Маша проснулась рано, ей было холодно и болела голова. Она вернулась от Сансин почти неделю назад. Мачеха, заметив ее на пороге, выругалась так, словно увидела привидение. И не слушая пояснений, бранилась, что едва не охрипла. Прежде, чем папенька сломал о спину хворостину, Маша, глотая слезы, показала ему мешочек. Алчный блеск двух пар глаз, казалось, осветил весь дом.
Начало:
А потом про Машу забыли. Уже четвертый день, как взрослых не было дома. Четвертый день, как Маша заботится о себе сама. Да и пусть бы, так даже лучше, только в доме заканчивались продукты. Вчерашним вечером она поставила в печь остатки крупы.
Как ответственная, Мария не пропускала занятия в школе, давно наученная самостоятельно заводить будильник. Сложнее было управляться с печью, чтобы подсунуть тяжелый чугунок поближе к огню. Огонь она тоже давно научилась разводить. Еще бабушка ее научила, как правильно задвигать заслонки, чтобы не "учинить беду". И бабушка же научила готовить самые простые блюда, потому что в девять лет девочка уже должна это уметь. У Маши так и стоял в голове бабушкин назидательный голос.
Мария тщательно заботилась о себе, и строила планы на будущее. Огромный орел Бу крепко-накрепко засел в ее сердце. Птица невероятной красоты, сильный охотник, свирепый хищник, но вместе с тем такая уязвимая. Нужно хорошо учиться, чтобы потом, в будущем, исполнить свою мечту, и оказаться в силах помочь даже такому исполину! Уж она не испугается. Лечить даже таких больших птиц все равно ничуть не страшнее, чем ночевать в этом старом доме одной.
Сумерки еще не отступили, вставать было слишком рано, и Маша снова вернулась в кровать. Укуталась в одеяло поплотнее. Ее начал разбирать кашель, и девочка по привычке уткнулась носом в подушку. Обычно ее сильно бранили, если ее кашель мешал спать взрослым. Конечно, сейчас взрослых в доме не было, но привычку так легко было не побороть. Она уже успокоилась, когда услышала, как скрипнула дверь. Вскочила, обрадованная, сунула ноги в тапки и укутавшись поверх ночной сорочки в одеяло, выскочила встретить папеньку.
Но вопреки ожиданиям в кухне стоял незнакомый мужчина.
-Тьфу ты черт!! - он схватился за сердце, и отшатнулся в сторону, приняв девочку за привидение.
-Кто Вы? - Маша отступила назад. Бабушка ее учила, что с незнакомцами на улице разговаривать нельзя. Брать конфетки у чужих тоже. А еще нельзя помогать незнакомым взрослым, о чем бы те не попросили. И не ходить смотреть котят или щенят. Но как быть, если незнакомый взрослый стоит посреди твоего дома?!
-Ты тут одна? Где родители? - незнакомец быстро и бесцеремонно оббежал весь небольшой домишко, и снова уставился на девочку.
-Папа скоро придет. И старший брат. Трое! Они вышли. Ненадолго! - Маша зачастила, на ходу выдумывая небылицы.
-Ну-ну.- мужчина согласно покивал головой и еще раз осмотрелся. Ничто вокруг не выдавало того, что в доме есть еще кто-то. Или вот-вот вернется. Ни обуви у двери, ни верхней одежды на вешалке. -Еда есть? Или хоть бы чай? А то я проголодался.
Маша и сама была не прочь перекусить. В печи с вечера стоял чугунок с остатками каши. Но отдай она его мужчине, сама останется голодной. Это была последняя крупа в доме. Она сжала руки в кулачки, но тут же выдохнула, и снова разжала ладони. В еде и воде отказывать нельзя. Так учила бабушка.
Она кивнула на печь, и мужчина споро достал чугунок. Набросился на несоленую пустую кашу, сваренную на воде так, что Маша сразу поняла, она поступила верно. Должно быть, незнакомец долго не ел.
-Чай есть? - с набитым ртом поинтересовался тот. - Хлеб?
Маша отрицательно покачала головой.
-Ты что, правда тут одна? И как ты обходишься? Где твои родители? - Мужчина насытился и сев за стол уставился на девчонку темными, что сама ночь глазами.
Маша молчала.
