Если зритель видит характеристику «авторское кино», то сразу понимает, что это «не для всех». Приучили нас независимые режиссёры к такому восприятию своими оправданиями «я так вижу». Вот и «Большой дом» – сериал, вышедший сразу в трёх он-лайн кинотеатрах в сентябре 2023 года, а в эфире Первого канала в январе 2014-го подходит под такое же оправдание:
Егор Кончаловский так видит.
Сильные головные боли в отношениях с авторским кино в первую очередь случаются у прокатчиков. «Я так вижу» приходится переводить с режиссёрского на человеческий. Причём незамысловатый человеческий, тот, который понятный простому человеку – о чём кино. Зрителя надо посадить на крючок, зацепить эмоцией. А в авторских фильмах с этим большие проблемы. И приходится прокатчикам натягивать на глобус сознания режиссёрское видение, выжимая из содержания сериала «не для всех» хоть какой-то жанр, хоть малюсенький крючочек.
Так меня заманил Кинопоиск обещанием шпионской истории об охоте западными спецслужбами за советским физиком-ядерщиком. Лучше бы он написали правду! И я сейчас буду ругать не Егора Андроновича, а Кинопоиск с его штатом маркетологов. Ребята, нельзя обманывать зрителя! Не старайтесь продать историю советских чекистов, прошедших ад ленинградской блокады за шпионский боевик с ядерной физикой. Это вредит сериалу, вредит имиджу кинотеатра и оставляет у зрителя впечатление, что его в очередной раз надули.
У Егора Кончаловского действительно особое вѝдение. Не для всех уж точно. Я недавно разбирал его фильм «На Луне», до сих пор непонятно зачем снятый после «Холопа». И «Большой дом» не разочаровал хотя бы тем, что автора можно узнать по подчерку. Подача своеобразная. Смотревшие со мной родственники сказали, что сериал странный. А потому что это авторский сериал, а мы были настроены на рекламный слоган Кинопоиска и смотрели, по сути, авторское кино, растянутое на восемь сорокапятиминуток.
Сериал не о физике, не о ядерных секретах, но о спецоперации. Сериал об истории одного парня, пришедшего в НКВД в 1942 году в блокадном Ленинграде и в 1965-м имевшем звание легенды конторы. А если брать шире, то сериал посвящён героям и их противостоянию подлецам блокадного периода. И да, подача авторская, если по-народному, то странная. История того самого физика-ядерщика, которого режиссёр показывает время от времени, дабы сохранить сюжетный сквозняк, взята как связующее звено между прошлым и будущим, как повод рассказать о легендарном офицере спецслужб.
Сериал о человечности. Главный герой приходит в органы юнцом-идеалистом с первым разрядом по боксу, обострённым чувством справедливости и огромной ответственностью за маму и младшую сестру. В блокадном Ленинграде его зовут в команду к опытному чекисту, чтобы защитить и без того погибающее от голода население от ещё больших мук и страданий. И как молодому человеку сохранить человечность, пройдя уроки жестокости в стычках с диверсантами, уголовниками, постоянным чувством голода и вопросов от ребёнка «Когда это закончится?»
Все восемь серий именно об этом, а не о том, как КГБ ловит ЦРУ-шников, пытающихся вывезти советского учёного к себе за океан. Если бы Кинопоиск мне написал о реальной истории, которую Егор Кончаловский рассказывает шесть часов, я бы настроился по-другому и не ворчал бы насчёт авторской подачи. Потому что авторское высказывание это всегда субъективизм. А в авторском кино любой субъективизм доводится до точки, граничащей со странностями.
Странного в сериале достаточно. Это и рваное повествование с постоянными отсылками к воспоминаниям героев. Это и вставки оправданий персонажей о своих поступках, которые больше напоминают театральную постановку, нежели кинематограф. И разные, совершенно не вписывающиеся в сюжет события, которые потом вполне вписываются в образ героя и задумку, которую имел режиссёр. Но чтобы это понять, надо посмотреть все восемь серий, задуматься, соединить шероховатости отдельных сцен и кадров в единый пазл. А на это мало какой зрительский ум сегодня способен.
Так устроено авторское кино. Как мода от кутюр, где наряды кажутся непрактичными из-за своей вычурности, а на самом деле модельеры так пробуют новые решения. Егор Кончаловский высказался о блокадном Ленинграде, рассказав историю простого парня – сына инженера и учительницы. Показал, как можно пройдя все мыслимые и немыслимые круги ада остаться человеком, да ещё и работая в конторе. Но никак не историю кражи физика-ядерщика. Она тут для оправдания самого сериала. А может быть и для маркетологов.
Массовому зрителю сериал не зайдёт однозначно. Именно из-за своеобразности подачи. Егор Андронович так снимает. Размеренно, без спешки, с концентрацией на героях и их внутреннем мире. Иногда прямо, в лоб, достаточно наивно. Иногда чересчур театрально. Местами привычно-кинематографично. От того и не массово, не для всех. Так что если захотите пособирать пазл из образов, стоит смотреть. Если рассчитываете на погони, расследования и движуху, то мимо.
Об упомянутом фильме: