Серый октябрьский день медленно догорал в витринах магазинов. Наталья брела по знакомой улице, машинально отмечая изменения в городском пейзаже — новая вывеска, свежая краска на фасаде, спиленные тополя... Она часто ходила этой дорогой, но сегодня всё казалось каким-то особенно блёклым, будто выцветшая фотография.
"И когда жизнь стала такой... пресной?" — подумала она, поправляя шарф. Мысль была не нова. В последнее время она всё чаще ловила себя на подобных размышлениях.
Внезапно её внимание привлекло какое-то движение. Из дверей кофейни, громко смеясь, вышла компания людей. Наталья машинально скользнула взглядом по их лицам и замерла. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось как сумасшедшее.
Андрей.
Это точно был он — немного седины на висках, но та же открытая улыбка, те же живые карие глаза. Она узнала бы его из тысячи. Время, казалось, было к нему благосклонно: дорогое пальто сидело безупречно, движения излучали уверенность успешного человека.
— Значит, в среду, часов в семь? — донёсся его голос, всё такой же глубокий и выразительный.
Наталья застыла за углом здания, не в силах двинуться с места. Сквозь шум проезжающих машин она различала обрывки разговора — что-то про совещание, новый проект...
Андрей попрощался с коллегами и направился к припаркованной машине. Наталья смотрела, как он садится за руль чёрного внедорожника, и чувствовала, как внутри растёт странная пустота. Машина плавно тронулась с места и влилась в поток транспорта.
Только тогда Наталья смогла вдохнуть. Ноги стали ватными, и она прислонилась к холодной стене. Перед глазами промелькнули картины прошлого: летний вечер, скамейка в парке, его ладонь на её плече, первый поцелуй... И вот теперь эта случайная встреча, спустя двадцать пять лет.
Как же он изменился! Вернее, как мало изменился — всё та же харизма, всё тот же магнетизм. Только теперь это был уверенный в себе мужчина, явно достигший успеха. А она?
Наталья достала телефон и посмотрела на своё отражение в тёмном экране. Морщинки вокруг глаз, усталый взгляд, чуть поджатые губы — когда она начала так выглядеть? Когда превратилась в эту женщину, которая каждый вечер возвращается в остывшую квартиру, где её ждёт равнодушный муж и привычная рутина?
— Мама, ты чего застыла? — раздался за спиной голос дочери. — Я думала, мы встречаемся в торговом центре.
Наталья вздрогнула, приходя в себя. Катя смотрела на неё с беспокойством.
— Всё хорошо, милая. Просто... показалось, что увидела знакомого, — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой.
— Точно всё нормально? Ты какая-то бледная.
— Да-да, пойдём, — Наталья взяла дочь под руку, но в голове стучала одна мысль: "А что, если бы тогда я выбрала иначе? Что, если бы моя жизнь могла быть совсем другой?"
Вечер с дочерью прошёл как в тумане. Наталья механически мерила очередное платье, кивала, улыбалась, но мысли её были далеко — в том лете, когда всё могло пойти иначе.
Дома она первым делом достала старую шкатулку, хранившуюся на антресолях. Сергей, как обычно, сидел в своём кабинете перед компьютером — можно было не опасаться вопросов. Устроившись в кресле, Наталья открыла крышку. Запах старой бумаги и засушенных цветов защекотал ноздри.
Вот они — свидетели той жизни. Чёрно-белые фотографии, где они с Андреем совсем молодые. Политехнический институт, третий курс. Она — отличница, староста группы. Он — душа компании, спортсмен, любимец преподавателей. Как же так вышло?
Наталья провела пальцем по фотографии, где они вдвоём на фоне институтского фонтана. Лето, сессия сдана, впереди целая жизнь... Кто же мог знать, что через месяц в их группу переведётся Сергей — серьёзный, положительный, с квартирой и перспективной работой?
— Андрей, он ведь такой... несерьёзный, — говорила тогда мама. — Вечно его какие-то идеи, проекты. А Сергей — это стабильность, это будущее.
Фотография задрожала в руках. Наталья помнила тот день, когда решилась всё закончить. Андрей ждал её в их любимом сквере. Она выучила слова заранее, но они всё равно царапали горло:
— Прости... Так будет лучше... Мы слишком разные...
Он не устроил сцен, не пытался переубедить. Только посмотрел этим своим особенным взглядом — будто видел её насквозь:
— Ты не этого хочешь, Наташка. Но решать тебе.
Она развернулась и ушла, чувствуя его взгляд спиной. Через полгода вышла замуж за Сергея. Беременность, свадьба, квартира... Всё как положено, всё правильно.
А сегодня она увидела в глазах Андрея тот же свет, ту же искру. Жизнь его не сломала, не превратила в унылого клерка. Как бы сложилась её судьба, пойди она тогда за своим сердцем, а не за голосом разума?
Телефон завибрировал, вырывая из воспоминаний. Сообщение от дочери: "Мам, ты какая-то странная была сегодня. Может, поговорим?"
Наталья отложила фотографии. На одной из них выпал маленький листок. Дрожащими руками она развернула его: "Всегда буду ждать. А." Записка, которую она не заметила тогда в букете на выпускном.
Сердце сжалось. Она решительно открыла браузер в телефоне. Несколько минут поисков — и вот она, страница Андрея в соцсети. Палец завис над кнопкой "Добавить в друзья".
"Что я делаю?" — мелькнула паническая мысль.
Но палец уже нажал на кнопку. Экран радостно моргнул: "Заявка отправлена".
Три дня тянулись как патока. Наталья постоянно проверяла телефон, хотя понимала — глупо, по-детски. В пятницу вечером, когда она уже почти смирилась с мыслью, что Андрей просто проигнорирует её заявку, телефон тихо звякнул.
"Андрей Васильев принял вашу заявку в друзья".
А следом — сообщение: "Наташка? Не ожидал. Рад тебя видеть."
Она сидела, глядя на эти простые слова, и не могла унять дрожь в пальцах. Сергей что-то говорил из кухни про счета и коммунальные платежи, но его голос доносился будто сквозь вату.
"Привет, — набрала она. — Я тебя на днях видела возле 'Европейского'. Ты совсем не изменился".
"А ты всё так же краснеешь, когда волнуешься? — пришёл моментальный ответ. — Может, встретимся, поговорим? Столько лет прошло".
Наталья поймала своё отражение в тёмном окне — щёки действительно пылали. Она помедлила несколько секунд, прежде чем ответить: "Давай. Когда?"
"Завтра днём свободен. Помнишь кафе 'У фонтана'? Там, где ты меня бросила?"
Сердце пропустило удар. Он помнит. Всё помнит.
— Наташ, ты меня слышишь вообще? — Сергей возник в дверях с папкой документов. — Я говорю, надо бы счета проверить, там какие-то странные суммы.
— Да-да, — она торопливо нажала кнопку блокировки телефона. — Завтра посмотрю, хорошо? У меня голова болит.
Муж окинул её внимательным взглядом: — Ты в последние дни какая-то... другая. Что-то случилось?
— Всё нормально, — она заставила себя улыбнуться. — Просто устала.
Сергей пожал плечами и вернулся к своим бумагам. А она смотрела ему вслед и думала — когда они стали такими чужими? Когда простое "как дела?" превратилось в обсуждение счетов и бытовых проблем?
Телефон снова звякнул: "Так что, встретимся завтра в три?"
Наталья закрыла глаза. В голове звучал мамин голос: "Доченька, в твоём возрасте уже не пристало..." Но она решительно отбросила эти мысли.
"Встретимся. В три".
Ночью она почти не спала. Ворочалась, прислушиваясь к размеренному дыханию мужа. Вспоминала, как когда-то они с Андреем говорили до рассвета — о музыке, о книгах, о мечтах. Сергей никогда не понимал этой её потребности в долгих разговорах. "О чём можно столько болтать?" — удивлялся он.
Утром она впервые за много лет достала из шкафа любимое синее платье. Покрутилась перед зеркалом, поправила волосы.
— Куда это ты так нарядилась? — удивилась забежавшая перед работой Катя.
— С одноклассницей встречаюсь, — соврала Наталья, чувствуя, как предательски дрогнул голос.
Дочь посмотрела с подозрением, но промолчала. Только у двери обернулась: — Мам, знаешь... Что бы ни случилось — я всегда на твоей стороне.
У Натальи защипало в глазах. Она порывисто обняла дочь: — Всё хорошо, милая. Правда.
Но когда за Катей закрылась дверь, она ещё долго стояла у окна, глядя, как дочь идёт к машине. "Правда ли всё хорошо?" — стучало в висках. И что она вообще делает? Зачем ворошит прошлое?
Телефон звякнул новым сообщением: "Жду встречи. Столик у окна, как раньше".
Кафе изменилось до неузнаваемости — модный интерьер, панорамные окна, стильная мебель. Но Наталья всё равно помнила, где раньше стоял их любимый столик. Сейчас там сидел Андрей, задумчиво глядя в окно.
Она замерла на пороге, разглядывая его профиль. В дневном свете особенно заметна была седина на висках, морщинки вокруг глаз. Но общая подтянутость, прямая спина, уверенная посадка головы — всё говорило об успешном, состоявшемся человеке.
— Я уже думал, ты передумала, — улыбнулся он, поднимаясь ей навстречу.
Объятие вышло неловким — словно они не знали, как себя вести. От него пахло дорогим парфюмом и совсем чуть-чуть — сигаретами. "Значит, так и не бросил", — мелькнула непрошеная мысль.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал Андрей, когда они сели за столик.
— Врёшь и не краснеешь, — попыталась пошутить она, но голос предательски дрогнул.
— Я никогда тебе не врал, Наташка. И сейчас не начну.
Повисла пауза. Наталья судорожно искала слова, но все заготовленные фразы куда-то испарились.
— Как жизнь? — спросил он наконец. — Я видел фотографии твоей дочери в соцсетях. Красавица, вся в тебя.
— Катя... да, она замечательная. Учится в медицинском, — Наталья сделала глоток воды. — А у тебя?
— Двое пацанов. Старший уже в Лондоне учится, младший в одиннадцатом классе. Жена преподаёт в университете.
"Жена". Это слово прозвучало так просто, так естественно. Без тени смущения или сожаления.
— Я видела тебя на днях... с коллегами, кажется? Выглядел таким... счастливым.
— А что мне грустить? — он пожал плечами. — Дела идут хорошо, семья радует. Знаешь, после института было непросто. Свой бизнес начинал с нуля, несколько раз прогорал. Но Лена всегда верила в меня.
— Лена — это...?
— Моя жена. Познакомились в девяносто седьмом, когда я в Питере работал. Она тогда аспиранткой была, а я — мелким предпринимателем с большими амбициями, — он тепло улыбнулся. — Она разглядела во мне что-то, поверила. Может, поэтому всё и получилось.
Наталья почувствовала, как к горлу подступает комок. Она столько раз представляла эту встречу, придумывала, что скажет, как объяснит... А теперь сидела и понимала — объяснять нечего. У него давно своя жизнь, полная и счастливая.
— А помнишь... — начала она и осеклась.
— Помню, — кивнул он. — Всё помню, Наташка. И как гуляли до рассвета, и как мечтали мир перевернуть. Хорошее было время. Но знаешь... я рад, что всё сложилось именно так.
— Правда?
— Правда. Каждый сделал свой выбор. Ты выбрала стабильность — и я тебя не виню. А я выбрал свой путь. Может, если бы мы тогда остались вместе, всё было бы иначе. Но назад дороги нет, да и незачем.
Он достал телефон, глянул на экран: — Прости, через полчаса встреча с партнёрами. Но я рад, что мы увиделись. Ты же понимаешь — мы не можем... — он замолчал, подбирая слова.
— Понимаю, — тихо сказала она. — Спасибо, что пришёл.
Они вышли на улицу. Андрей коснулся её плеча: — Береги себя, Наташка. И... будь счастлива. По-настоящему счастлива, слышишь?
