Мне противно от этой лжи, но и правду всю раскрыть не могу.
Мама меня не поймёт, заставит отказаться от сделки с Поздняковым. И снова всё вернётся на круги своя. Мама будет пахать без продыху, а мне придётся совмещать учёбу с заботой о сестре. Или совсем забыть об учёбе.
Оказавшись на улице, я налетаю на Золотоусова.
Парень дожидался меня. Он выглядит каким-то суровым. Дурное предчувствие разливается внутри, напоминая крайне неприятную изжогу.
— Юра, привет!
Неловко говорить с ним после вчерашнего. Понимаю, что он переживал за меня, поэтому вызвал полицию, но мог хотя бы поговорить со мной для начала, понять, что происходит. Я ведь проводила время с Поздняковым, и Юра знал это. Поэтому даже если бы мы оказались за закрытой дверью спальни, то это было бы с обоюдного согласия.
— Злата, здравствуй. Хотел извиниться перед тобой за вчерашнее. Наверное, я испортил тебе всё веселье. Я переживал за тебя.
— Юр, не следует так беспокоиться обо мне. Если бы я нуждалась в помощи, я бы обратилась к тебе. Правда.
— Злат, я не понимаю, что происходит? Почему ты встречаешься с ним? Он шантажирует тебя? У него есть какой-то компромат? Угрожает тебе?
Как же Юра близок к правде в это мгновение, но я понимаю, что не могу раскрыться ему и сказать, что он попал в точку. Потому что он слишком импульсивен. Снова сделает что-то, чтобы «защитить» меня. А я не нуждаюсь в такой защите. Сама всегда выплывала и справлялась. В этот раз тоже выберусь.
— Юр, почему ты думаешь, что я не могу быть вместе с Алексом, потому что влюблена в него?
Вопрос саму режет по живому. Тяжело было задать его. Замечаю, как сильно искажается лицо приятеля.
— Потому что это Поздняков, Злат. Ну понятно ведь, что невозможно полюбить его. Он столько плохого тебе и твоей семье сделал. Как можно полюбить такого?
Сигнал машины говорит о том, что за нами наблюдали.
Поздняков снова не прислушался ко мне, решил подвезти меня на учёбу, хоть я попросила его не светиться перед моей мамой.
Однако он уже тут, и нам нужно как можно быстрее убраться из моего района.
— Юр, давай мы с Алексом подвезём тебя? — предлагаю приятелю, понимая, что Поздняков будет не таким активным в чужой компании и не станет молоть чепуху. Да и вообще ему тоже нужно показать, что следует прислушиваться к моим просьба, а то возомнил себя вершителем судеб. Принимает самостоятельные решения.
Юра оживляется. Он кивает и вместе со мной идёт к автомобилю. Поздняков широко распахивает глаза, когда видит нас вместе.
— Слушай, я этого анонима катать не собираюсь. Пусть колобком летит к остановке, — возмущается Алекс.
— Ну ты ведь не откажешь любимой девушке подвезти её друга? — растягиваю губы в довольной улыбке я и смотрю на своего «парня».
Алекс забавно морщится, стискивает зубы и снимает блокировку с дверей.
— Золотоусов, да ты со мной за всю жизнь не рассчитаешься за эту щедрость. Надеюсь, что ты понимаешь это.
Юра садится в машину, довольно покряхтывая. Вижу, что он восхищённо разглядывает салон. Наверное, в таких тачках не катался раньше. Впрочем, сама я его восторг не разделяю: лучше бы пешком сейчас шла.
Стоит мне сесть на переднее пассажирское место и пристегнуть ремень безопасности, как Поздняков обхватывает мой подбородок пальцами левой руки, тянет на себя и властно впивается в мои губы. Он целует, словно делает последний вздох, пытается наполнить лёгкие кислородом, а я теряюсь, потому что ощущения, которые испытываю в это мгновение, нравятся мне.
— И ты тоже не расплатишься, — с угрозой шепчет Поздняков и отстраняется от меня.
Вижу в зеркале заднего вида недовольное лицо Золотоусова и понимаю, что сделала только хуже, пригласив его с нами.
Злата
Я чувствую себя крайне неловко в компании Позднякова и Золотоусова. Да и после поцелуя остался странный неприятный осадок. Я ведь умом понимаю, что всё это игра на зрителя, а вот тело отреагировало как-то… Предательски?
Почему мне понравилось это?
Не могу объяснить самой себе, что происходит, и от этого чувствую себя не в своей тарелке. Алекс недовольно фыркает.
— Ладно, будем исправлять ситуацию. Сегодня я хочу погулять с тобой.
— Поздняков, мне не до прогулок! — возмущаюсь я. — Я такими темпами вылечу из универа. Мне учиться нужно, а не гулять с тобой каждый день, так что нет. Сегодня я никуда с тобой не пойду и не поеду.