-Ладно. -согласился вдруг тот. - Ступай спать. Не бойся. Я только ночь тут переночую, и утром уйду. Сейчас не могу, ищут меня. Отсижусь, и двину дальше.
Маша вдруг вспомнила, что в школе недавно было собрание. Им рассказывали о том, что из городской тюрьмы сбежал преступник. И всем нужно быть внимательнее, и плотнее запирать двери. Маша преступников еще ни разу не видела, потому на этого уставилась во все глаза. Высокий, тощий, в каких-то обносках, он напоминал ей скорее нищего оборванца, чем какого-то там преступника. Заросшее бородой лицо, и сальные волосы до плеч тоже респектабельности не добавляли.
-И это, мыло есть?- наверное, преступник, думал так же, как Маша. Поскреб нестриженными ногтями свою бороду и шумно вздохнул. - И ножницы.
Маша подала необходимое, и спряталась в своей коморке. Забившись в самый дальний угол кровати, она напряженно вслушивалась, как он ходит по кухне. Гремит чугунками и кастрюлями, плещет водой, ругается. Видимо, он затопил печь, потому что в доме стало намного теплее. В этом тепле Машу и разморило. Сама не заметила, как уснула.
***
Снилась ей Сансин. В своих прекрасных белых одеждах, Дух горы ласково улыбалась ей, и показывала свои владения. Маша тоже улыбалась ей. И клятвенно обещала, что все-все одолженное обязательно вернет. Сансин смеялась задорным смехом, и предлагала Маше те вкусные ягоды в меду, и кашу, и сладкий чай с сотами вместо сахара. И так ей было тепло в том сне, что просыпаться совершенно не хотелось.
-Давай же! Открывай глаза. Мелкая ты еще больно чтоб на тот свет проситься! - сердитый мужской голос вырвал ее из небытия, и потом тело встряхнули, что тряпичную куклу. -Проснулась? На вот, выпей.
Преступник! Маша опомнилась и все ее тело окатило волной ледяного пота. Как она могла уснуть, когда в доме посторонний! Тем более такой страшный! Но приглядевшись, она только по глазам его и узнала. Гладковыбритое лицо оказалось молодым, очень привлекательным. Стриженные чуть выше плеч волосы, вымытые, оказались кудрявыми. А в руках ощущалась сила. Вот так запросто сграбастать ее в охапку и отнести на кухню! Папа так не мог.
-Ешь давай. И не вздумай помирать. - сердито, но как-будто бы не по настоящему, заявил парень. И подвинул к ней тарелку с кашей и стакан с молоком. -Рано тебе еще. Как звать-то?
-Маша. - отозвалась девочка, с трудом проглатывая первый глоток. - А тебя?
-Илья. Так, что Маша... Уж не знаю, как получилось, что взрослых нет. Но тебе в таком случае придется как-то справляться самой. И заботиться о себе получше.
Он смотрел на нее как-то по доброму. И даже поднял тонкую руку, чуть пригладив непослушные кудри.
-Угу. -отозвалась Маша, и вдруг разревелась. Несолидно, точно маленькая. Такой малой частички участия и заботы хватило, чтобы плотину прорвало.
-О, ну можно без этого как-то? - закатил глаза мужчина.
Но Маша успокоится уже не могла. Она была сильной. Она заботилась о себе сколько могла. Но стоило кому-то, пусть и беглому преступнику, проявить к ней толику заботы, как она сломалась точно былинка. Ей было стыдно, но слезы было не унять. Шмыгая носом, она рассказала ему все-все. Как ходила в горы и просила Духа дать ей немного золота. Как отдала все, что принесла, папеньке, чтобы тот больше не мучался от нужды, и мог не работать так много. И про то, что одной ей на самом деле очень страшно. Потому что за печкой мыши. И по ночам они не только выползают в кухню, но еще и пищат. И что она их боится. И что закончилась крупа и сахар. И что в школе ее снова обозвали вруньей. А она на самом деле ходила в горы! Она на самом деле видела Хозяйку горы! Она на самом деле познакомилась с Бу и даже кормила его на утро мясом! Она рассказала обо всем, что с ней случилось. Но незнакомца, кажется, заинтересовала только одна вещь. Есть ли у Хозяйки горы еще такие мешочки с самоцветами?
Продолжение: