Понимаю, что маме совсем не нравится то, что я лезу в её личную жизнь, но я точно знаю, что поступаю правильно. Если сейчас мама и откажется, то она обязательно подумает над моими словами. Она должна знать, что мужчина страдает точно так же, как и она, что счастлив он будет только с ней, а когда убедится, что у него есть дочь, то будет счастлив вдвойне.
Решаю, что на сегодня достаточно разговоров о Сергее Антиповиче и рассказываю маме всю правду о зарождении наших чувств с Алексом друг к другу. Я говорю о споре парня и о том, что он шантажировал меня. Теперь уже нет смысла скрывать это. Мама работу не потеряет, а Алекс не станет вредить ей. Да и возможно в ближайшее время ей не придётся работать, если она найдёт в себе силы поговорить с Сергеем Антиповичем.
— Злата, ну зачем ты так поступила? Почему не поговорила со мной? Не нужно было идти ради меня на такие серьёзные жертвы.
— И это ты будешь говорить мне о жертвах и о том, что нужно было поговорить раньше? — спрашиваю я и хмурюсь. — Ты сама пошла на ужасный поступок, чтобы защитить меня, а мы ведь могли просто поговорить.
Мама делает глоток чая. Она понимает, что зря упрекнула меня. Подняв на меня полный слёз взгляд, мама выдавливает из себя улыбку.
— Я никогда не перестану говорить, что мне повезло с тобой. Я люблю тебя, Злата.
— И я люблю тебя, мамуль. Очень люблю. И… Вы с Алексом точно пожалеете о том, что так часто хвалите меня.
Мы с мамой смеёмся, а потом я рассказываю ей о том, что кто-то разослал всем в университете то ужасное сообщение с записью разговора о споре.
— Но это всё неважно. Главное, что у нас с Сашей всё хорошо. Что там будут думать и говорить другие не имеет значения.
— Ты уверена, что Саша любит тебя, а не играет твоими чувствами? — спрашивает мама и хмурится.
— Более чем. Он действительно полюбил меня, мамуль. Невозможно спутать это чувство с чем-то другим. Он хороший. Мы с Алексом ездили вместе кормить бездомных. Он очень чуткий, но избалованный. Многое для него сейчас в новинку, но ему всё нравится. Я боялась, что наши миры столкнулся и не смогут сосуществовать друг с другом, но это не так. Мы обязательно справимся со всем.
Пусть мы пока не говорили о своих чувствах, но и не обязательно общаться о них, когда видно всё по взглядам, когда любовь живёт в сердцах и её видно невооруженным глазом.
Смотрю на часы и замечаю сообщение от Алекса.
Не одно даже.
Парень волнуется, что я долго не отвечаю ему, и на губах появляется улыбка.
Он действительно стал чересчур впечатлительным.
Не думала, что когда-то Поздняков будет присылать мне сердечки и спрашивать, почему это я не отвечаю так долго на его сообщения.
Мне приятно, что он так заботится, но я не хочу, чтобы любовь превратилась в одержимость. Крайне важно удержаться и не переступить эту грань, ведь в ином случае мы потеряем себя и уже ничего не сможем исправить.
— Мам, я пойду немного поговорю с Сашей, а потом спать. Чувствую, нам завтра предстоит крайне непростой день в университете.
Мама вздыхает, выдавливает усталую улыбку и отпускает меня.
Понимаю, что мои слова, сказанные ей, возымели нужный эффект.
Сейчас мама задумалась, и я надеюсь, что её мысли о том, как раскрыться перед Сергеем Антиповичем и восстановить отношения с мужчиной.
Лёля должна расти со своим отцом.
А он просто обязан узнать, что всё это время бежал от родной дочери.
Понимаю, что он тоже будет чувствовать себя виноватым, но вместе с мамой они смогут переступить через боль и ошибки.
Злата
Мы с Алексом договариваемся встретиться в университете, и хоть я пытаюсь противиться, парень всё равно настаивает на том, что я должна поехать с водителем, которого он отправляет за мной.
Сам он не смог заехать, так как появились какие-то безотлагательные дела, подробности которых Алекс рассказать мне не смог по телефону, а я не была настойчива.
Всю ночь я думала, как поведут себя однокурсники.
Будут тыкать в меня пальцем?
Если честно, мне не привыкать.
Хорошо, что мнение посторонних никогда не имело для меня особого значения. Люди всякое придумывают. Жаль их немного, ведь таким образом сами себя и топят, но это их жизнь и их дело.
Без косых взглядов и шепотков за спиной не обходится — к этому я была готова.
Каково же будет их удивление, когда придёт Алекс, и все поймут, что мы с ним не расставались.
— Злата? — слышу знакомый голос сбоку и резко оборачиваюсь.
Ваня, которого многие кличут Громилой, стоит рядом со мной.
Он действительно высокий, мне даже голову приходится поднять и сделать шаг назад, чтобы смотреть ему в глаза.
Хоть парень и высокий, но его телосложение больше напоминает медвежью тушу. Да и походка такая же. Парень частенько рушит что-то, роняет, а потом извиняется.
— Вань, привет, — говорю я с опаской.
Громила в прошлом году травил меня сильнее всех остальных. Чего вдруг сейчас подошёл? Решил позлорадствовать?
— Злат, тут такое дело… Я извиниться перед тобой хотел за травлю в прошлом году, да и вообще за то, что потакал выходкам Позднякова. Мне не следовало так себя вести, ведь ты хороший человек.
Блин!..
Как-то неловко даже, когда все тебя нахваливают, а ты смущаешься, краснеешь и благодаришь.
— Спасибо, Вань. Я не в обиде, ничего страшного.
— Я хотел тебе предложить защиту от Алекса. Он поступил как последняя тварь. Все уже поняли, что он из себя представляет. Ты не бойся — тебя осуждать не станут, ведь ты жертва обстоятельств. А ему теперь непросто придётся. Чтобы он не сорвал злость на тебе, я хочу стать тебе кем-то вроде покровителя. Ты сразу не отказывайся. Я взамен ничего не попрошу. Подумай хорошенько, ведь друзья на дороге не валяются, да и помощь такую не часто предложат.
Громила хочет стать моим покровителем?
А мир полон чудес и неожиданностей.
Да уж…
Даже не знаю, как сказать ему, что в защитнике я и не нуждаюсь вовсе, ведь у нас с Алексом всё хорошо, и только я открываю рот, как с губ Громилы слетает злобное чертыхание.
Слежу за его взглядом, оборачиваюсь и вижу идущих в нашу сторону Алекса и Егора. У Егора под правым глазом расползся синяк, который он пытался скрыть тоналкой, но явно опыта в этом деле у парня нет. Получилось ещё хуже — лучше бы умылся, ведь так перепад сильнее бросается в глаза.
— Не ожидал, Громила, правда? — спрашивает Длинный.
Алекс в это время приближается ко мне и целует на глазах у всех. Мне впервые не стыдно. Пусть я никогда не уважала все эти проявления чувств прилюдно, за исключением встреч с человеком, которого долгое время не видел, но сейчас всё правильно. Алекс делает то, что должен — показывает всем, что у нас всё в порядке в отношениях, что мы не расставались, как все подумали.
— Ну ты сам сознаешься или будем тут стоять до скончания века? — спрашивает Егор.
Они с Алексом узнали что-то интересное.
Судя по тому, что в это мгновение Ваня краснеет, понимаю, что это факт о нём. Очень интересно, что такого раскрылось, и почему он настолько сильно смутился.
— Давай уже, не стесняйся. Мы тебя с удовольствием послушаем, — подталкивает Егор. — Все послушают. Ты же не только нас с Алексом стравить старался. Ты всех в универе друг против друга настраивал. Правда? Скучно жилось? Ну ничего… Теперь будет точно веселее, ведь вся инфа на тебя уже находится у ректора. И его не порадовало то, что он узнал. Упс… Ты и преподов тоже травил. Плохой мальчик.
Ваня краснеет ещё сильнее.
Нас окружают однокурсники. В это мгновение мне кажется, что возвращаюсь в прошлое, в тот момент, когда травили меня. Дыхание перехватывает, и я осознаю, что всё это должно закончиться.
— Ну давай, Громила, рассказывай, как ты телефоны своим однокурсникам взламывал, чтобы опубликовать их личную переписку или настроить одного против другого… — не унимается Егор.
Вот что было, значит…
Он забрался на мой телефон и отправил Алексу сообщение.
Неужели надеялся, что правда не всплывёт наружу?
Судя по всему, такое часто прокатывало, поэтому парень и осмелел.
Не нравится мне происходящее.
— Саш, это нужно прекратить, — шепчу я. — Пока не случилось что-то плохое. Теперь все знают правду. Не надо травить его. Пожалуйста.
Алекс прижимает меня к себе. Он похлопывает Егора по плечу и отрицательно мотает головой.
— Длинный, хорош. Все уже поняли, кто их травил. Громила, к ректору иди, он хочет поговорить с тобой.
Ваня всхлипывает. Видно, что он держится из последних сил, и мне чуть-чуть жаль его. Хоть он меня и не жалел, когда старательно травил и делал всё, чтобы утопить меня в глазах остальных. Он пытался порадовать Алекса, но, видимо, не получилось.
— Откуда вы узнали? — спрашиваю, когда все расходятся по аудиториям.
— Ну ты разбирайся со своей Золушкой, а у меня дела, — говорит Егор и подмигивает мне.
Парень уходит. Мы с Алексом остаёмся практически наедине. Студенты, проходящие мимо, точно не считаются, так как им до наших разговоров нет дела. До начала пары ещё есть время, поэтому мы присаживаемся на скамью.
— Вчера мне написал Золотоусов, предложил встретиться. Парень рассказал, что Громила консультировался с ним частенько по поводу взломов и программирования. Юра помогал ему разобраться от чистого сердца, думал, что парень действительно учится чему-то дельному. Вчера, после нашей потасовки с Длинным, Егор признался Золотоусову, что не собирался спорить со мной всерьёз, что разочарован тем, что я предал тебя, ведь он рассчитывал свести нас. В общем, они поболтали, и Юру натолкнуло на мысль, что нашим предателем может оказаться Ваня. Тогда на вечеринке, где мы с Длинным и поспорили, был и Громила. Вот он и записал наш разговор, хоть мы думали, что нас никто не прослушивает. Не знаю, чего пытался добиться Ваня. Возможно, у него какое-то психическое расстройство, и он не выносит чужую дружбу? В общем, он крысятничеством занимался. Мы с Юрой вчера взломали его комп и нашли много интересного. Кстати, хочешь кое-что ещё узнать? — Киваю. Рассказ занимательный, конечно, но мне Ваню всё равно жаль. Ему бы действительно полечиться. — В общем, о том, что я планирую изнасиловать тебя на вечеринке — это Громила Золотоусову сказал. А потом ещё и то, что ты забеременела, а я решил тебя бросить. Ну и именно он убедил, что Юра должен рассказать твоей маме о твоей беременности, если действительно дорожит тобой и желает тебе добра. Золотоусов оказался не таким уж противным.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Ильина Настя