Дизайнеров в наше время хоть пруд пруди. А вот изобретателей — раз-два и обчелся. Десятки сезонных коллекций посмотришь — и ни одной свежей мысли не найдешь. Так и хочется горестно заныть вслед за Чеховым: «Эх, дизайнер, насекомое ты существо и больше ничего. Супротив изобретателя ты все равно, что плотник супротив столяра».
И тут вдруг в зимней коллекции Moschino натыкаешься на брюки с тапками вместо накладных карманов и думаешь: ай да молодец, ай да сукин сын! Кем же это надо быть, чтобы вместо карманов тапки приспособить? Правильно — гением (ну почти). Или преемником Франко Москино — Адрианом Аппиолазой.
Основатель итальянского дома Moschino был выпускником Миланской академии изящных искусств и с первых же коллекций (1983) прослыл среди коллег шутом (как и Жан-Поль Готье), поскольку открыто (и безнаказанно) иронизировал над «говношиком» (так ласково он называл высокую моду). Среди его сюр-изобретений — золотые серьги-лезвия, круглая коробка для шляпы вместо собственно шляпы, сумка с настоящими наручниками вместо ручек и «платье поп-арт», посвященное Рою Лихтенштейну. Рекламные кампании собственного дома моды он превращал в жесткий троллинг. Например, аромат Moschino модели рекламировали, прихлебывая духи из флаконов, как не очень-то гламурные герои поэмы «Москва — Петушки» Венедикта Ерофеева: «Уже после двух бокалов этого коктейля человек становится настолько одухотворенным, что можно подойти и целых полчаса с полутора метров плевать ему в харю, и он ничего тебе не скажет».
«Если не можешь быть элегантным, по крайней мере будь экстравагантным» — девиз Франко Москино подхватили после его смерти преемники-эксцентрики: сначала Джереми Скотт, любитель принарядить модников в мусорные пакеты и униформу McDonald’s, а затем Адриан Аппиолаза, который стал креативным директором радикального дома моды всего лишь год назад. Оба назначения — и прошлое, и нынешнее — попали прямо в масть. Аппиолаза, кстати, и внешне похож на Франко Москино: такая творческая реинкарнация.
Взять хотя бы те же скромные брючки из замши. На первый взгляд ничего особенного. А приглядишься — теплый сюрреалистический привет от основателя дома Moschino. При этом вещь вполне практичная, особенно если посадить тапки на пристежку. Пристегнул, отстегнул — и хоть в гости (со своей сменкой), хоть в самолет. Главное, они всегда под рукой, поэтому думать о всяких глупостях — кто первый встал, того и тапки — нет нужды.
Дороговато, конечно: замшевые брюки стоят 3000 долларов, шерстяные — 900. Но, как сказал Франко Москино в одном из интервью: «Смешная одежда должна быть шикарной. Сделать нелепую футболку легко, забавную норковую шубу — гораздо сложнее. В конце концов, если бы икра была дешевой, ее вкус вряд ли бы нас так уж впечатлял».