— Не вылетишь, — заявляет парень и загадочно улыбается.
И у меня нет сил спорить с ним, потому что за эти несколько дней общения с парнем я устала. Проще просто промолчать, а после окончания занятий раствориться и исчезнуть из его поля зрения.
Войдя в университет, мы с Поздняковым разделяемся.
Я даже заметить не успеваю, куда исчезает парень, и радуюсь минутам, которые могу провести наедине с собой.
— Злата, зайди к декану! — говорит однокурсница, с которой мы хорошо общались в прошлом году.
Сейчас она относится ко мне с холодком, наверняка из-за моей связи с Поздняковым, но я ничего не могу поделать с этим. Пока я должна изображать его девушку. И вряд ли смогу рассказать позднее, что всё это было игрой. После окончания спектакля у меня не останется друзей. Поддерживать отношения с Золотоусовым я не стану, потому что парень неровно дышит в мою сторону, и я устала объяснять, что у нас с ним нет будущего.
— К декану? Зачем? — хмурюсь я.
Надеюсь, он не будет отчитывать меня за отношения с «неподходящим парнем». Может, и до него уже дошли слухи?
— А мне откуда знать? Он не сказал, зачем. Наверное, твой новый парень о чём-то позаботился, может, повышенную стипендию получишь, — фыркает Маша и проходит мимо.
Тяжело вздыхаю.
Ну ладно.
К декану, так к декану.
Иду в сторону кабинета мужчины, понимая, что могу опоздать на пару. Однако он ведь не просто так попросил зайти, не могу я отказаться.
Стучусь и сразу же толкаю дверь.
— Проходи-проходи, — говорит лысоватый полный мужчина, сидящий за столом. Он поправляет очки на переносице и расслабляет галстук.
Пока я иду к его столу, мужчина делает несколько круговых движений плечами и наклоняет голову из стороны в сторону до появления хруста шейных позвонков.
— Андрей Николаевич, мне сказали, что вы попросили зайти.
— Попросил. Неужели не знаешь, зачем?
Как-то некрасиво получилось, ведь я даже не поприветствовала мужчину.
— Не знаю, — отрицательно мотаю головой я.
— Давай мне свою зачётку, завтра заберёшь.
— Зач-чётку?
У меня руки трясутся. Что он решил сделать? Меня исключат? Зачем ему потребовалась моя зачётка? Щёки вспыхивают. Да что там щёки? Я вспыхиваю вся до корней волос.
— Неужели тебе жених ничего не рассказал?
— Жених?
Я совсем ничего не понимаю, теряюсь и едва держусь, чтобы не всхлипнуть от отчаяния. Сердце готово выскочить из груди.
— Да не стоит уж притворяться, делать вид, что ничего не происходит. Давай зачётку. Сессию закроют, но я рекомендовал бы всё равно посещать занятия.Понимаю, что лучше бы Поздняков молол всякую ерунду, чем теперь вот так.
Напряжение не спадает, даже когда мы доезжаем до универа.
Мы выходим из машины, и Юра бросает на меня печальный взгляд. Он уходит, а я оказываюсь в объятиях Позднякова.
— Прекрати! Тут нет никого, чтобы выделываться! Отпусти меня, — возмущаюсь и пытаюсь выбраться из объятий парня я.
— О, правда? Ты знаешь, у всего есть уши и глаза. Все уже узнали, что я подвёз предателя, который вчера обломал всем кайф. Как думаешь, меня погладят по головке за это, Смурфеточка?
— Смурфеточка? — переспрашиваю я. — Я вроде бы не малыш с голубой кожей.
— Не суть… Ты решила поиграть, я тоже могу. Придётся теперь расплачиваться. И мне слишком понравились твои поцелуи, Мишка Гамми, чтобы отказывать себе в таком удовольствии.
Алекс снова тянется к моим губам, но в этот раз я успеваю увернуться и отрицательно мотаю головой.
— Я согласилась сыграть влюблённую в тебя девушку, но на такое количество поцелуев я не подписывалась, — отрицательно мотаю головой и спешу к зданию университета, только бы быстрее оказаться в толпе людей, где Поздняков позволяет себе меньше вольностей.
— Скажи, ну неужели тебе так противно? — спрашивает Алекс, нагнав меня.
В том-то и дело, что нет.
Поэтому количество столь тесных контактов важно свести к нулю.
В ином случае я опасаюсь потерять себя.
А уж влюбляться в Позднякова мне совсем нельзя. В кого угодно, но не в него. У него ведь и без того самооценка зашкаливает. Он только посмеётся надо мной, выполнит свою часть проклятого спора и пошёл меня куда подальше. Такие как он точно не умеют любить по-настоящему.
— Вчера ты уже видел мою реакцию на твои поцелуи. Хочешь повторить?
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Ильина Настя