Она смотрела, как он идёт к своей машине — уверенной походкой человека, точно знающего свой путь. В горле стоял ком, а в голове билась одна мысль: "Как глупо... как же глупо всё это".
Домой Наталья не пошла. Ноги сами понесли её в старый парк, где они когда-то гуляли с Андреем. Села на скамейку, достала телефон. Пролистала его страницу в соцсетях — счастливые фото с женой и детьми, путешествия, деловые встречи. Настоящая, полная жизнь.
— Мам? — голос дочери заставил её вздрогнуть. — Я же вижу, где ты по геолокации. Что случилось?
Катя опустилась рядом на скамейку. От неё пахло больницей и почему-то весной.
— Ты не с одноклассницей встречалась, правда? — тихо спросила дочь.
Наталья покачала головой. Слёзы, которые она сдерживала весь день, наконец прорвались.
— Помнишь, я тебе рассказывала про свою первую любовь? — голос срывался. — Про то, как выбрала папу, потому что он казался надёжнее, правильнее...
— Ты его встретила? — Катя крепче сжала её руку.
— Встретила. И знаешь... он счастлив. По-настоящему счастлив. А я все эти годы жила с мыслью "а что, если..." Думала, может быть, сделала неправильный выбор. Может быть, моя настоящая жизнь прошла мимо.
— А теперь?
Наталья вытерла слёзы: — А теперь поняла — дело не в выборе. Дело во мне. Я сама загнала себя в эту клетку из "правильно" и "надо". Сама перестала мечтать, перестала жить...
Она замолчала, глядя на закатное солнце, пробивающееся сквозь листву.
— Знаешь, мам... — Катя задумчиво покрутила на пальце кольцо. — Когда я была маленькой, ты читала мне сказки. И там всегда была любовь, приключения, счастливый конец. А потом перестала. Сказала — надо думать о реальной жизни.
— Да, было такое, — Наталья грустно улыбнулась.
— А может, не поздно начать снова? Не сказки читать, а... жить? По-настоящему?
Наталья посмотрела на дочь — когда она успела стать такой мудрой?
— Знаешь, я ведь записалась на курсы рисования месяц назад, — призналась она. — Тайком. Как подросток. Всё боялась, что папа будет смеяться...
— И как?
— Оказалось, я неплохо рисую. Преподаватель говорит — есть талант.
Катя просияла: — Мам, это же здорово! Почему ты молчала?
— Стыдно было. В моём возрасте...
— Глупости! — дочь решительно встала. — Пойдём, покажешь мне свои работы. И даже не думай бросать!
Дома Наталья достала альбом с набросками. Руки дрожали, когда она показывала дочери свои первые работы — городские пейзажи, портреты случайных прохожих...
— Они живые, — прошептала Катя. — Прямо дышат...
В прихожей хлопнула дверь — вернулся Сергей. Наталья решительно распрямила плечи: — Сережа, нам надо поговорить.
Он замер на пороге комнаты, удивлённо глядя на разложенные рисунки: — Это что?
— Это я. Настоящая я, — она глубоко вдохнула. — И знаешь... я больше не хочу прятаться. Не хочу делать вид, что мне достаточно просто существовать. Я хочу жить. Рисовать. Может быть, даже организовать свою выставку...
— Но как же... — он растерянно оглядел комнату. — А кто будет заниматься домом? Счетами? Ты же всегда...
— Я больше не хочу "всегда", — твёрдо сказала она. — Либо мы учимся жить по-новому — вместе, либо... — она замолчала.
Повисла тишина. Катя тихонько вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Сергей медленно подошёл к столу, взял один из рисунков — набросок летнего парка, залитого солнцем.
— Знаешь... — задумчиво сказал он. — А ведь когда-то я тоже мечтал написать книгу. Фантастику. Даже начинал несколько раз, но всё откладывал — работа, быт...
Он поднял глаза: — Может, правда попробуем по-новому?
Наталья почувствовала, как внутри разливается тепло. Не обжигающая страсть юности, не горечь несбывшихся надежд — а спокойная уверенность человека, наконец нашедшего свой путь.
— Попробуем, — она улыбнулась. — У нас ещё всё впереди.