Молодой лейтенант с двумя свежими восьмиконечными звездочками на плечах растеряно стоял посреди огромного поля, по которому во всех направлениях двигались люди и техника. Жар от раскаленного бетона мгновенно прогрел тонкие лётные ботинки, а ядрёная смесь запахов сгоревшего топлива, металла, земли и травы проникла в лёгкие, заставив надсадно закашляться.
Крепкий седой мужик с короткой уставной стрижкой, в майке с неуставным принтом, в виде обнаженной девушки, и мятых затертых камуфляжных штанах, услужливо постучал его по спине своей лапищей, выбив остатки воздуха из груди.
- Добро пожаловать на Тайгу, малыш.
- Дядь Вов, вам тут папа просил… - парень суетно полез в сумку, но был остановлен.
- Всё потом. Что первым делом должен сделать офицер, прибыв к новому месту службы?
- Доложить о своем прибытии начальнику базы.
- Ну вот и дуй – это вон туда.
Вдали виднелись бетонные холмы входа на Базу.
- Да стой ты, энергичный ты наш. Пешком что ли собрался? – к ним подъехала грузовая транспортная платформа.
***
- Лейтенант Бобров Тимофей Мирославович для несения службы прибыл.
Полковник, изучающий что-то на инфопанели, поднял глаза на юношу, стоящему по стойке смирно и пожирающего начальство глазами.
- Майор Бобров?
- Так точно, мой дядя.
Полковник вздохнул. Потом крикнул куда-то в сторону приёмной.
- Володя, хорош там подслушивать – заходи уже.
- Я тут, мой генерал, - на плечо Тимофея легла тяжелая рука.
- Если увижу, что вы вдвоем выходите из медблока…
Дядя Вова смеясь выставил вперед руки.
- Ненене! Он не такой! Он хороший: невинный белый и пушистый.
- Смотрите мне! Два Боброва… Кошмар…
Тимофей ничего не понимал, видя на ржущее командование.
- Всё, вольно. Иди, лейтенант Бобров, устраивайся. Добро пожаловать в пятый десантный корпус, служи с честью и всё такое.
- Служу Союзу Восьми!
- Дядь Вов, - они шли по гулким переходам подземной базы, следуя указателям, - а про что говорил полковник?
- Да так, - заухмылялся майор, успевая здороваться с отдающими и не отдающими честь встречными и провожать взглядом всех встречающихся девушек. Некоторым даже отвешивал сальные комплименты, впрочем, к взаимной радости обоих.
Жизнь на базе кипела. Тимофей вскоре перестал пытаться запомнить все повороты и проходы и просто шел рядом с дядей, слушая его жизнерадостный трёп и отвечая на вопросы о семье и отце, которые в настоящее время, находился на станции «Китеж-3» в столичной системе. За одним из поворотов вдруг открылась обширная площадь с фонтанами, инфоэкранами и целой россыпью сверкающих вывесками магазинов, заведений общепита и разнообразными салонами услуг.
- Вот и пришли.
На пункте охраны их встретил круглолицый волосатый пузатый мужик, радостно облапивший Владимира.
- Ах ты ж старый похотливый чёрт, решил все-таки поспать в своей койке для разнообразия?
- Да я не… - Тимофей удивленно смотрел, как дядя слегка смутился, - проводил просто – заблудиться же.
- Надежда или Адриана?
Владимир мотнул головой.
- Неа. Экспериментирую. Вчера белый.
- Да ладно, - всплеснул руками мужик, - неужто???
- Ага.
- Ну ты силен, брат… - мужик с жаром пожал руку Владимиру, - завтра все в подробностях. С меня коньяк. Я вот пока только на желтом.
- Думаешь мне не страшно? Но нужно ж оттестировать самому, пока этим жёлторотикам бошки, или что похуже, не пооткручивали.
- Никто кроме нас, а?
Мужики посмеялись.
- Тимофей, отдай-ка честь старшему по званию – целый капитан перед тобой - Валерий Карапетян.
Тимофей тут же вытянулся в струнку и отдал честь.
- Лейтенант Тимофей Бобров.
- Сын?
- Никак нет, племянник.
- Только из академии к нам, - пояснил Бобров-старший. В пятый десантный.
- Ууу, - покачал головой Карапетян, - к Детишкам?
- Ага. Ничего, как-нибудь приспособится.
- Ну смотри… Хороший парень вижу, - Валерий крепко пожал руку Тимофею, - а ты его в этот гадюшник.
- Зато там эти.
- Ну это да. Все лучшее – детям.
Валерий порылся в планшете.
- Тимофей, будешь жить в секторе Альфа-2, комната А2456. Володя покажет. Отбой в 23:00 по солнечному. Баб, - Валерий строго посмотрел на невозмутимо ковыряющего носком пол Владимира, - не водить. Не успел до отбоя – ночуешь, где хочешь. Завтрак в 7. Обед в 12. Ужин в 6. Опоздал – питаешься, где хочешь. Понял?
- Так точно.
Комната была небольшой. Кровать, шкаф, инфопанель во всю стену, рабочий стол с терминалом. Просто, но до боли привычно по жизни в Академии. Дядя уже усвистал, убедившись, что племяш устроен.
Заглядывал, дядя Валера, как попросил он себя называть. Тимофей заверил, что ему все очень нравится. Капитан посоветовал не опаздывать на ужин.
Наконец, Тимофей остался один. Он лег на кровать и резко осознал: начался новый этап в его жизни.
***
Веселый утренний ветер трепал стяг Союза. От асфальта еще тянуло ночным холодом - было зябко. Но Тимофей старался проникнуться моментом и не ерзать на месте. В бескрайнем лазоревом небе парила какая-то огромная местная птица и изредка пролетали патрульные катера.
Над всем персоналом оперативной базы, построенным под первыми лучами только показавшейся над горизонтом местной звезды, звучал гимн Союза Восьми. Торжественные раскаты симфонии смолкли. Все организованно покинули площадь. Тимофей не двинулся с места, как и еще около тридцати молодых офицеров, составлявших ново сформированный пятый десантный. Кто-то прибыл уже давно, кто-то, как он – накануне, чуть не опоздав на распределение.
Над полем разносился голос полковника Синицкого. Он говорил привычные слова о правом деле, победе и новой крови, которая заставит сильнее забиться сердце борьбы. А из севших невдалеке десантных катеров стройными рядами выходили солдаты и выстраивались повзводно перед молодыми лейтенантами.
Тимофей во все глаза рассматривал десантников. Он ожидал привычных по академии и сводкам с полей боевых действий клонов класса «Вепрь-М2», или, более новых, «Вепрь-М4», которыми давали покомандовать перед самым выпуском. Но те были невысокими кряжистыми смуглыми мужчинами с длинными руками, больше похожими на первобытных людей. Эти же, разительно отличались от них. Высокие, с пропорционально сложенными телами, с незнакомым оружием в руках. Белая глухая противолазерная броня с неярким желтым огнем, пульсирующем в углублении грудной пластины, и глухие закрытые шлемы не давали рассмотреть подробностей.
Полковник тем временем спустился и прохаживался вдоль строя.
- Забудьте про «Мулов» и «Вепрей». Мы – передовая база и у нас все самое передовое. Это, - Синицкий ткнул в солдат, - наш кулак, который наконец сломает позвоночник врагу – Эльдары. Прямо с заводов Солнечной системы.
Он резким командным голосом рыкнул на построившихся солдат:
- Снять броню.
Солдаты быстрыми четко выверенными движениями сбросили с себя броню, аккуратно сложив ее рядом.
Строй ахнул, когда из-под шлемов наряду с мужскими, блеснули и девичьи глаза. Полностью нагие Эльдары, вытянулась по стойке «смирно». Только тонкая полоска на шее, где голова переходила в торс, горела желтым светом. В наступившей тишине, голос полковника звучал особенно сильно.
- Они как мы, - он остановился около шатенки и ткнул в нее пальцем, - но лучше: совершеннее, выносливее, быстрее. Они умеют обучаться. Они умеют принимать решения и проявлять инициативу. Они знают, что такое голод, холод, боль, страх – всё, что должен знать настоящий солдат, чтобы быть скальпелем в руках, а не тупой дубинкой. Подойдите ближе.
Тимофей, невольно рассматривая девушку, осмысливал услышанное – разумные клоны. Немыслимо! Неужели восстание на Аяксе ничему не научило?
- Вы, наверное, вспомнили про Аякс. И верно сделали – про это нельзя забывать. И мы не забыли. Теперь у нас есть это.
Командир ткнул в светящуюся полоску шатенки рядом с ним.
- Желтый. Абсолютное подчинение при подавлении разума. Привычный, по Вепрям, уровень управления – прямое следование конкретным приказам. Полный запрет на причинение вреда любому союзнику с меткой «свой». Та самая дубинка.
- Белый, - полоса побелела, почти слившись с кожей, а девушка напряглась и будто ожила: появилась мимика и мелкая моторика, глаза стали осмысленными. Она быстро осмотрелась по сторонам, бросила взгляд на снятую броню, очень по-человечески поежилась под сильным порывом ветра. Потом, почему-то, вопросительно посмотрела на Тимофея.
- Это основной режим управления в бою этой моделью. Вы отдаете приказ, а Эльдар выбирает самый быстрый способ его исполнения. Эмоции и чувства подавлены – идеальный обученный солдат, следующий уставу и подчиняющийся командиру.
Полковник прошелся мимо проводившей его взглядом девушки.
- Они все запоминают. Всё, что вы делаете с ними и для них, они запомнят. Будете обращаться с ними хорошо, они запомнят. Будете безразличны к ним – они запомнят. Будете с ними обращаться плохо – они тоже запомнят. Будете хорошо их учить – они станут еще сильнее. Будете лениться – они тоже станут ленивыми. Они это отражение вас. Все самое хорошее и самое плохое, что есть в вас.
- Теперь смотрите внимательно.
- Первая, ко мне. Смирно.
Девушка подошла и вытянулась. Полковник снял с пояса шокер и ткнул ей в живот. Потрещала дуга. Девушку тряхнуло, но она только пошатнулась, снова бросив вопросительный взгляд на Тимофея, которого эти взгляды пугали.
Синицкий демонстративно выставил регулятор на максимум.
Разряд. На этот раз девушка рухнула на колени, но тут же попыталась подняться.
- Напоминаю, вам бы хватило и первого разряда. Они выдерживают запредельные для нас температуры, химические и электрические воздействия.
Девушка, шатаясь, встала.
Из кобуры был извлечен бластер.
Сверкнула вспышка. В груди появилась аккуратная сквозная дырка с оплавленными краями. Взгляд девушки стал умоляющим. Тимофей физически чувствовал ее страдание, но не понимал, чего она от него хочет.
- А теперь самое главное. Красный режим. Полная свобода воли, разума, свобода в принятии решений. Сто процентов чувствительности. Теперь она человек – идеальная копия донора, с которой была клонирована. Только смертельно опасная для врага и вас, если вы, как сейчас я, с ней плохо обращались.
Полоска на шее будто налилась кровью. Девушка тут же разорвала дистанцию, став гибкой и подвижной, как шарик ртути. Бросила быстрый оценивающий взгляд на замершего Тимофея, потом быстрый, но уже цепкий и внимательный на офицера с бластером.
- Почти человек. Три года с момента активации и привязки к конкретному командиру. Ни днем больше. Запомните это.
В это время девушка, уже кружила вокруг командира, невозмутимо стоящего на месте. Внезапно, она с нечеловеческой скоростью атаковала сбоку. Тимофей инстинктивно дернулся вперед, но это было лишнее - девушка сломанной куклой лежала на бетоне, а полоска налилась глубокой темнотой. Глаза были широко распахнуты - в них навечно застыло удивление.
- В любой момент. Вы, как непосредственный командующий, командующий базой, к которой вы приписаны, или любой генерал, - спокойно прокомментировал Синицкий, указывая на тело у ног.
Он коротко отдал приказ ожидающим в стороне медикам и тело быстро унесли.
- Я вам показал худший вариант развития событий. К сожалению, уже несколько командиров довели своих подчиненных до состояния, когда их приходится вести в бой исключительно в желтом режиме. К сожалению, передать взвод другому командиру нельзя – они теперь ваши, пока не будут убиты или не умрут. Только от вас зависит, будут ли они пытаться вас убить при первой возможности, или вы сможете спокойно поворачиваться к ним спиной даже в красном режиме. У нас есть несколько таких командиров, которые в настоящее время воюют в Поясе – ничего невозможного в этом нет. Трудно, долго, но возможно. У вас на это два месяца. Потом, вы отправитесь к ним на помощь.
Синицкий посмотрел на анахроничные командирские стрелочные часы.
- Через сорок секунд у вас начнется новая жизнь.
Он развернулся и пошел к ожидавшей машине. Постоял около нее, поглядывая на строй.
Лейтенанты нерешительно топтались на месте, не зная, что делать дальше – команды «Разойтись» не прозвучало.
