Бремя, которое выбрал не я

Жил-был Олег. Умный, талантливый, симпатичный мужчина в самом расцвете сил. Со стороны можно было бы сказать, что у него довольно классная жизнь, если бы не одно жирное (жирнющее даже) «НО». Стоило кому-то не согласиться с ним или задеть его даже незначительной критикой, он сразу взрывался. Злился, кричал, иногда совсем не следя за выражениями. После таких вспышек Олег недоумевал, как так вышло – ведь он совсем не хотел навредить, не хотел быть агрессивным. А потом ситуации повторялись вновь и вновь.

Когда Олег был маленьким, его отец вел себя так же. Он ожидал от Олега послушания, трудолюбия, порядка. Но если выходило как-то иначе, отец знатно кричал, в ярких тонах объясняя Олегу, насколько он неправ. Вот такой опыт. Олег уважает отца до сих пор, ведь тот «закалил его характер», и многие достижения в его жизни стали возможны благодаря способности выносить большие нагрузки и стремлению быть классным. Только вот это жирнющее «НО» крайне мешает жить. Невозможно остановиться, когда не соглашаются, игнорируют его мнение или обижают.

Однажды, после очередной вспышки ярости, он увидел сон. Гуляет он по лесу – высокие сосны, птички поют, все как надо. Тут он доходит до поляны, а посередине — огромный камень, а на пне сидит старик. Улыбается ему, приглашая подойти.

— Ты что-то потерял, кажись! — сказал старик. — Но сам этого не понимаешь. Твоя проблема в том, что боль в себе носишь. Хочешь, покажу?

Олег кивнул. И они оказались в квартире его детства. Вот ковер на стене, на заднем плане слышно телевизор. А посередине он — напуганный, зажатый, виноватый. Рядом стоит отец, машет тетрадкой и злобно орет о том, какой Олег тупой.

Олег подошел к ребенку, осторожно опустился перед ним на колени и обнял его. Ребёнок сначала замер, будто не веря, но затем его плечи дрогнули, и он прижался крепче, вцепившись в Олега пальцами.

Олег поднял голову и посмотрел на отца. Внутри все кипело – злость, боль, непонимание, но сквозь это пробивалась твёрдость. Он встал, ощущая, как страх, с которым столько лет жил этот мальчик, теперь проходит через него, но не парализует.

— Со мной так нельзя! — его голос звучал уверенно, он впервые говорил это вслух. — Ты только пугаешь! Если не можешь спокойно объяснить — это твоя проблема, а не моя. Не смей срываться на ребёнка!

Отец застыл. Его брови нахмурились, будто он собирался сказать что-то в ответ, но взгляд изменился – в нем мелькнуло что-то неуловимое. Удивление? Смятение? Может быть, даже боль.

В этот момент Олег почувствовал, как ребёнок в его руках расслабился. Он больше не вжимался в себя, а смотрел на него с надеждой. В глазах появилась тёплая искорка – слабая, но настоящая.

Он заметил, что взгляд отца тоже изменился. Сон оборвался.

Если бы это была сказка, Олегу сразу стало бы легче, и он перестал бы кричать по пустякам. Но, к сожалению, мы не в сказке. Этот сон помог Олегу осознать, что он перенял историю отца и смог себя защитить. А впереди его ждала большая работа: прожить травматический опыт в воспоминаниях, поддержать себя, принять это как часть своей жизненной истории, научиться постепенно иначе справляться со своими эмоциями, найти другие способы защищаться (и договариваться) в моменты обиды и уязвимости.

Он не до конца простил отца за то, что тот «подарил» ему эту особенность и не помогал в сложные моменты. Но принял, что отец был таким и у него были свои причины. Как и у Олега теперь есть свои. Принятие — это уже ой как много.

А о чем плачет ваш внутренний ребенок? Представьте, где бы вам хотелось получить защиту…

Автор: Алиса Муллагалиева
Психолог, Психоаналитик

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru