В русской культуре беременность была окружена множеством разных поверий. Так, например, беременная женщина связывалась с идеей плодородия вообще и животворящей силой земли в частности. Также верили в то, что беременная женщина способна избавить других от болезни. К примеру для того, чтобы помочь бесплодной женщине, беременная должна была в Новый год первой войти в ее дом.
В то же время беременность, по мнению крестьян, была состоянием опасным как для самой женщины, так и для окружавших ее людей и миропорядка в целом. Эта опасность объяснялась тем, что она имеет в момент беременности две души, а также тем, что она находится на границе между «нашим» и «иным» миром, т. е. на границе, отделяющей жизнь от смерти. Двойственным было и отношение к родам.
В русской традиционной культуре рождение человека, с одной стороны, воспринималось как великое таинство и воплощение Божьего замысла, а с другой - акт рождения считался сакрально нечистым. Это объяснялось верой людей в греховность соития мужчины и женщины, а также представлениями о связи новорожденного с «иным» миром, из которого он приходит.
Сами роды проходили обычно в бане, иногда на повети, в подклете, в чулане, хлеву, т. е. вне жилого пространства. Это было вызвано естественным желанием женщины уединиться для родов, а также страхом внести «нечистоту» в сакрально чистое жилое помещение.
Новорожденного принимала свекровь роженицы или ее мать, а при первых родах — повитуха (пупорезка, бабка). Каждая повитуха знала много практических приемов для облегчения родов, использовала лекарственные травы, главным образом кровоостанавливающие и усиливающие схватки, а также умела определять состояние здоровья роженицы и новорожденного.
Считалось, что всякая замкнутость мешает быстроте родов, поэтому было необходимо развязать все узелки на одежде роженицы, распустить ей волосы, раскрыть все двери и ворота, поднять крышки сундуков, ларей и т.д. Для облегчения родов роженицу поили водой, в которую были положены угольки, выскочившие из печи, или водой, слитой с куриного яйца: «Как курица яичко скоро сносит, так бы и ты, раба Божья, скоро распласталась».
Повитуха должна была защитить мать и новорожденного от нечистой силы, поэтому она окропляла помещение святой водой и окуривала ладаном, а также читала молитвы, обращенные к Богу и святым угодникам.
Рождение ребенка также сопровождалось целом рядом ритуальных действий. Заботясь о том, чтобы ребенок был любим отцом, его принимали от роженицы на мужскую рубаху. Чтобы новорожденного любили все деревенские жители, его обтирали полотенцем, к которому прикасались руки многих людей. Пуповину старались отрезать девочке на прялке, а мальчику — на топоре, чтобы ребенок приобрел способность соответственно к женским или мужским работам. После этого бабка-повитуха подносила ребенка к матери, заставляя ее посмотреть ему в глаза, чтобы установить между ними неразрывную духовную связь. В завершение родовых процедур мать и новорожденного мыли в бане. Это была не простая гигиеническая процедура, а ритуальное очищение от «родовой скверны» и защита от нечистой силы, сглаза и т.д.
В течение нескольких дней после родов мать и младенец считались нечистыми и даже опасными для окружающих. По прошествии недели после родов необходимо было провести обряд очищения. Для этого приглашался священник, который читал специальную молитву в том помещении, где женщина рожала, или в церкви, по заказу ее семьи.
