Иван частенько летал по работе, поэтому привык к разным попутчикам. Кто-то громко разговаривал, кто-то вытягивал ноги так, что некуда деваться, а кто-то весь полёт храпел. Но этот рейс запомнился ему надолго.
Мужчина сидел на своём месте, когда почувствовал первый толчок в спинку кресла. Слабый, едва заметный. Спустя пару минут — снова. Иван обернулся и увидел мальчика лет пяти, который азартно дрыгал ногами, ударяя по его креслу и словно ожидая реакции в ответ. Рядом с ним сидела его мать — ухоженная женщина в дорогом костюме с надменным выражением лица.
— Простите, ваш сын мешает мне. Не могли бы вы попросить его не пинать кресло? — вежливо сказал Иван.
Женщина даже не взглянула на него, лениво махнула рукой:
— Он же ребёнок. Дети не могут сидеть смирно.
Иван сдержанно кивнул, надеясь, что она всё же его одёрнет. Но мальчик продолжил пинать кресло, и удары становились всё сильнее. В какой-то момент он толкнул настолько сильно, что горячий чай, который только что принесла стюардесса, выплеснулся Ивану на колени. Он вздрогнул от боли и раздражения.
— Серьёзно, это уже не смешно. Мне тяжело так лететь, — развернулся он к женщине. — Ваш мальчик уже не младенец и должен понимать, что такое "хорошо" и что такое "плохо".
Дама фыркнула:
— Если вам что-то не нравится, купите себе частный самолёт и летайте в одиночестве.
— Ну и ну...
Рядом сидела пожилая пара, и мужчина негромко сказал:
— Молодой человек, вы правы. Такое поведение недопустимо. Нужно сказать стюардессе. Вас пересадят.
Иван вдохнул, стараясь сохранять спокойствие, и нажал кнопку вызова бортпроводника.
— Чем могу помочь? — вежливо спросила стюардесса.
Иван в тот момент вытирал брюки салфеткой. Он указал на кресло:
— Ребёнок за мной пинает спинку, а теперь ещё и чай расплескался. Его мама не реагирует. Грубит.
Стюардесса повернулась к женщине:
— Простите, ваш сын мешает пассажиру. Пожалуйста, успокойте его.
Женщина скривилася:
— Я заплатила за эти места и не собираюсь его ограничивать. Если кому-то не нравится, пусть пересаживаются.
— Разумеется. У нас два свободных места… в конце самолёта, возле туалета. Вы можете пересесть туда, — спокойно ответила стюардесса. ©Звезды Стеллы Кьярри
Лицо женщины вытянулось:
— Что?! Это возмутительно! Я никуда не пойду! Пусть пересядет он! Да вы вообще знаете, кто мой муж?! Да он...
— Я заплатил за первый ряд и пересаживаться не намерен, — перебил Иван.
В ответ дама вскочила и начала громко возмущаться:
— Видите?! Этот человек ненавидит детей! Он требует, чтобы мой сын сидел неподвижно! Это просто недопустимо!
Несколько пассажиров посмотрели на нее с удивлением, но поддержки женщина не получила. Пожилая дама рядом покачала головой:
— Ваш ребёнок действительно мешает. Это неуважение к другим.
— Я просто сижу здесь! Он ребенок! Ему скучно!
Стюардесса сохраняла спокойствие:
— В таком случае, будьте добры, следите за мальчиком. Все пассажиры равны, всем должно быть комфортно. В противном случае мы будем вынуждены сообщить капитану.
Женщина покраснела, но больше не сказала ни слова. Она резко повернулась к сыну и шикнула:
— Прекрати!
Мальчик надул губы, но ноги от спинки соседнего кресла убрал. Остаток полёта прошёл в относительном спокойствии.
Когда самолёт приземлился, Иван обернулся к женщине и протянул ей салфетку с записанным на ней счётом.
— Это за химчистку брюк. Чай расплескался из-за вашего ребёнка, так что справедливо, если вы оплатите ущерб. Думаю, при таком важном муже это для вас сущие копейки.
Женщина вспыхнула:
— Вы шутите?! Я не собираюсь ничего платить!
— Хорошо. Тогда мы можем обсудить это с представителями авиакомпании, — спокойно ответил Иван.
Женщина огляделась, видя любопытные взгляды пассажиров, раздражённо выхватила салфетку.
— Ладно, сколько?!
Иван назвал сумму, и женщина, скрипя зубами, полезла в сумку.
Пожилой мужчина рядом похлопал Ивана по плечу:
— Молодец, парень. Надо ставить людей на место.
Иван улыбнулся. В этот раз справедливость восторжествовала.
Спасибо за лайки и репосты!
Скоро выйдет новая история. Подпишитесь, чтобы не пропустить!