Сегодня, в день 165-летия гениального русского писателя Антона Павловича Чехова, хочу вспомнить одну из самых лучших экранизаций его произведений – великолепный фильм Исидора Анненского 1954 года «Анна на шее».
Сейчас эта кинолента заслуженно считается классикой. Да и когда она только вышла, зрители ее полюбили. Она была лидером кинопроката.
И, между прочим, за рубежом «Анну на шее» высоко оценили тоже.
Кинолента получила «Золотую оливковую ветвь» на Международном кинофестивале в Италии. А в странах Южной Америки собирала полные кинозалы.
Конечно, «Анна на шее» – фильм чудесный. Одна Алла Ларионова в главной роли чего стоит.
И трудно поверить, что отечественная критика к этому фильму в свое время была не милостива. Каких только негативных отзывов не приходилось читать… Фильм упрекали в излишней яркости, водевильности, облегченности. Героиню называли «беспутной кокоткой», «очаровательной вертихвосткой».
А самое главное, режиссера Исидора Анненского обвиняли в том, что он пренебрег «духом чеховского произведения».
И вот с последним так и хочется поспорить. Потому что, чем больше пересматриваешь этот фильм, тем больше убеждаешься, что как раз тонкая чеховская недосказанность, его иронично-печальное предвидение в фильме присутствуют. Едва уловимая печаль витает в воздухе этого киносюжета. Несмотря на яркий, радостный, жизнеутверждающий тон общей атмосферы…
Не знаю, как вы, а я, когда смотрю последние кадры «Анны на шее», просто не могу избавиться от мысли, что добром биография прелестной Анны не завершится
Почему-то не верится мне в Анечкино долгое порхание. Почему-то не вижу я ее в роли вечно торжествующей счастливицы. Наверное, потому что нет в этой героине расчетливости и меркантильности такой, чтоб раз и навсегда устроить удачно судьбу. Слишком она легкомысленна, слишком увлекается и обожает прекрасное мгновение.
А вижу я Анечкино будущее так.
Пройдут годы. Может, даже именно не десятилетия, а всего лишь годы. Обворожительная Анечка постепенно станет увядать. Так же, как легко вянет срезанная благоуханная роза в хрустальной вазе на столе…
Прежние поклонники канут в былое. Я так и вижу, как знойный воздыхатель, купец Артынов в правдоподобном исполнении Михаила Жарова найдет себе другую «орхидею», более свежую, более юную.
А чопорный и галантный князь, бесподобно сыгранный Александром Вертинским, просто «почиет в Бозе».
Другие поклонники также куда-то испарятся.
И останется Анечка со своим престарелым мужем, противным и душным, в четырех стенах. И, конечно, будет он ее попрекать за былые веселые загулы. А уйти от постылого супружника Анечка не сможет. Ведь сбережений у нее вовсе не останется. Все подарки и воздаяния давно уж испарились….
И вот будет она при скромном достатке и опротивевшем муже сидеть взаперти, горюя об ускользающей красоте своей и о блистательных былых мгновениях.
А может и хуже обернуться. Вдруг тучного Модеста Алексеевича удар разобьёт. Окончательно и бесповоротно. И останется Анечка горькой вдовой в долгах, как в шелках, да и при описанном имуществе. Может, даже почти на улице. Совсем как ее папенька с братьями когда-то…. Хотя, может, и тряхнет стариной. И кого-нибудь очарует. Кто-нибудь да подберет…
Все это конечно мои фантазии. Но мне кажется, что Антон Павлович с таким бы финалом своей героини вполне мог и согласился. Потому что очень мудрый и прозорливый он был человек. И знал, чем чаще всего заканчивается ослепительный карнавал легкого и случайного успеха…
А вы, что об этом думаете, дорогие читатели?
Фото из открытых источников интернет.
Фотоколлаж авторский.