Главный герой — мальчишка, пытающийся океан детской отчаянной грусти внутри заслонить от себя злостью и равнодушием. Путь суперкрутого воина — это путь без ранимости, без человеколюбия, без эмпатии.
Ислам Ханипаев, махачкалинец, — по-детски непринуждённо, но понятно взрослому, — показывает, как мальчик уходит с этого пути.
А ещё это написано остроумно. Советую к прочтению!
***
Дети, а ну стоять! — вдруг прозвучал из машины громкий полицейский голос, который получается из-за мегафона, и их машина остановилась.
Я сразу вспомнил правило № 23: «Когда воин видит угрозу, он никогда не отступает, он выбирает новое место для атаки», поэтому побежал во двор, окруженный несколькими многоэтажками. Остальные, как трусы, побежали за мной.
***
— Я сегодня был недалеко от моря. Там были раньше скамейки такие крутые, они были прямо к морю повернуты, и можно было долго сидеть и смотреть на море. Мы там с тобой много разговаривали еще и придумывали всякие крутые планы, например, как я победю Конора Макгрегора или как я остановлю поезд, который будет ехать на мою школу, и все меня полюбят, а еще ты предложил мне занять какой-нибудь крутой стул, решать всякие вещи в Дагестане и захапать много денег.
— Я говорил «присесть на хорошее кресло», — поправил меня Крутой Али.
— Ага, точно, ты помнишь эти скамейки?
— Помню.
— А я вот сегодня недалеко от них проходил, а их там не было. А сейчас все по телефонам друг другу показывают фотки. Оказывается, кто-то крутой взял эти скамейки и выкинул в море, они теперь сломанные лежат на камнях. Я подумал: наверное, это были другие крутые и злые воины.
— Наверно.
— Я не хочу быть таким. Я не хочу ломать скамейки. Мы же там с тобой сидели, а теперь нам негде сидеть. Нам было так круто там, и это было наше любимое место на море. Вот что я подумал, — сказал я.
***
— Алло?
— Это новый владелец квартиры. Ты оставил свой номер мне, чтобы я тебе перезвонил, если что-нибудь найду. Тут на бумажке написано «крутой и злой воен»…
***
Если бы я собирался умереть, я бы точно всех предупредил. Я бы собрал всех-всех своих лучших друзей у себя в комнате. Позвал бы Расула и… еще кого-нибудь — типа маму, Ахмеда, Амину — и сказал бы, что я собираюсь умереть через неделю и что если кто-нибудь собирался мне что-нибудь потом подарить, то лучше подарить сейчас, а то я уже буду мертвый и дарить будет некому.
***
— Здрасте. А Гамзатов Абдулазиз дома?
— А кто спрашивает?
— Я, — ответил я, оглянувшись по сторонам. Вроде я стоял один.