Анна застегнула пальто, глядя в зеркало. Темно-синее, подчёркивающее её талию, оно сидело идеально — даже через год после рождения Макса. Плечи выпрямлены, губы слабо подкрашены. Повернулась вбок, поправила волосы. Всё вроде бы в порядке.
«Чудесно, — улыбнулась она своему отражению, — ну точно, красотка».
Внизу, у подъезда, стоял Игорь. Анна всегда улыбалась, когда видела мужа. Высокий, статный, даже когда просто ждал её с сыном на руках, он казался идеальным мужчиной. Макс, в своём клетчатом комбинезоне, энергично двигал ножками, пытаясь вырваться. Увидев маму, радостно захлопал руками.
— Как дела, мои хорошие? — Анна шагнула к ним, забирая Макса. — Соскучились?
— Макс — как обычно, ни секунды на месте, — Игорь засмеялся, обнимая её за талию. — Ты как? Успела хоть чуть-чуть передохнуть?
— Да, кофе попила, — она обняла его в ответ, чувствуя его тепло через ткань пальто. — Поехали к твоей маме?
Игорь нахмурился:
— Поехали. Надеюсь, сегодня она будет в норме...
Анна посмотрела на него с лёгким беспокойством. Последние пару месяцев общение с Аллой Константиновной стало напряжённым. Сначала Анне казалось, что это из-за Макса — бабушка переживает, что недостаточно участвует в воспитании внука. Но потом всё изменилось. Дело было в другом.
Сели в машину. Макс что-то лепетал, играя с игрушкой. Игорь крутил руль, молчал. Взгляд сосредоточен на дороге.
— Слушай, я понимаю, что мама иногда... Ну, бывает резкой, но ты не обращай внимания, ладно?
— А я что, разве обращаю? — Анна вздохнула, пытаясь не придавать словам значения, но её мысли вернулись к последним их встречам.
Каждый раз Алла Константиновна находила повод для едких замечаний. Если раньше это касалось бытовых мелочей — вроде того, как Анна заправляет кровать или складывает вещи Макса, — то теперь все замечания сводились к тому как выглядит сама Анна.
— Опять в своих джинсах? Всё молодишься. Лучше бы тёплые штаны купила... — неоднократно звучало от свекрови.
Анна старалась не реагировать, но такие фразы её задевали. И каждый раз в её голове звучал ответ, которого она никогда не решалась произнести вслух: «А почему я должна быть другой? Я мать, но я всё ещё женщина!»
Когда они подъехали к дому Аллы Константиновны, Анна почувствовала себя в напряжении. Она знала, что сейчас начнётся.
***
Алла встретила их на пороге, как обычно, с улыбкой — но в её глазах что-то было. Подозрительность? Недовольство?
— Привет, мои дорогие! Максюша, иди к бабушке! — женщина потянулась к ребёнку, который начал радостно махать руками. — Иди сюда, мой маленький...
Анна с Игорем прошли в дом, снимая верхнюю одежду в прихожей. Она слышала, как свекровь уже напевает Максу песенку и сюсюкается с ним, как заботливая бабушка.
Анна зашла на кухню. Алла Константиновна уже разливала чай, второй рукой держа внука.
— Присаживайтесь, — бросила она, чуть качнув головой. — Чай горячий, пряники испекла. Но ты, наверное, такое не ешь, Анна?
— Почему? Ем, конечно, — Анна улыбнулась.
— Ну-ну, — свекровь окинула её взглядом. — Молодая, стройная... Через пять лет посмотрим, будешь ли ты такие же пряники уплетать. Время-то не щадит никого.
Анна напряглась, но ничего не ответила. Игорь тоже промолчал, сделав вид, что ничего не заметил. Он не любил вмешиваться в их разговоры, полагаясь на то, что всё уладится само собой. Но Анна чувствовала, что это «само собой» не произойдёт.
Когда они сели за стол, Алла Константиновна вдруг уставилась прямо на невестку:
— А знаешь, Анна, мне иногда кажется, что ты слишком много времени уделяешь внешности. Вот Макса бы лучше почаще выводила на воздух... — Она сделала паузу, осмотрев невестку с головы до ног. — Или тебе страшно, что Игорь, лет через пять, будет смотреть на молоденьких?
Анна побледнела. На этот раз свекровь превзошла саму себя.
— Что вы имеете в виду? — её голос дрогнул, но она старалась держаться спокойно.
— Ничего особенного... Просто, как говорится, молодость не вечна. Вон, у соседки, муж ушёл, когда ей тридцать пять исполнилось. А ты уже к тридцатнику подходишь...
— Мама, прекрати, — Игорь наконец вмешался, глядя на мать с раздражением.
Алла покачала головой, невинно подняв руки.
— Я только правду говорю! Ты ещё не знаешь, Игорёк, как мужчины… Вечно глаза на кого-то помоложе косят. Ой! Да ты сам скоро всё прочувствуешь.
