Лиза осторожно прислонилась к спинке дивана, стараясь не делать резких движений — каждый шаг или наклон отдавались болью в теле. У неё снова начался приступ. Даже просто дойти до кухни было для Лизы пыткой.
После вторых родов здоровье Лизы ослабло. Её мучила слабость, и головокружения. У неё была хроническая усталость, болела спина и ноги.
Врачи сказали, что такое бывает после родов, и это пройдёт. Просто нужен длительный период восстановления и покоя.
На кухне звенела посуда. Её муж Алексей взялся помыть посуду. Вдруг в зал зашла её свекровь Вера Степановна.
— Так, я не поняла! А чего это ты здесь расселась? Я что, рожала сына затем, что бы он посуду за тебя мыл? — возмущалась свекровь — А ну быстро встала, и марш на кухню! Расселась тут она...
— Вера Степановна, вы же видите что мне плохо, шевелиться больно! — хриплым и слабым голосом сказала Лиза.
— Ой, ой! Посмотрите на неё! Бедная и несчастная! Я вот Лёшу когда родила, уже через три дня после выписки картошку на огороде копала, а ты разнылась тут, лентяйка! А ну встала, и бегом на кухню, посуду мыть! Плохо ей...
Лиза нехотя поднялась с дивана, и пошла на кухню, еле передвигая ноги. Через минуту в зал быстрым шагом зашёл Алексей:
— Мам, ты что делаешь? Видишь Лизе плохо? Ты хочешь, что бы она в обморок бухнулась? Пусть отдыхает, не трогай её! — заступился за жену Алексей.
— Сынок, ты же с работы пришёл, устал, тебе отдых нужен а ты ещё и по дому дела делаешь, пока эта лентяйка симулирует! Ты видишь, что она помыкает тобой? Сидит дома целый день, никакого толка от неё!
— Мам, хватит! Лиза болеет, и ей нужен покой — повысил голос Алексей.
— Не кричи на мать! Я не буду терпеть эту пиявку в доме! — заверещала Вера Степановна.
Алексей понял, что разговаривать с мамой бесполезно, и ушёл на кухню, помогать жене. Лиза мыла посуду, и плакала, было видно, что каждое движение даётся ей с трудом. Алексей обнял жену, и прижал к себе. Она уткнулась ему в плечо.
— Она ненавидит меня, Лёш. За что она так со мной? Я же ей ничего плохого не сделала... — всхлипнула Лиза.
— Не обращай внимания, Лиз. Она всегда была такой — успокаивал жену Алексей.
Он помог Лизе с готовкой, и они вместе приготовили ужин. Вся семья собралась за ужином.
— Всё таки не зря я учила тебя готовить сынок — сказала Вера Степановна, пробуя наваристый борщ — твоя лентяйка ведь ничего не умеет, никакого толку от нее в доме нет, только рот лишний, который кормить надо.
— Мам, я же тебя просил, хватит! — раздражённо сказал Алексей.
Лиза в сердцах швырнула ложку, встала из за стола, и быстрым шагом ушла в зал.
— Приятного аппетита! — напоследок бросила она.
— Ой, ой! Обиделась она! Это так ты болеешь, да? Симулянтка недоделанная! — крикнула ей вслед свекровь.
Вера Степановна жила у них уже месяц. После родов свекровь изъявила желание переехать к сыну с невесткой, что бы помочь с новорождённым, и по хозяйству. Однако никакой помощи от свекрови не было. Одни только указы, наставления и тыканья пальцами.
Однажды Лиза собиралась на плановый приём в больницу. Однако Вера Степановна снова устроила невестке скандал:
— И куда это ты собралась? — не предвещающим ничего хорошего тоном спросила свекровь.
— Мне к врачу надо, у меня приём плановый — ответила Лиза.
— А с детьми твоими я сидеть должна? — продолжала свой наезд Вера Степановна — я не собираюсь сидеть с твоими спиногрызами! Давай снимай пальто, и оставайся дома, я в гости собираюсь к соседке!
Лиза срочно позвонила мужу на работу, и ему пришлось отпрашиваться, что бы приехать домой, и присмотреть за детьми, пока Лиза будет у врача. Вера Степановна со спокойной душой ушла в гости к соседке.
Через три месяца Лиза полностью восстановилась после родов. Со здоровьем у неё всё более менее наладилось. Лиза даже вышла на работу, не смотря на то, что по закону у неё был декретный отпуск.
Однако вскоре семью ждало новое несчастье. Алексей сломал ногу, и на три месяца он стал нетрудоспособен. Работала только одна Лиза, и одной её зарплаты не хватало. Она была вынуждена залезть в долги, и назанимать денег у знакомых.
Кроме того, Алексею нужна была помощь, и уход. Он лежал в больнице на вытяжке, а медсестёр не хватало, поэтому по вечерам Лиза после работы шла в больницу к мужу, и весь вечер проводила там.
Всё время, пока Алексей лежал в больнице, Вера Александровна вообще забыла про то, что у неё есть сын.
Позвонила несколько раз, попричитала и на этом все. О том, что бы она хоть как то помогла своему сыну, даже речи не было.
Когда Алексея выписали из больницы, и два месяца он ходил на костылях в гипсе, свекровь ни разу даже не навестила его дома.
Вскоре Алексей полностью восстановился после травмы, и ему сняли гипс. Он вышел на работу, и они с Лизой начали потихоньку выбираться из долговой ямы.
Когда Лиза и Алексей раздали все долги, и у них снова всё стало хорошо, на горизонте снова появилась Вера Степановна. Она позвонила Лизе, и сразу же напала на неё с претензиями:
— Ты вообще в курсе, что я в больнице лежу? Почему вы с Лёшей ни разу меня не навестили?! — кричала в трубку свекровь.
— Вера Степановна, мы вообще не знали, что вы в больнице! И почему вы звоните мне, а не Лёше? — спросила Лиза.
— Лёша работает, ему некогда, а ты не уходи от ответа! Почему ни разу мне не позвонили? Мне между прочим диагноз поставили, и лечение дорогостоящее требуется — продолжала кричать в трубку свекровь.
— Ну а я тут причём? От меня то вы что хотите? — спросила Лиза.
— Как что? У тебя же квартира есть, которая тебе от бабушки досталась, срочно продавай её!
— Я не могу её продать, там квартиранты живут, и эту квартиру я хочу отдать сыну, когда он вырастет — возразила Лиза.
— Как не можешь? Ты что, не понимаешь, что я болею? Твоему сыну всего пять лет, возьмёшь ипотеку, когда он вырастет, уже выплатишь! Ты что, не понимаешь, что я богу душу могу отдать? — возмущалась свекровь.
— Я понимаю, но квартиру продавать не буду, это квартира моего сына — отрезала Лиза.
— Тогда дачу продавай! Я знаю, что тебе вместе с квартирой бабушка ещё загородную дачу оставила. Вы всё равно туда не ездите! Машину продай в конце концов! — не унималась свекровь.
— На машине я сына в садик вожу, а на дачу мы летом будем на шашлыки ездить, когда дети вырастут.
— Какие шашлыки?! Ты что, не понимаешь что я болею, и мне срочно лечение нужно? — кричала в трубку свекровь.
— Вера Степановна, а где вы были, когда Лёша в больнице со сломанной ногой лежал? Я каждый день после работы за ним ухаживала! Вы хоть раз навестили родного сына? И ещё: думаете я забыла, как вы меня гоняли, и орали на меня, когда я после вторых родов еле живая ходила? А я всё помню! Ничего я продавать не буду, выбирайтесь сами!
— Ах ты вот значит какая? Дрянь ты бессердечная, вот ты кто! Я Лёшеньке всё расскажу как ты ко мне относишься! Он сразу же уйдёт от тебя, как только узнает, что ты мать его хочешь со свету сжить! — заверещала в трубку свекровь.
— Это мы ещё посмотрим — сказала Лиза, и положила трубку.
Лизе было нисколько не жалко свекровь. Если её не станет - плакать по ней она точно не будет.
Вскоре с работы домой пришёл Алексей. Он выглядел озадаченным. Мама рассказала ему о том, что она болеет. Муж вызвал Лизу на серьёзный разговор. Алексей понимал, что жена права, и старался построить с ней разговор как можно более аккуратно.
— Лиз, это же моя мама! Я должен ей помочь — говорил Алексей.
— Так помогай Лёш! Я то тут при чём? Ты извини, но я не собираюсь продавать свою квартиру, что бы помочь твоей маме. У неё есть своя однушка, вот пусть её и продаёт — ответила Лиза.
— Ну где она тогда будет жить? Это её единственная квартира! Ты ведь понимаешь, что мы потом должны будем к себе её взять? — убеждал жену Алексей.
— Это всё будет потом. Пусть живёт у нас, если надо. Но не дай бог она скажет против меня хоть слово в моём доме - я тоже молчать не буду!
— Может всё таки продашь хотя бы дачу? Мы же всё равно туда не ездим.
— Продавать я ничего не буду, и это не обсуждается! Пусть твоя мама продаёт свою квартиру и лечится за свой счёт. Не хочу я ей помогать и всё.
Вере Степановне пришлось продать свою квартиру, и все вырученные деньги ушли на лечение. Болезнь сильно ослабила Веру Степановну, и лечение не особо помогло.
Свекровь переехала к сыну с невесткой, и стала жить у них. Она стала ненавидеть Лизу ещё больше, но слова против неё сказать у неё уже не было сил. Иногда она отпускала в адрес невестки неприятные комментарии, но она не обращала на это внимания, или ставила свекровь на место.
***