— Мам, ну правда, хватит. Карина очень старается наладить с тобой отношения, — Максим говорил по телефону, расхаживая по кухне.
— Максимушка, я же вижу, как она старается! На прошлой неделе даже не зашла поздороваться, когда мимо дома проходила. Я в окно видела, — голос Нины Яновны звучал с привычными нотками недовольства.
— Она спешила на важную встречу. К тому же ты могла сама её окликнуть.
— Вот ещё! Я что, должна бегать за твоей женой? — Нина Яновна сделала особое ударение на слове "женой". — Три года замужем, а так и не научилась уважать старших.
Карина стояла в коридоре, слушая этот разговор. Она давно привыкла к подобным беседам матери и сына, но сегодня был особенный день — их третья годовщина свадьбы. Она специально взяла выходной, чтобы подготовить сюрприз для мужа.
В памяти всплыл их первый ужин в "Белом саду" — уютном ресторане в центре города. Максим тогда был другим: решительным, внимательным, готовым ради неё на любые подвиги. Он посвящал ей стихи, дарил цветы без повода и не позволял никому, даже собственной матери, плохо говорить о своей избраннице.
Теперь же каждый телефонный разговор с Ниной Яновной превращался в обсуждение недостатков Карины.
— Хорошо, мам, я заеду сегодня вечером, — сказал Максим, завершая разговор.
— Вечером? — Карина вошла на кухню. — У нас же сегодня годовщина. Я забронировала столик в "Белом саду".
Максим обернулся, и его лицо приняло виноватое выражение:
— Прости, я обещал маме помочь с каким-то важным делом. Она весь вечер собирает подруг.
— Ты можешь перенести это на завтра? Я специально взяла выходной.
— Понимаешь, она расстроится. Давай отметим на выходных?
Карина почувствовала, как внутри всё сжалось. Она молча развернулась и пошла в спальню. Годовщина свадьбы — это их день, особенный, важный. Но для Максима важнее оказался очередной вечер у мамы.
Вечером Карина сидела у окна в пустой квартире. Максим уехал к матери два часа назад, прихватив большой пакет из дорогого магазина. Телефон завибрировал - сообщение от ресторана с подтверждением отмены брони.
— Ты права, давай отметим на выходных, — сказал он перед уходом. — Маме нужна моя помощь с гостями.
Три года назад всё было иначе. Нина Яновна пыталась вмешиваться в их жизнь, но Максим твёрдо отстаивал границы семьи. "Мама, я ценю твою заботу, но решения мы принимаем вместе с Кариной", — говорил он. А сейчас каждый визит к свекрови превращался в демонстрацию её власти над сыном.
Вспомнился прошлый Новый год. Карина с Максимом планировали встретить праздник вдвоём. Билеты на горнолыжный курорт были куплены за два месяца.
— Максимушка, как же так! В Новый год без мамы? — причитала Нина Яновна по телефону.
— Мам, мы же договаривались. Первого января сразу к тебе приедем.
— Значит, эта твоя жена важнее матери?
Вечером Максим отменил бронь отеля. Они встречали Новый год у Нины Яновны под её любимый оливье и бесконечные упрёки в адрес Карины.
Телефон снова завибрировал. На экране высветилось сообщение от Максима: "Мама очень обрадовалась броши. Говорит, давно такую хотела".
Карина открыла шкаф и достала коробку с подарком для мужа - редкие запонки, которые он давно искал. Она откладывала деньги три месяца, чтобы порадовать его в годовщину.
Новое сообщение: "Представляешь, мама пригласила своих подруг похвастаться подарком. Все в восторге!"
Карина набрала ответ: "А мой подарок где?"
Телефон молчал минут пять. Потом пришло: "Солнышко, понимаешь. Маме всегда обидно, когда ты получаешь подарки. Поэтому на нашу годовщину я купил только ей. Давай в следующий раз?"
Внутри что-то оборвалось. Карина перечитала сообщение несколько раз. В голове не укладывалось - взрослый мужчина не купил подарок жене на годовщину, потому что его мама обидится.
— Максим, ты серьёзно? — набрала она номер мужа.
— А что такого? Маме тяжело видеть, что я уделяю внимание другой женщине. Она же родила меня, вырастила. Давай отметим годовщину в другой раз, мама расстроится, если я не приду на её вечер.
— Я твоя жена. Три года назад ты обещал быть со мной в радости и в горе.
— Да брось, это просто подарок. Не делай из этого трагедию.
Карина молча нажала отбой. Она достала большой чемодан и начала складывать вещи мужа. Рубашки, брюки, свитера - всё аккуратно перекочевало из шкафа в чемодан.
Телефон разрывался от звонков Максима, но она не отвечала. В десять вечера раздался звонок в дверь.
— Карина, открой! Что за детский сад? — голос мужа звучал раздражённо.
Она открыла дверь. Максим влетел в квартиру и замер, увидев собранный чемодан.
— Это что?
— Твои вещи.
— Из-за какого-то подарка? Ты что, с ума сошла?
— Нет, Максим. Из-за твоего отношения. Три года я пыталась стать частью вашей семьи. Три года терпела упрёки твоей матери. А ты даже не заметил, как перестал быть мужем и снова стал сыночком.
— При чём здесь...
Телефон Максима зазвонил. "Мама" высветилось на экране.
— Да, мам. Нет, я сейчас не могу приехать обратно. У нас тут... Хорошо, сейчас буду.
Карина горько усмехнулась:
— Вот и всё, Максим. Иди к маме. Документы на развод получишь через неделю.
— Ты не можешь так просто всё разрушить, — Максим стоял в дверях спальни, наблюдая, как Карина складывает его вещи.
— Разрушить? Это ты разрушил наш брак своим малодушием.
— Давай поговорим спокойно. Хочешь, я сейчас куплю тебе подарок? Любой.
— Дело не в подарке. Дело в твоём выборе. Каждый раз, когда нужно выбирать между мной и мамой, ты выбираешь её.
Телефон Максима снова зазвонил. Нина Яновна не собиралась сдаваться.
— Мама, я перезвоню, — Максим впервые за долгое время сбросил звонок матери.
— Даже сейчас ты извиняешься перед ней, а не передо мной.
В этот момент в дверь позвонили. На пороге стояла Нина Яновна собственной персоной, сверкая новой брошью.
— Что здесь происходит? Максим, почему ты не отвечаешь на звонки?
Она прошла в квартиру, оглядывая собранные вещи.
— Это что такое? Ты выгоняешь моего сына?
— Нина Яновна, — Карина впервые за три года посмотрела на свекровь без желания угодить. — Я не выгоняю вашего сына. Я возвращаю его вам. Вы же этого хотели?
— Как ты разговариваешь со старшими? Выскочка! Думаешь, если получила повышение на работе, то можешь командовать?
— От выскочки слышу, — спокойно ответила Карина. — Знаете, я три года пыталась заслужить ваше уважение. А теперь понимаю - это было бессмысленно. Вам не нужна невестка. Вам нужен послушный сын, который будет исполнять любой ваш каприз.
— Максим, ты слышишь, как она со мной разговаривает? — Нина Яновна повернулась к сыну.
Максим переводил растерянный взгляд с матери на жену:
— Мама, может, ты пойдёшь домой? Мы сами разберёмся.
— Что значит "пойдёшь домой"? Я пришла спасать твою семью!
— Какую семью, Нина Яновна? — Карина поставила чемодан у двери. — Семьи здесь давно нет. Есть замужняя женщина, которая три года пыталась построить отношения с мужчиной, не способным повзрослеть. Я ухожу.
— Куда это ты собралась? — Нина Яновна преградила путь к двери.
— К подруге. А вы оставайтесь. Празднуйте. У вас же сегодня двойной праздник - и брошь новая, и сын возвращается в родительское гнездо.
Карина взяла сумку и направилась к выходу. Максим дёрнулся следом:
— Подожди! Давай всё обсудим.
— Нечего обсуждать. Я подаю на развод.
— Из-за какого-то подарка? — воскликнула Нина Яновна.
— Нет. Из-за того, что ваш сын не купил подарок жене, потому что вы обидитесь. Из-за того, что он отменил нашу годовщину ради вашего каприза. Из-за трёх лет унижений и попыток доказать, что я достойна быть частью этой семьи.
Карина открыла дверь:
— Кстати, Максим, твой подарок на годовщину в верхнем ящике комода. Можешь отдать маме, если она не обидится.
Дверь захлопнулась. В полной тишине было слышно, как стучат каблуки по лестнице. Максим рванулся к комоду, выдвинул ящик. В изящной коробке лежали запонки, которые он месяцами искал в магазинах.
— Не переживай, сынок, — Нина Яновна положила руку ему на плечо. — Найдёшь себе нормальную девушку, которая будет уважать семейные ценности.
Максим смотрел на коробку с запонками и впервые в жизни чувствовал, что совершил непоправимую ошибку.
Следующие две недели Максим пытался достучаться до Карины. Он присылал сообщения, звонил, караулил у работы. В один из дней он даже принёс огромный букет и коробку с новой брошью - точно такой же, как у мамы.
— Зачем мне брошь? — спросила Карина, стоя в дверях подъезда.
— Я хочу всё исправить. Купил подарок и тебе, и маме, чтобы никому не было обидно.
— Ты так ничего и не понял, — Карина покачала головой. — Дело не в броши. И не в подарках. Дело в тебе. В твоей неспособности быть мужчиной, а не маминым сыночком.
— Я изменюсь! Поговорю с мамой, объясню ей.
— Поздно, Максим. Я приняла решение.
— Но я люблю тебя!
— А я больше нет.
В тот вечер Максим впервые не поехал ночевать к маме. Он сидел в баре и думал о том, как всё изменилось за эти три года. Как Карина радовалась, когда он сделал ей предложение. Как светились её глаза, когда они планировали совместную жизнь.
А потом начались мамины звонки. "Максимушка, ты сегодня не заехал", "Сынок, что за обои вы выбрали? Надо другие", "Почему Карина не готовит тебе завтраки? Я всегда готовила". День за днём, капля за каплей.
Телефон зазвонил. На экране высветилось "Мама".
— Да, мам.
— Ты где? Почему не отвечаешь на звонки?
— В баре.
— В баре? В девять вечера? Это всё она тебя научила?
Максим впервые в жизни почувствовал раздражение от маминого голоса:
— Нет, мама. Это я сам решил.
— Немедленно приезжай домой! Я волнуюсь.
— Мам, мне тридцать два года.
— Вот! Уже и мать не уважаешь! Это всё влияние этой...
— Хватит, мама, — Максим оборвал её на полуслове. — Я сам разрушил свой брак. Ты здесь ни при чём.
Он отключил телефон и допил виски. В голове крутилась фраза Карины: "Неспособность быть мужчиной".
Через неделю пришли документы на развод. Карина не стала требовать раздела имущества - она хотела только свободы. От созависимых отношений, от постоянного давления, от необходимости бороться за место в жизни собственного мужа.
Нина Яновна закатила грандиозный скандал, когда узнала о разводе:
— Как ты мог допустить такое? Она же тебя опозорит перед всеми!
Но Максим уже не слушал. Он молча подписал документы и отправил их обратно.
Последний раз они встретились в суде. Карина выглядела спокойной и уверенной. На её пальце больше не было обручального кольца.
— Может, попробуем ещё раз? — спросил Максим после заседания.
— Нет, — ответила она твёрдо. — Знаешь, я благодарна тебе.
— За что?
— За то, что научил ценить себя. Я больше никогда не позволю никому решать, достойна я чего-то или нет.
Она развернулась и пошла по коридору. Максим смотрел ей вслед и понимал - она права. Он сам виноват в том, что случилось. И никакие подарки, никакие броши не исправят его главной ошибки - неспособности вовремя повзрослеть.
Телефон в кармане завибрировал. "Мама" высветилось на экране. Максим нажал "Отклонить" и пошёл к выходу из суда.