Найти в Дзене
Лица прошлого

Разбираем, как плен, бунт и политика изменили судьбу самого результативного аса Люфтваффе

История знает немало лётчиков-асов, но есть среди них и настоящие «легенды», о которых ходят мифы. Одним из таких был Эрих Хартманн – пилот Люфтваффе, который, по официальным данным, сбил 352 самолёта. Его называли «Чёрным дьяволом», он сам любил думать о себе, как о неуязвимом мастере воздушного боя. Однако жизнь показала, что на земле даже ас может превратиться в пешку. Разбираемся, кем был Хартманн: хладнокровным убийцей, жертвой системы или просто человеком, который умел вовремя сбежать. Хартманн провёл 808 воздушных боёв, четырнадцать раз был сбит и дважды попадал в плен. Летал он на Bf 109, воевал на Восточном фронте, а большинство его побед пришлось именно на советские самолёты. Однако историки до сих пор спорят: было ли у него реально 352 сбитых врага? Немецкие асы в принципе любили завышать свои успехи. В гитлеровской Германии каждая победа фиксировалась со слов пилота, а архивы Люфтваффе учитывали сбитые самолёты, но не подтверждали их потерями противника. Поэтому реальная ци
Оглавление

История знает немало лётчиков-асов, но есть среди них и настоящие «легенды», о которых ходят мифы. Одним из таких был Эрих Хартманн – пилот Люфтваффе, который, по официальным данным, сбил 352 самолёта. Его называли «Чёрным дьяволом», он сам любил думать о себе, как о неуязвимом мастере воздушного боя. Однако жизнь показала, что на земле даже ас может превратиться в пешку. Разбираемся, кем был Хартманн: хладнокровным убийцей, жертвой системы или просто человеком, который умел вовремя сбежать.

352 победы или искусство красиво преувеличивать?

Хартманн провёл 808 воздушных боёв, четырнадцать раз был сбит и дважды попадал в плен. Летал он на Bf 109, воевал на Восточном фронте, а большинство его побед пришлось именно на советские самолёты. Однако историки до сих пор спорят: было ли у него реально 352 сбитых врага? Немецкие асы в принципе любили завышать свои успехи. В гитлеровской Германии каждая победа фиксировалась со слов пилота, а архивы Люфтваффе учитывали сбитые самолёты, но не подтверждали их потерями противника. Поэтому реальная цифра побед Хартманна может быть значительно ниже.

-2

Но в одном сомнений нет – он был умелым пилотом и не любил играть по чужим правилам. Особенно в плену.

Первый плен: фальшивый раненый и побег

В 1943 году Хартманн впервые оказался в руках Красной Армии. Его самолёт задел обломки сбитого советского истребителя (или был подбит зенитками – версии расходятся), и пилоту пришлось совершить вынужденную посадку. Попав в плен, он понял, что сидеть сложа руки – не его стиль. Притворившись тяжелораненым, он нашёл удобный момент и сбежал.

Многие скажут – ловкач! Но, если честно, его побег был скорее везением, чем продуманным планом. Советский Союз ещё не привык к таким «креативным» узникам, а Хартманн ловко использовал ситуацию. Но второй раз фортуна к нему была не так благосклонна.

Второй плен: уже не обманешь

Когда в 1945 году Хартманн решил нарушить приказ командования и провести разведывательный вылет, он не только нарвался на советские Як-7, но и чуть не попал под раздачу американских Mustang. В результате ему пришлось вернуться на базу, уничтожить свой самолёт и сдаться американцам. Но тут случился неприятный момент: по Ялтинскому соглашению нацистов, воевавших против СССР, должны были передавать советской стороне. Так Хартманн оказался в лагере для военнопленных.

«Германский офицерский корпус спустил штаны...»

В письмах жене Хартманн жаловался, что офицеры, которые ещё недавно маршировали под свастикой, в советском плену превращались в стукачей и предателей. По его словам, антифашистские организации, созданные среди пленных, были фарсом: в них вступали бывшие члены СС, гитлерюгенда и других структур Рейха.

Однако сам он сотрудничать категорически отказывался. Когда ему предложили свободу в обмен на службу в ВВС ГДР, он саркастично ответил, что сначала должен спросить разрешения у жены. Советское руководство юмора не оценило, и Хартманн остался в лагере.

Суд, бунт и выход на свободу

Советский суд приговорил его к 25 годам лагерей за «злостное уничтожение социалистической собственности». Самое интересное, что Хартманна обвинили в преступлениях, к которым он не имел отношения, например, в уничтожении пекарни под Смоленском. Однако истинные его действия в годы войны вполне тянули на куда более суровое наказание.

В лагере он не смирился с участью: возглавил бунт, требовал международную проверку условий содержания, но вместо проверки в лагерь приехала рота автоматчиков, которая быстро навела порядок. За бунт срок продлили ещё на 25 лет.

Казалось, что его судьба решена. Но в 1955 году, после переговоров СССР и ФРГ, Хартманн был освобождён и вернулся в Германию. Советское руководство пыталось использовать его как пример «перевоспитания», но Хартманн остался убеждённым врагом СССР.

Ошибка Хрущёва?

Можно сказать, что освобождение Хартманна было одной из ошибок советского руководства. Этот человек не раскаялся, он не изменил своих взглядов и, судя по его письмам, продолжал считать войну чем-то вроде спортивного состязания. Для него сбитые советские самолёты были не трагедией, а личными трофеями. Его не сломали годы в плену, но сделали ещё более убеждённым антисоветчиком.

Стоило ли его отпускать? Возможно, нет. Он остался символом немецкого милитаризма, и его фигура позже использовалась в НАТО как пример «героического пилота». Но история показывает: даже лучшие лётчики не могут обмануть время. Рейха не стало, а Хартманн так и остался человеком, который всю жизнь воевал – но так и не понял, ради чего...

Как вам история Эриха Хартманна? Был ли он просто «профессионалом», который выполнял свою работу, или человеком, который так и не осознал последствий своих действий? Делитесь мнениями в комментариях!