В такой день все вокруг говорят о любви. Она разлита в воздухе. Давайте и мы сегодня не будем рассуждать о работе и карьере, а поговорим о том, что дарит нам второе крыло после профессиональной самореализации - любви и отношениях в паре.
Спойлер: они стали мужем и женой через четыре дня после знакомства и прожили душа в душу больше 50 лет – до самой его смерти.
Считается, что способность любить – такой же талант, как и все остальные. Любить в том смысле, что не вздыхать на скамейке, а быть готовым сделать всё ради любимого человека. Звезда мировой оперной сцены Галина Вишневская и гениальный виолончелист Мстислав Ростропович обладали этим редким даром в той же мере, что и талантом к музыке. История их любви заслуживает того, чтобы быть увековеченной в книге, и думаю, кто-нибудь обязательно её напишет. А пока мы посвятим ей статью.
Их путь к счастью не был простым. Особенно её.
Галина Вишневская
Галина Иванова (девичья фамилия Галины Вишневской) родилась 25 октября 1926 года в рабочей семье в Ленинграде. С самого рождения девочка не чувствовала ни любви, ни заботы родителей. Они развелись через полтора месяца после её рождения, мама упорхнула с новым кавалером, бросив малышку на воспитание своей матери, отцу тоже было не до неё. Жила она с бабушкой в Кронштадте, иногда приезжая в Ленинград, чтобы повидать маму, постоянно пела, и очень болезненно воспринимала отношение соседей, называвших ее капризной неумехой и сиротой:
«Я до сих пор помню, чувствую, как ужасно это слово, «сиротка», меня обижало и оскорбляло. И я хотела родителям обязательно доказать, как они были неправы, когда меня бросили. Я всем твердила: «Вырасту и стану артисткой!». Я всё время пела. Меня дразнили «Галька-артистка», а я думала, вот родители будут плакать, когда поймут, кого они бросили, а я буду проходить мимо них с гордо поднятой головой».
Галя училась в первом классе, когда её впервые наградили за пение трёхметровым отрезом ситца в горошек. Из него бабушка сшила внучке платье с воланами. Наряжаясь в него, девочка представляла себя на сцене.
При всех лишениях, которые выпали на её долю, Бог не обделил её тремя вещами – хорошим слухом, великолепным голосом и красотой. Она слышала песни по радио и моментально схватывала их.
Гале было четырнадцать, когда началась война. В 1942 году, в блокаду, умерла бабушка, и девочка осталась совсем одна. Голодала, что впоследствии аукнулось ей тяжёлой болезнью. Скорее всего, и она бы не выжила, если бы её не спасли женщины, осматривавшие квартиры ленинградцев, разыскивая живых. Галину Иванову зачислили в войска ПВО, где она трудилась наравне со взрослыми. А по вечерам участвовала во всех концертных программах, которые организовывали для защитников города.
Музыка и творчество снова лечили её, как в детстве.
Во время одного из таких концертов Галя встретила своего первого мужа, морского офицера Георгия Вишневского. Брак, правда, продлился всего два месяца, но зато после него новоиспечённой жене осталась благозвучная «сценическая» фамилия Вишневская, которую она не стала менять.
К концу войны в Выборге снова открыли музыкальную школу, и Галина стала одной из первых её учениц. А параллельно подрабатывала помощником осветителя в выборгском Доме культуры. Она знала, что хочет стать певицей, и шла к своей цели.
Одарённую уникальным голосом девушку вскоре приняли в областной хор Ленинградского театра оперетты, а через некоторое время она стала исполнять сольные партии.
Директор театра — Марк Рубин — влюбился в новую солистку без памяти. И предложил Галине стать его женой. И она согласилась, несмотря на то, что он был старше 18-летней девушки на 22 года. Марк был заботливым и надёжным мужчиной, к тому же у них была общая работа и интересы. Но главное, переехав к нему в коммунальную квартиру, девушка наконец почувствовала, что у нее есть настоящие дом и семья.
Как было на самом деле, знала только она сама, но мне думается, что в этих скоропалительных замужествах она искала то, чего ей не хватало всё детство и юность – любовь и безопасность.
Через год Вишневская родила сына Илью. Роды были очень тяжёлыми: почти трое суток ожидания в больнице, приступ эклампсии, лихорадка. В два месяца Илья отравился и умер – лекарств, чтобы спасти его, достать не сумели. Пережив смерть сына, она отправилась с мужем на гастроли. Работа давала ей силы жить дальше.
Но на этом её испытания не закончились – вскоре у Вишневской обнаружилась открытая форма туберкулеза. В страхе навсегда потерять голос она отказалась от операции и занималась самолечением: ела жирную пищу, колола себе два
раза в день стрептомицин, который тогда был плохо очищенным, поэтому уколы были страшно болезненные. Когда ей сделали последнюю, 120-ю инъекцию, на ней живого места не было – все тело в синяках и опухолях: лекарство к тому же плохо рассасывалось. Но оно её спасло. Произошло чудо: туберкулезные палочки исчезли. Артистка поправилась до неузнаваемости, но чувствовала себя живой, молодой и полной сил.
Первые существенные перемены в биографии певицы начались в 1952 году. Она случайно узнала, что Большой театр организовывает конкурс молодых исполнителей. Вишневская решилась принять в нем участие, несмотря на то, что не имела профессионального образования. Конкурс открыл для неё дверь в мир Большого театра, её приняли стажером.
Прошло совсем немного времени, и Галина стала примой Большого. Теперь она пела практически все главные партии из его репертуара. Карьера певицы развивалась стремительными темпами. Она побывала с гастролями в Штатах, ей аплодировали Милан и Лондон, где её выступления прошли в самых престижных концертных залах – «Ла Скала» и «Ковент-Гарден». Галина Вишневская исполнила свою детскую мечту – стала известной певицей.
Интересно, увидели ли её триумф родители, пожалели ли они, что бросили её?
Мстислав Ростропович
Будущий музыкант с мировым именем родился 27 марта 1927 года в Баку. В отличие от Вишневской, Мстислав Ростропович был музыкантом по крови: отец - виолончелист, мать - пианистка. Инструменты он осваивал под их чутким руководством. И превзошёл в таланте своих родителей. В четыре года мальчик уже играл на рояле и сам сочинял незамысловатые мелодии, а в восемь – на виолончели. В 12 лет Мстислав дал свой первый концерт вместе с симфоническим оркестром.
В 1946 году Ростропович закончил музыкальное училище с красным дипломом и приобрел сразу две специальности - виолончелиста и композитора. Далее была аспирантура, после окончания которой, Ростропович преподавал в консерваториях Москвы и Ленинграда.
К концу 40-х годов музыкант давал концерты в самых разных городах. Ему аплодировали Москва, Киев, Минск. Мстислав стал участником многих международных конкурсов, откуда непременно возвращался победителем. Его популярность росла день ото дня. Этому способствовали и гастроли за рубежом, принесшие ему международное признание и успех.
Статус обязывал его участвовать в различных официальных приёмах, на которых ему всегда было скучно - и Ростропович под шумок убегал.
Но в тот вечер всё было иначе.
Встреча
Впервые они увидели друг друга весной 1955 года в ресторане «Метрополь». Восходящая звезда Большого театра и молодой виолончелист были в числе гостей на приеме иностранной делегации. Мстислав Леопольдович вспоминал: «Поднимаю я глаза, а ко мне с лестницы снисходит богиня… Я даже дар речи потерял. И в ту же минуту решил, что эта женщина будет моей».
Когда Вишневская собралась уходить, Ростропович настойчиво предложил проводить её. «Между прочим, я замужем!» — предупредила его Вишневская. «Между прочим, это мы ещё посмотрим!» — ответил он ей.
Потом был фестиваль «Пражская весна», где и произошло всё самое главное. Там Вишневская, наконец, его разглядела: «Худущий, в очках, очень характерное интеллигентное лицо, молодой, но уже лысеет, элегантный, — вспоминала она. — Как потом выяснилось, узнав, что я лечу в Прагу, он взял с собой все свои пиджаки и галстуки и менял их утром и вечером, надеясь произвести впечатление».
На ужине в пражском ресторане Ростропович заметил, что его дама «более всего налегала на соленые огурцы». Готовясь к решающему разговору, виолончелист пробрался в комнату певицы и поставил в её шкаф хрустальную вазу, наполнил ее огромным количеством ландышей и… солеными огурцами. Ко всему этому приложил пояснительную записочку: дескать, не знаю, как вы отнесётесь к такому букету, и поэтому я, чтобы гарантировать успех предприятия, решил добавить к нему солёный огурец, вы их так любите!..
Вспоминает Галина Вишневская:
«В ход шло всё, что только можно, — до последней копейки своих суточных он бросил мне под ноги. В буквальном смысле слова. В один из дней мы пошли гулять в сад в верхней Праге. И вдруг — высокая стена. Ростропович говорит: “Давайте перелезем через забор”. Я в ответ: “Вы что, с ума сошли? Я, примадонна Большого театра, через забор?”. А он — мне: “Я сейчас вас подсажу, потом перепрыгну и вас там поймаю”. Ростропович меня подсадил, перемахнул через стену и кричит: “Давайте сюда!” — “Посмотрите, какие лужи тут! Дождь же только что прошёл!”. Тогда он снимает с себя светлый плащ и бросает на землю. И я по этому плащу прошлась. Он кинулся меня завоёвывать. И он меня завоевал».
Роман развивался стремительно. Через четыре дня они вернулись в Москву, и Ростропович поставил вопрос ребром: «Или ты сейчас же придешь жить ко мне — или ты меня не любишь, и все между нами кончено». А у Вишневской — 10-летний надёжный брак, верный и заботливый муж Марк Ильич Рубин, директор Ленинградского театра оперетты. Они через многое прошли вместе — потеряли единственного сына; муж не спал день и ночь, пытаясь достать лекарство, которое помогло спасти её от туберкулеза.
Ситуация складывалась непростая, и тогда Галина просто убежала. Отправила мужа за клубникой, а сама покидала в чемоданчик халат, тапочки, что попало и — бегом. «А куда бежать? Я даже адреса не знаю, — вспоминала Галина Павловна. — Звоню Славе из коридора: “Слава! Я иду к тебе!”. Он кричит: “Я тебя жду!”. А я ему ору: “Не знаю, куда ехать!”. Он диктует: улица Немировича-Данченко, дом такой-то. Я по лестнице вниз бегу, как сумасшедшая, ноги подкашиваются, не знаю, как я себе голову не разбила. Села и кричу: “Улица Немировича-Данченко!” А таксист уставился на меня и говорит: “Да вы пешком дойдете — это рядом, вон там, за углом”. А я кричу: “Я не знаю, вы меня везите, пожалуйста, я вам заплачу!”».
И вот машина подъехала к дому Ростроповича. Вишневскую встретила его сестра Вероника. Сам он пошёл в магазин. Поднялись в квартиру, открывают дверь, а там — мама, Софья Николаевна, стоит в ночной рубашке, с вечным «Беломором» в углу рта, седая коса до колена, одна рука её уже в халате, другая никак в рукав попасть не может от волнения... Сын три минуты назад объявил: «Сейчас приедет моя жена!».
«Села она так неловко на стул, — рассказывала Галина Павловна, — а я села на свой чемодан. И все вдруг расплакались, заревели. В голос заголосили!!! Тут открывается дверь — входит Ростропович. Из авоськи у него торчат какие-то рыбьи хвосты и бутылки шампанского. Орёт: “Ну, вот и познакомились!”».
Впоследствии певица вспоминала, что Ростропович покорил ее открытостью чувств и очарованием ума. Она сразу ощутила его радостное восприятие мира, интеллект, культуру дореволюционного поколения — ведь музыкант происходил из старинной польской аристократической фамилии. Этот молодой человек не лез за словом в карман, умел ухаживать красиво, тактично, щедро.
«Я ждала любви, ради которой стоило бы умирать, как мои оперные героини. Мы неслись навстречу друг другу, и уже никакие силы не могли нас удержать. Я всем сердцем почувствовала его молодой безудержный порыв, и все мои чувства, так долго бродившие во мне, устремились ему навстречу», — писала Вишневская в своей автобиографической книге-исповеди «Галина».
Когда Ростропович регистрировал в районном загсе по месту прописки Вишневской свой брак, регистраторша сразу узнала знаменитую солистку Большого театра и поинтересовалась, за кого же она выходит замуж. Увидев довольно-таки невзрачного жениха, регистраторша сочувственно улыбнулась Вишневской, а с трудом прочитав фамилию «Ро... стро... по... вич», сказала ему: «Ну, товарищ, у вас сейчас есть последняя возможность сменить свою фамилию». Мстислав Леопольдович вежливо поблагодарил ее за участие, но фамилию менять отказался.
Дети
Когда Вишневская сообщила мужу, что у них будет ребёнок, счастью Ростроповича не было предела. Он немедленно схватил том сонетов Шекспира и стал ей их читать, чтобы жена, не теряя ни минуты, прониклась прекрасным и начала создавать в себе его. С того самого времени эта книга лежала на ночном столе.
Подошло время разрешаться от бремени. Слава в это время был на гастролях в Англии. И он просил, настаивал, требовал, умолял, чтобы я непременно дождалась его. „Без меня не рожать!“ — кричал он мне в телефонную трубку. И, что самое смешное, требовал этого и от остальных представительниц „бабьего царства“ — от матери и сестры, словно они могли по щучьему велению остановить схватки, начнись они у меня.
Весной 1956 года на свет появилась их первая дочь Ольга. А спустя 2 года родилась и вторая девочка, Елена.
Ростропович был нежным и заботливым, но и строгим отцом. По рассказам Вишневской, он много гастролировал, и она периодически хотела его урезонить, объясняя, как он необходим своим дочерям. Супруг соглашался, и начиналось стихийное обучение музыке. Мстислав Леопольдович звал детей, и все они дружно исчезали в кабинете. А спустя полчаса оттуда уже доносились крики, вылетал глава семьи, который хватался за сердце, а за ним ревущие дочери.
Ростропович обожал, ревновал и тщательно оберегал своих дочерей. Категорически не мог видеть джинсы на них: ему не нравилось, что они обтягивают фигуру, соблазняют молодых людей. Выговаривал своей жене, зачем привезла джинсы из-за границы. Как-то раз, приехав после театральной постановки на дачу, Вишневская застала там мрачную картину: по земле стелился густой дым, на веранде деревянного дома догорал костёр. На полу было куча пепла, а над нею стояли Ростропович и зарёванные дочери. Горстка пепла — всё, что осталось от брюк. И всё-таки, несмотря на строгость, наследницы боготворили своего отца.
Глава семьи
Нетрудно догадаться, что всё пережитое закалило характер Галины Вишневской. Она стала сильной женщиной.
«Жизнь научила меня всегда быть готовой за себя постоять, и с годами эта необходимость превратилась в потребность создать свою собственную крепость, быть независимой, недосягаемой. Иметь возможность закрыть за собой дверь».
И при этом очень мудрой, что помогло ей создать счастливую семью. Вот как она говорила про распределение ролей в их доме:
«Я нормальная женщина! Семья есть семья, тут доминировать нечего. Я старомодна в этом смысле. Женщина не должна быть мужчиной в доме. Нам диктаторов не нужно. Каждый должен брать на себя ответственность и нести её. У нас муж — хозяин дома, глава семьи».
Эмиграция
Мстислав Леопольдович ненавидел гонения в любом их виде, поэтому страстно отстаивал Иосифа Бродского, Анну Ахматову, Александра Солженицына. Когда над Солженицыным сгустились тучи, он выступил в его защиту и предоставил ему свою дачу как убежище. Естественно, что такое поведение композитора очень не нравилось правительству страны, и супруги попали в немилость: им стали «урезать» график концертов, запрещать гастроли и записи на радио. Не выдержав давления, в 1974 г. они эмигрировали. С большим трудом композитор выхлопотал выездную визу, забрал семью и отправился в Соединенные Штаты. Спустя четыре года Мстислав и Галина лишились советского гражданства, их признали антипатриотами.
В первые несколько лет супруги оказались в политическом, творческом и финансовом вакууме. А потом — был триумф. Ростропович играл на лучших сценах мира. А Вишневскую приглашали работать крупнейшие оперные театры.
На родину они смогли вернуться только в 1990-м. Во время августовского путча 1991 года Ростропович был у Белого дома.
Гонения и эмиграция не только не внесли раздор в дружную семью Вишневской и Ростроповича, но наоборот, ещё больше сплотили их.
Совместное творчество
Супружество двух одарённых людей оказалось на редкость успешным не только в личном плане. Как считают музыковеды, сотрудничество обогатило каждого в этой легендарной чете и в творчестве. Ростропович как обладатель музыкальных семейных традиций, консерваторского образования, а главное, универсального музыкального дара помог Вишневской лучше понять и существенно развить её талант. А она в свою очередь приобщила Ростроповича к оперному дирижированию, без него «Евгений Онегин» Петра Чайковского, «Война и мир» Сергея Прокофьева не получили бы в Большом театре такой точной и проникновенной трактовки.
Четыре дня
Мстислав Леопольдович всегда хотел, чтобы на гастролях его сопровождала жена. Однако Министерство культуры ему в этой просьбе неизменно отказывало. Тогда друзья посоветовали написать ходатайство: мол, ввиду моего плохого здоровья прошу разрешить, чтобы меня в поездке сопровождала жена. Ростропович письмо написал:
«Ввиду моего безукоризненного здоровья прошу, чтоб меня в зарубежной поездке сопровождала жена Галина Вишневская».
…Золотую свадьбу звездная чета праздновала в том самом ресторане «Метрополь», где Вячеслав Леопольдович впервые увидел свою богиню. Ростропович показывал гостям чек на 40 долларов, который ему вручил журнал «Ридерз дайджест». Корреспондент, когда брал у него интервью, спросил: «Правда, что вы женились на Вишневской через четыре дня после того, как впервые ее увидели? Что вы думаете по этому поводу?». Ростропович ответил:
«Я очень жалею, что потерял эти четыре дня».