Ольга Зяблова
…В рамках акции Учебного театра @uteatr и БФ "Помощь бездомным собакам" donate.priut.ru
Мои родители всегда подбирали и держали кошек и собак, распределившись после Университета в провинцию. Но, вернувшись в Ленинград, долго не заводили животных, потому что родители отца, врачи, были против. А я просила собачку. И, когда мне её подарили на день рождения, они уже не смогли отказать ребенку. У щенка было безрадостное детство – в деревне под Зеленогорском, ощенилась сука и хозяйка понесла топить щенят. Просто бросая в пруд. На последнем щенке, мать- собака сорвалась с цепи и спасла своего кутёнка. Соседские дети спрятали его в сарайчик и выходили. Но лето прошло, куда его девать… и через третьи руки щенок был подарен мне. Это была очень милая, послушная собачка, мама у неё была лайка, а папа – такса, поэтому внешний вид лайки, хвостик бубликом, но на коротких лапках. Прожила с нами Кутя 14 лет, везде возили с собой, и в Прибалтику, и в Карелию.
В одной из маминых книг остались воспоминания о любимой собаке: «….спасла из озера мать-собака, и всю жизнь Кутя боялась воды. Лишь однажды она прошла по мелководью Финского залива, взобралась в лодку и каталась вместе с нами, когда ей это скомандовала Магда. Кутя, наряженная в голубое платьице Оли, поднималась с нею на сцену знаменитого зала с бело-голубыми изразцовыми каминами в Петершуле, прыгала через обруч и танцевала. Она, следуя примеру скотч-терьеров Ильи Эренбурга, умела прикрывать двери комнаты во время «опасных» разговоров. А когда мы всей семьей сели к телевизору слушать Евгения Евтушенко и он произнёс многократно повторяемое: «Любимая, спи!» - Кутя встала и отправилась под стол на свою подстилку. Кутя ездила поездом и летала с нами самолётом…»
Когда любимой собачки не стало, опять был долгий период без животных. И, лишь когда я уже работала в театре на Моховой, и по прежнему мечтала о собаке - приходит как то моя начальница Анна Густавовна и рассказывает, что в гардеробе института в сумке обнаружили щенка. Весь день он там провисел на вешалке, к вечеру стал попискивать, тут его и обнаружили. Иди, говорит, в бухгалтерию, ты же хотела собаку, забирай. И я забрала. Нелепого, совсем плоского щеночка, но явно терьер. Первое время я носила её в сумке на работу, её все тискали и ублажали, но однажды она напИсала в кабинете директора и порвала, играя, юбку начальнице. Стала оставлять дома одну, пока все на работе.
Моя прекрасная любимая собака Лакки оказалась очень породной. Когда щенку был год, мы пошли на собачью выставку, просто посмотреть. И увидели таких же рыжих собак, подошли к начальнице породы, она осмотрела Лакки и определила, что это, да, ирландский терьер, пропавший год назад, привезенный из Москвы, и родословная у неё на двух страницах. Бывшая хозяйка оказалась не адекватна, почему оставила в гардеробе института не выяснили. И мы вступили в собачий породный клуб, и, изначально совсем нечестолюбивые, ходили на выставки и радовались первым местам и медалям. А потом появляются щенки, такой восторг, но и трудности вырастить породных щенят… Но это уже совсем другая история.
Григорий Иоффе
А вот наш Рыжий, сын Кути, с моими детьми и попугаем Прошей на даче в 1983 году:
Галина Зяблова "ГЛЮК В ДЕРЕВНЕ ГОЛУБКОВО. День за днём с ирландскими терьерами на фоне времени, в селе и в мире"
Книга для друзей и друзей собак
Издательство "Петербург - ХХI век", 2009.
Портрет Глюка работы Ольги Зябловой.