Я приехала в Ирингу ночью в половине двенадцатого. Погода была противная. Темное пространство снова заполнилось такими же темными, как и оно само, людьми. Сверху на них падали редкие капли дождя.
Меня встретил Абдул, друг Шеббии. Он был где-то с меня ростом, как и Шеббии, как и все... Все парни, которые мне здесь встречались, были очень низкого роста.
Мы пошли в клуб, чтобы поесть: до дома и домашней еды ехать было далеко.
В клубе сильно выделялся среди остальных черный парень в мохнатой теплой шубе. Кроме него я обратила внимание на белых людей из Италии, которые один из последних дней своего отдыха решили провести в заседании за клубным столиком. В основным все белые, что есть в Иринге, – это волонтеры, но эти, по всей видимости, решили, что в Иринге лучше отдыхать, чем безвозмездно трудиться.
Мы уехали домой на бодабода (такси-мотоцикле). У Абдула есть машина, но стоит ему выйти из дома, как его ноги сразу же приводят его туда, где можно выпить. Когда он напивается, машина перестает быть для него актуальной. «Да, я часто пью... Я мусульманин, но живу почти как христианин», – такие философские размышления рождаются в его голове, когда он смотрит на свою скучающую машину.
Когда мы ехали, шел дождь. Было очень холодно. Меня немного грели водитель и Абдул: я была зажата между ними. Рядом с домом оказалась жуткая дорога с ямами, и мы все вместе чуть не свалились в мокрые заросли кукурузы, которые по размеру были как два Абдула.
По дороге мы останавливались на заправке, где Абдул купил мне хлеб и печенье. Заправка эта пользуется популярностью среди путешественников. На ней ночуют те, кто едет за границу. Рано утром они отправляются в Замбию, а некоторые доезжают даже до ЮАР.
Абдул выделил мне отдельную комнату. Он живёт один в хорошем по африканским меркам доме. Дом достаточно большой: вместительная гостиная, столовая, несколько жилых комнат. Участок огорожен забором (такое бывает далеко не всегда). А внутри огромное количество насекомых – и некоторые из них чудовищного размера.
Когда я убедилась, что этот дом лучше предыдущего, я решила остаться у Абдула на ещё одну ночь, потому что перед новой дорогой после почти недельной нехватки сна я очень нуждалась в отдыхе.
С утра Абдул чихал и жаловался, что ему холодно. Мне тоже было холодно, когда я только проснулась. А потом стало еще холоднее: горячей воды, чтобы принять душ, не было.
Я попала в регион Южного нагорья, один из самых холодных в Танзании. Европейцы любят Ирингу, потому что тут никогда не бывает слишком жарко. Но для меня холод гораздо страшнее жары. На третий день в Африке я стала скучать по сказкам о горячем африканском солнце.