Экспертиза была готова на пятый день - все сомнения в том, что Вика, действительно, является его дочерью, были развеяны.
НАЧАЛО ЗДЕСЬ:
В который раз вчитываясь в ровные черные строчки на листе с результатами, Виктор не мог понять, что именно он сейчас чувствует. Удивление? Нет, в глубине души он и так был уверен, что дочку Даша родила от него. Радость? Тоже вряд ли. Скорее смятение, неуверенность и даже страх.
Мужчина совершенно не представлял, что ему делать дальше. О том, чтобы забрать дочь в Москву, не могло быть и речи - он часто работал без выходных, задерживался допоздна. Что, ребенок будет сидеть один в четырех стенах и ждать его возвращения?
Можно было бы, конечно, нанять няню, но, во-первых, подобрать достойную кандидатуру на эту роль было достаточно сложно, а во-вторых, услуги няни стоили больших денег, если приглашать ее на постоянной основе. Нет, он, конечно, зарабатывал вполне неплохо по меркам столицы, но ведь с появлением ребенка его расходы и без няни существенно возрастут - школа, дополнительные занятия, кружки, репетиторы... А ещё одежда, обувь, развлечения и организация досуга - это все тоже не бесплатно.
Оставить Вику жить с бабушкой Виктор также не мог - что сможет дать девочке немощная старуха, которая почти всю свою жизнь провела в пьяном угаре? Даже если он будет их содержать, финансово обеспечивать, все равно - какие перспективы в поселке? И где гарантия, что Даша не объявится, не заберёт Вику?
Неделя подходила к концу, нужно было ехать на встречу с девочкой, а он так ничего и не решил. И чем ближе был день предстоящего знакомства с дочерью, тем сильнее Виктора охватывала паника. Он ведь совсем не знал Вику, понятия не имел, что она любит, чем увлекается. Он не представлял, как найти общий язык с девочкой, о чем с ней говорить. Единственное, что их связывало - любовь к живописи. Виктор ведь и сам с детства увлекался рисованием, окончил художественную школу, а потом получил специальность художника - реставратора.
В конце концов, купив в специализированном магазине кисти, краски, мольберт и холсты, Виктор отправился в родной поселок, положившись на судьбу. Он решил: пусть все будет так, как будет. Приедет, познакомится, поговорит с дочкой, а там, может, и решение найдется само собой.
В назначенный день после обеда Виктор робко постучался в знакомую дверь. Его встретила Тамара Ивановна, молча оглядела ворох пакетов и свертков, пропустила в дом.
Вика сидела за кухонным столом и что-то увлеченно писала в простой тонкой тетради. Когда он вошёл, девочка подняла голову и совершенно спокойно посмотрела на него. Виктор ахнул: теперь их сходство с Викой было ещё более заметным, чем на фото, которое ему показывала в прошлый раз Тамара Ивановна. Сейчас на него смотрели его же глаза, такие же зелёные, с длинными пушистыми ресницами. Взгляд их был задумчивым и каким-то взрослым, серьезным.
- Привет, Вика, - прокашлявшись, неуверенно произнес Виктор, - Вот, держи, это тебе.
- Здравствуйте, - вежливо ответила девочка, - А что это?
- Бабушка сказала, что ты любишь рисовать, и я подумал, что, наверное, тебе это пригодится! - воодушевленный началом диалога, Виктор начал выкладывать на стол подарки, - Вот, смотри, это кисти, специальные, профессиональные, как у настоящих художников. А это...
- Я знаю, - глаза девочки загорелись, когда она взяла в руки набор акварели, - Я давно о таком мечтала, но он очень дорогой, и бабушка сказала, что только если на день рождения!
- А в машине ещё мольберт, настоящий, и холсты! - продолжил Виктор, обрадованный реакцией девочки, - Сейчас, принесу!
- Подождите, не надо, потом! - она несмело положила свою маленькую руку на его локоть, - Давайте сначала поговорим. Вы же не просто так приехали, да?
- Да, - Виктор присел на стоявший рядом с ним стул, - Не просто так. Вика, я...