Анна встала. Её руки дрожали.
— Знаете, Алла Константиновна, — голос был тихим, но решительным, — мне совсем не хочется участвовать в подобных «беседах». И если вы действительно так думаете обо мне и о вашем сыне, то... может быть, вам лучше поменьше слушать всякие сплетни? Или другие передачи по телевизору начать смотреть… Например, «Что? Где? Когда?»
Свекровь сжала губы. Анна повернулась к Игорю:
— Игорь, может мы поедем. Макс уже устал.
— Анна... — начал он, но она уже направилась к выходу, чувствуя, как её глаза начинают наполняться слезами.
Алла Константиновна осталась стоять на кухне, наблюдая, как её сын уходит вместе с женой.
Игорь догнал Анну у двери, где она уже завязывала шарф на шее. Он положил руку ей на плечо, но Анна отпрянула.
— Игорь, хватит. Я больше не могу терпеть это. Каждый раз одно и то же. Я стараюсь... правда. Но твоя мама, — она резко развернулась к нему, глядя прямо в глаза, — она меня просто не переваривает.
— Я знаю, — Игорь сжал губы, и в его взгляде мелькнула усталость. — Знаю, Ань. Но мы не можем лишить её встреч с внуком.
— Да, она замечательная бабушка. Но ты сам видишь, что со мной она ведёт себя совсем по-другому! — Она отступила на шаг, делая вдох, чтобы успокоиться. — А я ведь стараюсь быть вежливой, стараюсь не реагировать, но когда она начинает говорить такие вещи… это ваше моих сил!
Игорь кивнул, но не ответил. Он знал, что мать всегда была человеком с резким языком. Но Анна была права — то, как она говорила с невесткой, было неприемлемо.
— Оставайся в машине с Максом, я поговорю с ней.
Анна посмотрела на него с сомнением, но не возражала. Игорь вернулся в дом.
Алла Константиновна стояла у стола, задумчиво крутя в руках чайную ложечку. Её лицо было напряжённым, но она старалась сохранять спокойный вид. Когда Игорь вошёл на кухню, она лишь вздохнула:
— Ну что, ушла? Что такого я сказала, Игорь? Разве я не права? Молодость, она ведь проходит... Я просто хочу, чтобы она это понимала, чтобы готовилась...
— Мама, — перебил её Игорь, удерживая злость, которая накипела за последние месяцы, — прекрати. Ты не должна так говорить с Анной. Это уже не первый раз.
Алла подняла брови, изображая удивление:
— О, да ты что? Я всего лишь говорю что думаю, а она обижается на каждое моё слово! Не успеешь оглянуться, как тебя будет толпа молоденьких окружать. Ты у меня мужчина видный.
— Перестань! — Игорь резко ударил кулаком по столу, отчего ложка выскользнула из рук Аллы и упала с глухим звуком. — Ты о чём вообще говоришь?! Я люблю Анну, и меня не интересует её возраст или фигура. Она — мать моего сына! И твои постоянные намёки только портят наши отношения!
Алла Константиновна удивлённо моргнула, не ожидая такого от сына.
— Игорёк... я же не...
— Нет, ты послушай меня. Я понимаю, что ты, может быть, переживаешь за меня, но твоё поведение неприемлемо. Она старается, а ты каждый раз находишь, к чему придраться. Да, ты моя мать, но она моя жена. И если ты не можешь уважать её — тогда это станет проблемой. Потому что я больше не позволю тебе её унижать.
Алла, стоя у стола, замерла, потеряв дар речи. Впервые её сын так открыто и резко противостоял ей.
— Ты должен понять… я просто не хочу, чтобы она думала, что у неё всегда будет всё под контролем. Женщина должна знать своё место...
— Анна уже на своём месте — рядом со мной. И я буду делать всё, чтобы она там оставалась. А если ты продолжишь в таком духе… то ты сама сделаешь так, что мы перестанем приезжать к тебе. И не потому, что я этого хочу. А потому что ты заставишь нас уйти.
Алла Константиновна снова замолчала. Её глаза забегали. Она пыталась найти в нём ту слабость, которую раньше удавалось нащупывать. Но сейчас перед ней стоял совсем другой человек.
— Ты серьёзно? — прошептала она.
— Более чем, — твёрдо ответил Игорь. — Либо ты начнёшь уважать Анну, либо наши встречи станут намного реже. Решай сама.
Он отвернулся и, не дожидаясь ответа, вышел из дома.
На улице Анна уже сидела в машине, держа Макса на руках.
— Ты поговорил с ней?
— Да, поговорил, — ответил Игорь, пристёгиваясь. — Больше она тебя не тронет.
Анна смотрела на него несколько секунд, а затем слегка улыбнулась:
— Спасибо, Игорь.
Игорь наклонился к ней и тихо прошептал:
— Я всегда на твоей стороне.