— Чего?! — свекровь чуть не выронила половник, которым размешивала суп. — Ко мне?! С какого перепугу вы это решили?
— Потому что я не намерена ютиться в «каморке», как вы сами её называли, — Людмила говорила так, будто озвучивала очевидное. — Ваш сын тоже считает, что двое взрослых и младенец не смогут комфортно жить в однушке.
— Сын, ты это серьёзно? — Тамара Петровна повернулась к Сергею.
— Мам, пойми, это временно. Ведь у нас тут детская поликлиника рядом, парк, садик, магазины, — он умоляюще поглядел на мать. — Мы же одна семья.
Часть 1. Нежданные намёки
— Ты совсем охренел, Сергей?! — женский голос прозвучал так громко, что за стеной деканата кто-то вздрогнул. — Думаешь, если ты старше и преподаватель, то можешь вертеть мною как девчонкой? Или ты считаешь, что я буду бегать за тобой с поклонами? Да в гробу я видала такую псевдовласть!
— Людмил, умоляю, успокойся, — ответил Сергей тихим, но внятным голосом. Он выглядел растерянным: такого накала эмоций он никак не ожидал. — Давай потише, сядем и всё обсудим. Твои слова… они звучат слишком громко. Я ведь не хочу с тобой ссориться.
— Обсудим?! Да мне уже надоело всё это: эта дурацкая система вуза, и твои обещания помочь! Помнишь, ты говорил, что спасёшь меня от долгов и устроишь без очереди на пересдачу?
— Я же всё выполнил, — попытался вставить Сергей, подняв руку в мягком жесте. — Зачёты ты получила заранее, я сделал для тебя всё, что мог, причём честно. Вся моя помощь…
— Ой, да не притворяйся великим благодетелем! — Людмила метнула в него колючий взгляд. — Помнишь, как ты приударил за мной в коридоре, когда я только пришла на консультацию? Сказал, что поможешь, а взамен намекнул на «красивое времяпрепровождение»? Я, может, и не против была, но почему ты лезешь в мою жизнь как преданный пёс?!
— Я… — Сергей вздохнул и невольно опустил глаза. — Мне приятно заботиться о тебе. И давай без обид: я не хотел ничего требовать взамен, просто наставлял тебя как студентку.
— Ха! «Наставлял как студентку!» — фыркнула Людмила, в её голосе прозвенела издевательская насмешка. — Интересно, как сейчас на это отреагирует твоя мать? Ведь мы с тобой вроде как расписываемся. Хотела бы я посмотреть, как Тамара Петровна узнает, что её драгоценный сын привёл в семью «очередного младенца», да?
— Пожалуйста, не груби, — Сергей осторожно положил руку на стол, пытаясь не смотреть Людмиле в глаза, поскольку её гнев буквально искрился. — Моя мама… да она непростая женщина, но я уверен, что со временем вы поладите.
— О да, непростая, — Людмила приподняла брови. — Понятно, в кого ты такой. Если она не в курсе твоей жизни, то сообщи, что решили жениться. А я посмотрю со стороны, как вы между собой будете разбираться. Только вот учти: в обиду я себя не дам, если твоя мамаша вздумает строить из себя королеву. Мне терять нечего.
Она развернулась и сильным движением рванула дверь из деканата, чуть не сбив с ног проходившего мимо лаборанта. Сергей вздохнул: первая серьёзная ссора, и было бы из-за чего, он просто не поставил в известность мать о том, что намерен жениться. Но, несмотря на грубые фразы, он не мог отрицать, что Людмила его зацепила. Её вспыльчивость, прямолинейность и умение одновременно быть хрупкой и жестокой будоражили его сознание.
Часть 2. Тихая роспись
— Сергей, сынок, ты хоть предупредил бы, что приводишь жену, — холодный голос раздался с порога, когда молодожёны переступили порог просторной трёшки. — Здравствуй, Людмила… прошу вытереть ноги?
— Здравствуйте, Тамара Петровна, — устало произнесла девушка и аккуратно шаркнула обувью о коврик. Но она не смогла удержаться от укола в адрес свекрови: — А вы сами как считаете: должна ли невестка раздеваться тут же на пороге или мне кланяться вам в пояс?
— Я считаю, что раз ты теперь часть семьи, то неплохо бы проявить уважение, — Тамара Петровна поправила чёрные локоны, на лице появилась недовольная улыбка. — Или, может, боишься испачкать свой маникюр об нашу святую землю?
— Мама, давай без сарказма, — вмешался Сергей, стараясь говорить мягко. — Люда… Людмила очень волнуется. Да и я тоже. Мы только расписались и…
— Только расписались? — Тамара Петровна рассмеялась, но смех получился колкий. — Очень хорошо, значит, прошли мимо меня, матери твоей, и даже не сочли нужным позвать на регистрацию? Или это нынче так модно?
📖 Также читайте: — Пошла вон из моей квартиры потаскуха, неверная, предательница! — орал на Веру её сожитель
— Вы бы всё равно всё испортили, — тихо, но чётко произнесла Людмила.
— Что?! — скривилась Тамара Петровна. — У неё губа не дура, сынок! Смотри, как она умеет жалить. А ну, ка, скажи, деточка, чего ты хочешь от этой семьи?
— Мама, хватит провокаций, прошу, — Сергей взглянул на жену. — Мы пришли показать тебе документы…
— А ну, дай посмотреть! — Тамара Петровна выхватила свидетельство о браке, окинула взглядом и фыркнула: — Ну что ж, теперь никуда не денешься, раз уж бумажки подписаны. Хотя… могу дать совет тебе, мой блудливый профессор: стоит ли оно вообще таких «героических» жертв? Эта девчонка — не предел!
— Я сам разберусь, мама. И, прошу, перестань оскорблять мою жену.
— Сергей, сынок, какое оскорбление? Я просто пытаюсь открыть тебе глаза, — в голосе Тамары Петровны прозвучал ледяной смешок. — Разве такая крикливая особа — мечта любого мужчины? Уверена, под маской скромницы там чёрт знает что.
— А может, подождём, пока я сама всё покажу? — сухо усмехнулась Людмила.
— Давайте лучше сядем за стол, — предложил Сергей. — Мы сегодня весь день на ногах. Хотелось бы немного спокойствия, если вы не против.
— Ишь ты какой вежливый! Ладно, проходите, оставайтесь. Надеюсь, ты не рассчитываешь, что я тут же накрою для вас пир горой?
Тамара Петровна мыла обижена, что сын не соизволил позвать её на регистрацию, а после неуместные выпады невестки. Хозяйка медленно пошла вглубь квартиры. Молодые переглянулись и последовали за ней. Холодная обстановка обещала самую настоящую войну характеров.
Часть 3. Гнездо для троих
— Людочка, родная, тут такая ситуация… — Сергей помялся в дверях маленькой однокомнатной квартиры, предоставленной ему институтом. — Понимаешь, я не могу позволить себе ипотеку прямо сейчас. Тем более, благодаря моей работе мы почти не платим за жильё.
— Твоя матушка живёт в хоромах размером с футбольное поле, а мы ютимся здесь, хоть и с ремонтом, но тесновато же, — жена прошлась по комнате, оглядела небольшую кухню. — Проходы узкие, развернуться негде.
— Ну прости, что сразу не купил дворец, — с тёплой усмешкой сказал Сергей. — Я же не олигарх и не делаю открытий в науке, чтобы меня засыпали грантами. Но, Людочка, мы же счастливы вдвоём. Разве это не главное?
— Послушай, я не хочу рожать ребёнка в клетке. Физически не хочу. Поэтому давай так: я пока доучиваюсь, работаю над собой, а ты решаешь, как улучшить наши жилищные условия.
— Улучшить? — Сергей недоуменно почесал затылок. — У меня стабильная зарплата в институте, но она не позволяет взять квартиру бизнес-класса. Мама нам не поможет… хотя… можно было бы попытаться договориться с ней.
— Ага, «договориться с ней». У тебя любое слово «мама» вызывает тихую панику. Свекровь и так смотрит на меня словно на врага народа, — отозвалась Людмила. — Хотя, если бы она почувствовала будущего внука, может, стала бы сговорчивее. Ты не думал об этом?
— Люда, это… слишком прагматичный подход. Я бы хотел, чтобы ребёнок родился по взаимной любви, а не для шантажа моей матери.
— Это не шантаж, это жизнь! Иногда приходится хитрить, чтобы добиться своего. Да и мы всё равно когда-нибудь захотим детей. Так, может, совместим приятное с полезным? — в голосе Людмилы мелькнула уверенная нотка.
— Ты моя хитрая девочка, — вздохнул Сергей, улыбнувшись и обняв жену. — Но обещай, что не будешь перегибать палку.
— Обещаю, — прищурилась Людмила и тронула руками его шею. — Только ты уж постарайся не встать поперёк моего пути, а то твоя женушка отрубит тебе крылья!
Часть 4. Борьба за простор
— Сынок, тебе не надоело таскаться ко мне каждый день, чтобы поесть и забрать продукты? — холодно спросила Тамара Петровна, когда увидела Сергея на пороге. Рядом с ним стояла сноха, аккуратно придерживая округлившийся живот. — Твоя жена решила, что я тут повар на все руки?
— Мам, ну зачем так жёстко… — Сергей кивнул Людмиле, приглашая её войти. — Просто у неё токсикоз, и она не всегда может готовить. А мне хочется, чтобы она питалась полноценными продуктами. Да и тебе ведь несложно поделиться, ты так здорово готовишь.
— Здорово готовлю? — Тамара Петровна хмыкнула. — А ничего, что для себя я готовлю простую пищу, зато для этой обнаглевшей мадемуазели — какие-то утки в трюфельном соусе и прочее лакомство?
— От вас разве убудет? — спросила Людмила, растягивая слова. — Я ношу вашего внука, кстати! Или вы не хотели внуков?
— А если завтра ты потребуешь у меня килограмм чёрной икры, ты всерьёз думаешь, что я ринусь исполнять твои прихоти? — фыркнула свекровь.
— Мама, пожалуйста… — Сергей выставил примирительно руки. — Не трать нервы. Людмила просто хочет разнообразия в еде.
— Разнообразия захотелось… Вот пусть приходит сама и готовит, раз ей всё не по душе! — гаркнула Тамара Петровна, затем прищурилась и, со скользкой усмешкой, спросила: — Или у неё слишком тонкий вкус, чтобы собственноручно испачкать пальчики об сковородку?
— Тамара Петровна, вы сейчас позволяете себе лишнее, — тихо, но уверенно произнесла Людмила. — Впрочем, я пришла не за тем, чтобы опять выслушивать издёвки. Мы хотим переехать к вам жить.
— Чего?! — свекровь чуть не выронила половник, которым размешивала суп. — Ко мне?! С какого перепугу вы это решили?
— Потому что я не намерена ютиться в «каморке», как вы сами её называли, — Людмила говорила так, будто озвучивала очевидное. — Ваш сын тоже считает, что двое взрослых и младенец не смогут комфортно жить в однушке.
— Сын, ты это серьёзно? — Тамара Петровна повернулась к Сергею.
— Мам, пойми, это временно. Ведь у нас тут детская поликлиника рядом, парк, садик, магазины, — он умоляюще поглядел на мать. — Мы же одна семья.
— Семья?! Так и быть… но предупреждаю: ни прописки, ни переоформления квартиры не будет. Погостили — и выметайтесь. Ясно?
— Мама, ты слишком категорично, — вздохнул Сергей.
— А чего ты ждал? Что я расстелю ковёр до самого подъезда? — Тамара Петровна отвернулась и стала помешивать суп в кастрюле. — Ладно. Раз уж деваться некуда, тащите свои чемоданы. Главное — не забывайте, кто тут хозяйка.
Часть 5. Шантаж и развязка
— Я не буду рожать, если вы не пропишете меня в этой квартире, — заявила Людмила ранним утром, встретив свекровь на кухне ещё в пижаме. — Всё просто: хотите внука — обеспечьте ему будущее.
— Да как же ты можешь так говорить? — воскликнул муж, вбежавший следом. — Люда, успокойся… ты не всерьёз? Разве можно отказываться от малыша из-за какой-то прописки?
— Ой, как завернул! «Из-за какой-то прописки», — тут же прошипела Людмила. — А как мы потом будем жить без нормальных условий? Я здесь на птичьих правах. Меня и твоего будущего ребёнка могут в любой момент выставить на улицу. Да, Тамара Петровна?
— А что, уже боишься? — свекровь затаила холодную улыбку. — Между прочим, я вполне могу вызвать полицию и сказать, что вы незаконно вселились.
— Мама, что за грозные речи?! — Сергей подошёл к ней. — Давай найдём компромисс. Я же не хочу, чтобы Людмила нервничала.
— Нервничала? Да она со своим шантажом сама всех загоняет в гроб, — сквозь зубы произнесла Тамара Петровна. — Сынок, ты разве не видишь: у неё все ходы продуманы. Ты сам-то не замечаешь, как она тобой вертит?
— Ничего я не верчу, — отрезала Людмила. — Просто требую условия для нормальной жизни.
— Условия?! У вас была квартира, заявили что маленькая, пришли, я пустила. Что ты хочешь? — Тамара Петровна сжала губы. — Условия?! Ну так получишь свои «условия». Не нравится, собирай манатки и проваливай туда, где тебе дадут прописку. Уезжайте обратно в однушку, если её ещё не отдали другому преподавателю.
— Но… — Сергей хотел вставить слово, но мать его перебила.
— Никаких «но»! Я устала терпеть, как эта особа устраивает тут свои порядки. Если стала женой, это не значит нахалкой. Это моя квартира, я на нее горбатилась. А теперь она мне угрожает, что откажется от ребёнка? Каким способом, вон живот какой! Да пусть делает что хочет, раз не страшно карму портить, — Тамара Петровна посмотрела прямо в глаза снохе. — Твоих ручонок, дорогуша, я здесь не потерплю. А если начнёшь права качать — в полицию заявлю, что ты украла у меня фамильные драгоценности. Хоть бы поняла, с кем имеешь дело.
— Что за бред? — испугавшись вскинулась Людмила. — Нет у меня никаких ваших драгоценностей!
— Разберёмся, — холодно проговорила свекровь. — Я уже всё обдумала. Так что убирайся, пока не поздно.
— Хорошо, мы уходим, — растерянно произнёс Сергей. — Мама, зачем так грубо?
— Я могу и помягче. Но, видимо, только грубость помогает освободить душу от ваших вечных притязаний. Идите, а я поживу в тишине, — Тамара Петровна направилась к себе в комнату. — И да, если надумаешь продать свою долю в квартире, предупреждаю: на наследство можешь потом не рассчитывать!
— Люда, пойдём, пожалуйста… — Сергей, потерянный, собрал сумку жены. — Вернёмся в ту квартиру и решим всё мирно.
— Мирно… — тихо прошипела Людмила. — Ещё посмотрим.
Они ушли, хлопнув дверью. Как оказалось, их институтскую комнату ещё никто не занял. К счастью, у Сергея были хорошие отношения с руководством, и его объяснения о временном отъезде удовлетворили отдел кадров. Людмила вернулась покорно, хотя чувствовалось, что в её душе бурлит злоба на свекровь и новый план как перебраться в трёшку.
Заключение
Семейная жизнь Сергея и Людмилы продолжилась в тесноватой, но уже почти родной для них «однушке». Тамара Петровна оставалась в стороне, убеждённая, что невестка лишь охотится за её трёшкой и готова на любые уловки. Людмила, поняв, что жёсткий напор и шантаж не сработали, решила взять паузу: она окончила университет, а затем поставила себе новые цели и задачи. Сергей смотрел на жену со смесью любви и усталости, всё больше понимая, насколько коварны могут быть даже самые хрупкие и поначалу безобидные люди. Но в тихие вечера, держа руку на округлившемся животе своей жены, он всё же верил, что смогут они найти мир, если не в сердцах, то хотя бы в маленьком семейном пространстве.
«Нет ничего жарче, чем холодная ирония, и ничего опаснее, чем тонкий шантаж.»
(Автор афоризма: неизвестен)
Автор: Мария Кузнецова
Самые читаемые рассказы на ДЗЕН
📖 — Пошла вон из моей квартиры потаскуха, неверная, предательница! — орал на Веру её сожитель
📖 — Может, мне ещё на колени пасть и умолять, чтобы в гости разрешили приходить? — кричала золовка
📖 — Я решила, что буду жить в вашем доме у моря, — заявила свекровь сыну и снохе
📖 — Зачем твоему сыну квартира? Отдай её мне! — вот только сожитель не знал её планов