С какой-то прямо нежной грустью вспоминаю эпоху, когда видеомагнитофон гудел, а кассеты с надписью «Переписано вручную» были пропуском в мир запретного голливудского шика. «Свидание вслепую» 1987 года — тот фильм, который смотрели украдкой, пока родители спали. Брюс Уиллис здесь еще не Джон Макклейн, а Уолтер Дэвис — растерянный клерк в галстуке-бабочке.
Но именно этот абсурдный фарс стал трамплином для будущего «Крепкого орешка». Сегодня мы размотаем пленку времени — 15 фактов, которые заставят вас пересмотреть этот фильм в 2025 (даже если вы помните каждый кадр фильма).
1. Изначально Уолтера и Надю должны были играть не Брюс Уиллис и Ким Бейсингер (кстати, все ее тогда называли Ким Бэссинджер – пусть здесь так и остается). Проект задумывался как подарок для недавно поженившихся Мадонны и Шона Пенна, но пара отказалась, когда не смогла найти подходящего режиссера.
Студия передала сценарий Блейку Эдвардсу, который согласился взяться за работу только после радикальных изменений в сюжете. Так романтическая комедия превратилась в абсурдистский фарс, а главные роли достались тогда еще малоизвестному Уиллису и Бэссинджер , чей образ «красотки подшофе» стал её визитной карточкой.
2. Бюджет в $16 млн казался оправданным, пока Эдвардс не потребовал переписать треть сценария за две недели. Продюсеры согласились, но с условием: съемки должны уложиться в 10 недель. Оператор Гарри Страдлинг-младший вспоминал, как Эдвардс в ярости разбил монитор, когда Уиллис забыл текст в одной из сцен: «Он кричал, что Брюс — худший выбор после Пенна».
Ирония в том, что именно эта импровизация вошла в финальный монтаж... а через месяц фильм уже лидировал в прокате.
3. Сцена, где Надя опрокидывает бокал на японского клиента, почти вызвала международный скандал. Сабу Шимоно, игравший мистера Якамото, настаивал, что его персонаж — карикатура на стереотипы. Эдвардс ответил: «Это комедия, а не документалка». Конфликт разрешили, добавив эпизод, где жена Якамото бросает его, забрав половину состояния. Этот эпизод стал единственным, который критики назвали «социально смелым»... пока не узнали, что его придумали за ночь.
4. Ким Бэссинджер ненавидела свой образ. Она уговорила костюмеров сделать платья на два размера больше, чтобы выглядеть «нелепо», но Эдвардс приказал перешить их за ночь. «Я чувствовала себя куклой в этом блестящем красном костюме», — признавалась актриса. Её бунт отразился в сцене, где Надя танцует в клубе: движения Бэссинджер были нарочито резкими, а взгляд — пустым. Но зрители восприняли это как гениальную игру...
5. Фильм стал дебютом Брюса Уиллиса в качестве актера первого плана, но едва не разрушил его карьеру. Критики издевались: «Он выглядит как офисный планктон, мечтающий стать супергероем». Ирония? Ведь именно эта роль привлекла внимание создателей «Крепкого орешка», увидевших в Уиллисе «уязвимого хама».
6. Сцена с побегом на угнанном автомобиле обошлась в $500 тыс. Каскадеры настояли на использовании дублеров, но Уиллис сам сел за руль, заявив: «Я же в «Саймон и Саймон» гонял!». Он врезался в стену, повредив камеру. Эдвардс хотел вырезать дубль, но продюсеры настояли: «Пусть зрители видят настоящий страх».
7. Продюсеры настаивали на фоновой музыке в баре, но Эдвардс хотел «живой нерв». Когда музыканты спели Let You Get Away, Брюс Уиллис начал танцевать спонтанно — этот момент вошел в финальный монтаж. Но пираты в СССР вырезали эти кадры, посчитав их «слишком американизированными».
8. Костюмы Нади создавала Трэйси Тайнен, вдохновляясь... куклами Барби. Бэссинджер носила туфли на 12-сантиметровых каблуках, чтобы подчеркнуть неустойчивость персонажа. После съемок она подарила их ассистентке со словами: «Сожги их».
9. Сцена в суде, где судья — отец Дэвида, снималась в реальном здании Лос-Анджелесского окружного суда. Охранники приняли Уильяма Дэниелса за настоящего судью и попросили автограф. Актер, известный ролью мистера Фини в Шоу Косби, позже признавался: «Я боялся, что меня арестуют за самозванство».
10. Оператор наклонял камеру на 30 градусов в сценах с Надей. «Это должно было вызывать подсознательный дискомфорт», — объяснял он. Но когда Бэссинджер увидела первый монтаж, она закричала: «Вы превратили меня в клоуна!». Эдвардс ответил: «Это и есть цель».
11. Здание, где находится офис Дэвида Бедфорда, — недостроенный небоскреб Fox Plaza. Через год оно станет «Башней Накатоми» в Крепком орешке. Оператор Гарри Страдлинг-младший специально снимал его под углом, чтобы скрыть отсутствие окон, но фанаты позже заметили сходство. «Мы даже не думали, что Уиллис вернется туда другим», — смеялся Эдвардс. А ведь следующая связь между фильмами куда неожиданнее...
12. Армин Шимерман, сыгравший французского официанта, позже прославился как Кварк в Звездном пути: Глубокий космос. Но мало кто знает, что его реплика «Это простительно, ведь вы американец!» была импровизацией. Режиссер оставил её, чтобы подчеркнуть абсурдность стереотипов.
13. Сценарий требовал, чтобы Надя носила исключительно красное. Костюмер Трэйси Тайнен купила 20 одинаковых платьев, но Бэссинджер случайно порвала одно во время танца. Эдвардс решил оставить этот дубль: «Пусть зрители видят, как она рвет шаблоны». Позже это платье продали на аукционе за $17 тыс.
14. В сцене суда Уолтер кричит: «Я не буду платить алименты!» — это отсылка к реальному разводу Брюса Уиллиса с Деми Мур, который случился через год после съемок. Актер настаивал, что это совпадение, но Эдвардс позже признал: «Мы знали, что он переживает».
15. Пиратская версия для СССР не только меняла перевод, но и вырезала 12 минут. Особенно пострадала сцена в баре — цензоры посчитали, что «советские зрители не поймут джаз». В 1991 году тот же фрагмент показывали в «Программе А» как пример «загнивающего Запада».
«Свидание вслепую» не просто смешило — оно отразило дух 80-х. Брюс Уиллис, ненавидевший свою роль, именно здесь научился тому, что позже спасло Макклейна: смешить сквозь боль, бежать сквозь абсурд, верить в хэппи-энд, даже когда сценарий провален.