Ольга дочитала последние строчки романа и, прикрыв уставшие глаза, какое-то время сидела молча. Потом она, отодвинув от себя ноутбук, встала с дивана, подошла к окну и, открыв створку на проветривание, долго стояла, вглядываясь в темноту. Она не слышала, как к ней подошёл супруг, и, положив руку на её талию, спросил:
- И что там за окном?
- Темнота…, сплошная темнота…, - ответила она, повернув к нему печальное лицо.
Глава 15
- Пойдём пить чай…, я заварил, и даже печенье достал, - предложил Павел.
- Чай? Ну, пойдём, - немного поколебавшись, согласилась она.
- Ты тоже дочитала, да? – спросил Павел, поставив перед Ольгой чашку чая.
- Да, дочитала. Такой печальный конец…, - она всё ещё была под впечатлением прочитанного романа.
- Ты права, печальный. Лучше бы он не уезжал, - вздохнул Павел, и сел за стол.
- Он не мог себе позволить остаться…, он её так любил…, - покачала головой Ольга.
- Ты думаешь, он верил, что морской воздух и воды помогут ему справиться с болезнью? Думаешь, он надеялся…?– спросил Павел.
- Он не верил и не надеялся, он знал, что его дни сочтены, поэтому уехал, - ответила Ольга.
- Но…
- Что, «но»? Ты что, не понял? Он не хотел, чтобы она видела его больным и бессильным…, не хотел причинять ей боль. Он не хотел, чтобы она страдала. Понимаешь…, он хотел, чтобы в её памяти были только светлые воспоминания о нём. Поэтому он уехал на чужбину… - высказалась она весьма эмоционально. Слово «умирать» она не произнесла.
- Ушёл, так и не узнав, что Анна была беременна, - вздохнув, сказал Павел и взял конфету из вазочки.
- А что бы это изменило? - прищурившись, спросила она
- Не знаю…, может быть прибавило бы ему сил, и он выкарабкался бы каким-то чудом из своей болезни…, - предположил Павел.
- Чуда не произошло. Он знал, что уходит не только от Анны, и это его печалило ещё больше. Ты видимо невнимательно прочитал последнюю главу и PS.
- Не понял, ты о чём сейчас? – моргал глазами Павел.
- О завещании. Он оставил завещание на её имя.
- Завещание…, - пробормотал Павел.- Ты права, я это пропустил. Об этом сказано вскользь…, - Павел отхлебнул чая из чашки. - Жалко, что нет продолжения…, - сказал он, немного помолчав. - Отличный роман. Можно подумать, что в романе описаны реальные события тех лет.
- А что? Вполне возможно, что и Александр и Анна тогда жили. Кстати, то письмо, которое мы пытаемся перевести написано Анне Александром, - сказала Ольга.
- Да? – удивлённо вытаращил на супругу глаза Павел.
- Да. Вчера три француза пытались перевести письмо.
- Что? Три француза? Откуда они взялись?
- Барсуков договорился со своим приятелем Матвеем Бочкарёвым. Он их привёз по его просьбе в кафе.
- Бочкарёв…, Бочкарёв Матвей…, - повторил несколько раз Павел, напрягая свой мозг. – Нет, не знаю его, - покачал он отрицательно головой. – Чем он занимается?
- Я не знаю. Какой-то контракт с французами…, они приехали. Он их уговорил, они согласились встретиться с нами в обед в кафе. В общем, мы с Барсуковым обедали с ними.
- Обедали?
- Да, и обедали и переводили. Но их перевод, можно сказать, был вообще никакой. Русский французский для них оказался слишком трудным. Они и половины слов, которые написаны в письме не смогли перевести. Конечно, они сказали, что так сейчас не говорят…, но я думаю, что дело не только в том, говорят сейчас так французы или нет. Просто в письмах, написанных нашими соотечественниками по-французски, больше непринуждённости, прямоты, естественности…Они выражали в них то, что чувствовали…, - говорила Ольга, размахивая руками.
- А почему ты мне вчера про перевод не сказала? – прервал её Павел.
- Я занята была. Сам же видел…, срочная работа…, времени в обрез, не до письма было. И что говорить, если перевода практически как не было, так и нет. Ну, узнала, что его зовут Александр, а её Анна…, узнала, что пишет он ей о своей любви. Но это всё не то. Перевод, я же говорю, никакой…
**** ****
- Что? Включим свет в её комнате? Как? Её комната закрыта на ключ, - Мария Фёдоровна вытаращила глаза на супруга.
- Она сказала, где оставила ключ. Вставай, пошли, - накинул на свои плечи тёплый халат Николай Александрович.
- Странно. Сначала никого не пускала…, теперь «включите свет», - ворчала Мария Фёдоровна, поднимаясь по ступенькам на второй этаж.
- Вот и увидим, причину…, - хмыкнув, сказал Николай Александрович, доставая из-за картины ключ.
Он вставил ключ в замочную скважину, повернул два раза и, толкнув дверь, распахнул её перед Марией Фёдоровной.
- Ух, как здесь душно, - Мария Фёдоровна поспешила к окну и открыла балконную дверь.
- Ничего удивительного, солнце светило полдня в окно, нагрело. Маш, будем уходить, обязательно закроем и окно, и дверь на ключ. Тут спуститься с крыши большого труда не надо, - заметил Николай Александрович, осматриваясь на балконе.
- Да, конечно, закроем, - согласилась с супругом Мария Фёдоровна. Она медленно поворачивалась вокруг своей оси, осматривая комнату. – О-аа? А это что? - увидела она пучок шалфея, лежащий на прикроватной тумбочке. – Так, так, так, - протакала она и покрутила головой. – А Любка-то…, сколько всего тут понавешала, - удивлённо смотрела она на обереги. Не зря она нас сюда не пускала, - бубнила Мария Фёдоровна себе под нос.
- Что ты тут бубнишь? – спросил Николай Александрович, появившийся в комнате.
- Да ты посмотри сам…, - кивнула она на обереги. – Она боится чего-то.
- Так ты тоже боишься, и что?
- Я боюсь вора…, живого бандита, а она…, она боится приведения. Смотри, сколько оберегов висит у неё здесь. Видишь, да?
- Да, пусть висят, не будем их трогать..., они нам не мешают. Она сказала, что бандит должен видеть, что она не спит, пусть и свет горит в окошке, и она сидит в кресле…
- Она? – уставилась на супруга Мария Фёдоровна.
- Ну, да. Давай быстренько соорудим чучело, усадим его в кресло.
- Ты в своём уме? Какое ещё чучело? – возмутилась Мария Фёдоровна.
- Плед, завёрнутый в халат…, вместо головы подушка…, - Николай Александрович приступил к делу. – Ну, чего стоишь, смотришь, разинув рот, помогай…, - призвал он на помощь супругу.
Вскоре у закрытого окна освещённая светом торшера в кресле сидела кукла с книгой в руках. На её голове была чалма из большого полотенца. Дверь в комнату была закрыта на ключ. А Мария Фёдоровна и Николай Александрович, укладывались спать в гостевой комнате.
- Ты думаешь, он придёт, и влезет сегодня? – спросила Мария Фёдоровна.
- Придёт, будет нас пугать, - поправил свою подушку под головой Николай Александрович и погасил свет.
- Пугать? Зачем?
- Чтоб мы уехали. Он же не совсем…, - Николай Александрович покрутил пальцем у виска.
- Нам надо подумать, как его встретить, в доме, - сказала Мария Фёдоровна.
- Завтра придумаем, спи, - повернулся он на бок.