- Мой отец, я знаю, - совершенно спокойно продолжила девочка, продолжая пытливо смотреть прямо ему в глаза, - Мама мне фотографию показывала вашу, давно, когда ещё с нами жила. Вы там моложе, конечно, но я вас сразу узнала.
- Вот как! - озадаченно протянул Виктор, не зная, что говорить дальше, но Вика и тут пришла ему на помощь.
- Вы хотите меня забрать, да? Увезти в Москву?
- А ты сама хочешь со мной поехать?
- Честно? Нет, не хочу. Здесь бабушка, она болеет, старенькая. Как я ее оставлю?
Виктор молчал, не зная, что на это ответить, а его дочь, между тем, продолжила:
- Вы не думайте, мы хорошо живём, у меня все есть, и книги, и игрушки, и одежда. К бабушке из опеки часто приезжают, проверяют, так что все у нас в порядке. А в городе я жить не хочу, мне здесь нравится. Только вот
...
- Что?
- Я бы очень хотела в художественной школе учиться. Но материалы для занятий очень дорого стоят, нам с бабушкой не по карману такое...
- Слушай, я сам нашу поселковую художку закончил в свое время, и точно могу сказать - в Москве есть школы гораздо более высокого уровня! - неожиданно сам для себя сказал Виктор, - Поехали со мной! Ты сможешь там учиться, заниматься любимым делом, а если все пойдет хорошо, то потом и в художественную академию поступишь! Ну, что скажешь?
- Нет, - после недолгой паузы, твердо ответила Вика, - Вы извините, но я с вами не поеду. Останусь здесь. Бабушке будет трудно одной, у нее никого нет, кроме меня.
Тамара Ивановна, до сих пор стоявшая молча, тихонько всхлипнула и промокнула глаза платком.
- Да вы не расстраивайтесь! - Вика робко подошла к Виктору, накрыла его руки своими ладошками, - Приезжайте к нам в гости, мы всегда рады будем. И мы к вам иногда можем приезжать, если разрешите. Я правда очень рада, что у меня теперь появился отец, честно! Просто... Не сможем мы с вами вдвоем жить. Не нужно это.
Виктор лишь согласно кивнул, поражаясь тому, какой рассудительной и мудрой оказалась эта маленькая десятилетняя девочка. В глубине души он и сам понимал, что ничего хорошего из попытки жить как отец и дочь у них не получится. Ну какой из него отец? Нет в нем ни серьезности, ни ответственности. Шалопай, одним словом, не зря мать так до сих пор называет.
- Витя, послушай, так, и впрямь лучше для всех будет, - отвлекла его от размышлений Тамара Ивановна, - Ты не думай, я теперь другая совсем, ни капли уже много лет в рот не брала! Я за Викушей пригляжу, ты только не увози ее от меня. Права она, я без нее тут и года не протяну - не для кого жить станет.
Они ещё долго говорили, спорили, рассуждали, как будет правильнее и лучше для Вики, но, в конце концов, Виктор уехал в Москву один.
Перед отъездом он заглянул к младшему брату, рассказал ему, что у него неожиданно появилась племянница.
- Ну ты даёшь! - изумился Александр, выслушав эту удивительную историю, - С ума сойти можно!
- Да уж, сам в шоке, - грустно улыбнулся Виктор, - Я чего зашёл то: попросить тебя хотел, ты уж приглядывай за ними одним глазом, а? Я буду теперь часто приезжать, но пока меня нет, нужно, чтобы у них был человек, к которому они могли бы обратиться, в случае чего.
- Да не вопрос! - согласно кивнул Саша, - Слушай, прямо завтра заеду, познакомлюсь! А мама-то, мама какова, а?
- Да ладно, ее тоже понять можно, - вздохнул Виктор, устало потерев переносицу, - Она хотела меня защитить, хотела, как лучше. Вот только не учла, что, оберегая меня от проблем, тем самым разрушила чью-то жизнь.
- Да, брат, дела...
- Ничего, я думаю, рано или поздно она образумится, примет Вику. А нет - ее право. Насильно мил не будешь!
****
Вика жила с бабушкой в поселке до пятнадцати лет. Виктор не стал оформлять документы, признавать отцовство, чтобы с Тамары Ивановны не сняли опеку.
Однако он часто приезжал в гости к дочери, привозил подарки, время от времени брал ее с собой в Москву на каникулы и выходные.
Он полностью обеспечивал дочь и Тамару Ивановну, помог им подремонтировать домик, купил новую мебель и технику, провел в дом воду и канализацию, оборудовал санузел. С его помощью Вика осуществила свою мечту - смогла, наконец, поступить в художественную школу, которую закончила с отличием.
Тамары Ивановны не стало, когда Вика только-только получила аттестат за девятый класс. Пожилая женщина у м е р л а тихо, во сне.
После похорон Виктор вплотную занялся оформлением отцовства и увез дочь в Москву. Он жил один, так и не женился, хотя претендентки были. Однако, узнав о том, что у мужчины есть взрослая уже дочь, и что он планирует вскоре перевезти ее в столицу, девушки исчезали из его жизни, предпочитая связывать свою судьбу со свободными от обязательств мужчинами.
Но Виктор не унывал - он знал, что рано или поздно обязательно встретит ту, которая примет его целиком и полностью, не испугается наличия ребенка. Тем более, что Вика была уже совсем взрослой - ещё чуть-чуть, и она начнет жить самостоятельно, он ей уже и студию приобрел недалеко от своего дома.
В Москве Вике не нравилось. Нет, она поступила-таки в художественную академию, прилежно училась, но большой шумный город тяготил ее, ей хотелось тишины и спокойствия, к которым она так привыкла.
Закончив академию, девушка уехала обратно в поселок, поселилась в старом бабушкином домике.
Она, как и мечтала, стала художником, писала прекрасные картины, вела свой блог в интернете. Ей нравилась такая жизнь, нравилось уединение и размеренность. Она была счастлива здесь, вдали от городской суеты, и Виктор не стал настаивать на том, чтобы дочь осталась в столице.
Виктор женился в тридцать восемь лет на простой скромной девушке на двенадцать лет младше себя. С Викой у его супруги сложились прекрасные отношения, они быстро подружились, замечательно ладили. Вика часто приезжала к отцу, чтобы понянчиться с братиком и сестренкой - погодками Анютой и Максимом. Она просто обожала этих озорных непоседливых малышей, и они отвечали ей взаимностью.
Очень любил свою племянницу и Александр - часто говорил, что таких девушек, как Вика, нынче больше "не производят", настолько она отличается от современной молодежи.
Единственным человеком, который так и не принял ее в семью, стала Антонина Викторовна. Она умерла, когда Вике уже исполнилось двадцать пять, однако до последних своих дней так и не изъявила желания взглянуть на родную внучку. Более того, запрещала старшему сыну говорить о ней в своем присутствии, чем только отталкивала от себя Виктора, вызывала в его душе справедливое негодование. Он спорил с матерью, ругался, требовал, наконец, признать, что у нее есть ещё одна внучка, но все было без толку. Антонина Викторовна так и ушла, не пожелав увидеть ее, познакомиться с ней, узнать поближе. Навсегда Вика для нее осталась "гадкой девчонкой", "недоразумением".
Но Вика не обижалась на бабушку. Она часто приходила к ней на м о г и л к у, наводила там порядок, приносила цветы. В чистой и светлой душе ее не было места неприязни и обидам, она давно простила Антонину Викторовну и даже написала ее портрет, который и по сей день украшает гостиную в доме Виктора.
Все мы хоть раз в своей жизни совершали ошибки, и порой такие, что казалось, их уже невозможно исправить. Однако, пока человек жив, пока бьётся его сердце, исправить можно практически все - главное, искренне желать этого и не бояться. Не бояться гнева, осуждения, непринятия. Не думать о том, что скажут или подумают окружающие люди. Главное - слушать свое сердце и поступать так, как оно подсказывает.
У каждого из нас свой путь. А каким он будет, выбираем только мы сами. Так давайте же пройдем его так, чтобы нечего было стыдиться, не о чем было жалеть.
Обнимаю вас, мои дорогие!
С любовью и уважением,
ваша Аделина.
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом