августа 44-го года до н.э. Цицерон вернулся в Рим, когда Антоний заверил сенаторов в готовности сотрудничать с ними. Правда, 1 сентября на заседание сената Цицерон не пришёл из-за плохого самочувствия, из-за чего вспыхнул новый конфликт с Антонием: тот приказал привести в здание сената именитого оратора или сжечь его дом. А 2 сентября Цицерон выступил с обличительной против Марка Антония речью, названной «филиппикой», намекнув на сходство с ситуацией в Афинах в середине IV в. до н.э., когда оратор Демосфен обрушился на македонского царя Филиппа II. До нашего времени дошло в общей сложности 14 филиппик Цицерона.
В октябре Антоний покинул Рим и начал сборы войск, считая, что перспективы сотрудничества с сенатом исчерпали себя. В свою очередь Октавиан попытался объявить войну Антонию, хотя безуспешно: его не поддержал сенат и покинули многие солдаты, решив перейти на сторону Антония. Когда же Антоний вернулся с войском в Рим в ноябре, то и он не добился своей цели в отношении Октавиана: наследника Цезаря врагом государства не объявили.
После перераспределения провинций в свою пользу Антоний отправился в Цизальпийскую Галлию, где находился Децим Брут, в то время как сенат начал подготовку к войне с Антонием. В то время фактической главой республики был Цицерон, и, благодаря его посредничеству, Октавиан досрочно стал сенатором, получив возможность избираться на должности на 10 лет раньше положенного. Кроме того, Цицерон добился того, чтобы консулы выплатили деньги Октавиану, которые тот обещал войску. И вскоре после этого он вместе с консулами выступил к Мутине, где Антоний продолжал осаду.
Снятия осады с города добиться удалось, однако консулы погибли в результате засады: в источниках встречается мнение, что к их гибели был причастен сам Октавиан. Так это или не так, но после этого Октавиан резко стал сенату не нужен. В частности в сенате отказались от прежнего обещания выплаты войску Октавиана денег.
Наследник Цезаря, опасаясь, что останется в одиночестве, без поддержки и войск, воспользовавшись честолюбием Цицерона, упросил его искать консульства для них в этом году. Октавиан обещал, что, будучи более опытным в государственных делах, управлять ими будет сам Цицерон, а самому ему будет достаточно одного титула. Добиться своего с помощью Цицерона в этот раз Октавиану не вышло, его удостоили лишь почётным титулом императора, однако в августе 43-го г. до н.э., пользуясь тем, что в Италии осталась небольшая горстка войск, ввёл легионы в Рим. Тут же, завладев казной, он произвёл выплаты солдатам, и в том же месяце вместе со своим дядей был избран консулом.
Но это было только начало. В октябре 43-го г. до н.э. Октавиан встретился с Антонием и другим цезарианцем Марком Эмилием Лепидом. Произошло то, чего не предвидел Цицерон: бывшие враги заключили союз.
Предательство
Одним из первых действий триумвиров после захвата власти в Риме стало введение проскрипционных списков, то есть перечня лиц, объявленных вне закона. Имущество включённого в этот список конфисковывалось, и, пользуясь этим инструментом, триумвиры не только расправлялись со своими врагами и избавлялись от потенциально опасных лиц, но также поправляли своё финансовое положение.
Плутарх приводит легенду, согласно которой больше всего союзники спорили о включении в проскрипционный список имени Цицерона. Октавиан будто бы на протяжении трёх дней отстаивал наставника, но, в конце концов, возобладало мнение Антония.
Попытка Цицерона сбежать от убийц в Грецию успехом не увенчалась. Его настигли у его же виллы у городка Капуи. Вот как описывает этот момент Аппиан:
«…Между тем многие партиями бродили и расспрашивали, не видели ли Цицерона; все из расположения и сострадания к нему говорили, что он, отчалив на лодке, плывет уже по морю. Но один сапожник, клиент Клодия, бывшего жесточайшим врагом Цицерона, указал центуриону Ленату с его немногочисленными спутниками тропинку. Тот погнался и, заметив, что рабы, окружавшие Цицерона, гораздо многочисленнее, чем его спутники, и готовы защищаться, прибегнул к военной хитрости и закричал: «Центурионы, находящиеся в тылу, идите за мной сюда!». Тогда рабы испугались, полагая, что приближается превосходящий их числом отряд. Ленат, в свое время выигравший процесс благодаря Цицерону, вытащив из носилок Цицерона, отрубил ему голову, или, скорее, по неопытности отпилил ее, так как он три раза ударил по шее. Отрезал он также и руку, которой Цицерон писал речи против Антония как тирана, назвав их в подражание Демосфену «Филиппиками».
Руки и голова Цицерона, по приказанию Антония, были выставлены на ораторском возвышении. Так злопамятный полководец отомстил своему злейшему врагу.
Октавиан же многими годами позже, когда уже стал единоличным правителем Рима, согласно приведённому Плутархом преданию, обнаружив у одного из своих внуков свиток с сочинением Цицерона, прочитал его и заявил:
«Ученый был человек, что правда, то правда, и любил отечество».
(с) Zeist
Понравилась статья? Тогда, чтобы поддержать нас, можете поставить лайк и подписаться на наш Дзен и Telegram: https://t.me/vestnikistorii
Мы будем очень признательны любой поддержке!