Подождав еще пару минут, Синицкий разочарованно покачал головой и крикнул:
- Да дайте, наконец, команду одеться – им же холодно! О чем я сейчас распинался перед вами?
Тимофей вызвал интерфейс. Он сразу заметил мигающий значок входящего запроса. «Принять командование Пятый десантный первый взвод». «Принять». Секундное головокружение и перед ним расцвел командный интерфейс и целая россыпь пылающих сообщений. Это были запросы от Первой. Сперва спокойные, потом панические. А потом просто серая иконка и статус: «Убита в бою». «Отправить запрос на пополнение взвода?». Тимофей отправил, а потом холодея сердцем, быстро удалил все сообщения.
Вернувшись из интерфейса, он увидел, что только его взвод еще стоит на ветру.
- Надеть броню.
Ему стало стыдно, что он сразу не отдал приказ, а рылся в интерфейсе. А потом стало стыдно, что он вместо мнемокоманды, использовал не самый эффективный способ - голосовое управление. Он быстро покрутил головой – не заметил ли кто его оплошность? Заметили. Рядом стоящий парень, явно издеваясь, крикнул «Телурианский бекбек». Его солдаты выполнили команду «налево» и двинулись в сторону казарм.
- Прикинь, так тоже работает.
А затем в полголоса, зло и презрительно осмотрев Тимофея, постучал по затылку пальцем:
- Головой пользуйся, дебил тупой.
Тимофей понял, что легкая жизнь его не ждет.
Транспорты улетели, а солдаты, кроме все еще стоявшего на месте первого взвода, маршем уходили в сторону полигона – новоиспеченным командирам не терпелось поиграться с новыми игрушками. Подошел дядя Вова.
- Ну как тебе?
- Урод.
- А, ты про этих… Сын премьера.
- Зачем ему это всё?
- Он тут за год получит полковника и свалит обратно на Китеж.
- Понятно.
- Дядь Вов, а их же кормить нужно? Завтрак, они, как и мы, судя по всему, пропустили.
- Молодца, - искренне обрадовался Владимир и, не удержавшись, потрепал племянника по голове, - уже начал думать.
Тимофей быстро нашел на карте базы казармы псевдолюдей, как они официально назывались, и отдал приказ выдвигаться. Потом зачем-то голосом добавил:
- Пошли поедим.
Солдаты ели биогель, будто коровы, жующие сено. «Интересно, а на белом уровне они также будут есть?» Но пробовать не решился, отложив этот эксперимент на отдаленное будущее. В животе требовательно заурчало. В офицерскую столовую его уже не пустят. Одно место было свободно – там должна была сидеть та шатенка… Он помялся, а потом решительно сел и подвинул к себе тарелку – почему бы и нет? От одной порции биогеля никто не умирал. Ему показалось, что его сосед напротив посмотрел на него с одобрением. Но, скорее всего, просто Тимофею очень бы этого хотелось.
***
Потекли длинные и насыщенные дни, наполненные событиями от утреннего развода до вечернего отбоя. Первую неделю им дали на раскачку и знакомство с подчиненными. С утра – лекции по новому интерфейсу и возможностям, а также лекции по психологии и этике. После обеда – практика, включая личное знакомство с разнообразным оружием. Никто не отменял и физподготовку. Дядя Вова, наблюдая за тяжело дышащим, мокрым как мышь, племянником, после прохождения полосы препятствий покачал головой и намекнул, что это была самая простая, «зеленая» полоса. И что даже он в свои шестьдесят проходит ее быстрее. На что Тимофей ехидно предложил показать ему мастер-класс, который под надуманным предлогом показан не был. Самому ему стыдится было нечего – полосу он хоть и медленнее норматива, но проходил уверенно, в отличие от большинства, которые не могли пройти ее до конца вовсе.
К огромному удивлению Тимофея, им за это ничего не было. Контроль посещаемости и успеваемости просто отсутствовал. Многие, знали об этом и пропускали занятия, делая только необходимый минимум, сдавая лишь обязательные символические еженедельные нормативы по физической подготовке.
Тимофей же старался, чувствуя на себе реальный взгляд дяди и виртуальный отца, с которым он обязательно говорил каждый вечер. Родина дала ему шанс стать чуть более совершенным, предоставляя все инструменты для этого: закрытые архивы документации, разнообразные курсы, тренинги, обучающие программы. И он пользовался ими всеми. По крайней мере, пытался или собирался.
Поздним вечером под насмешливыми взглядами и градом шуточек явно употребивших «деток», тусовавшихся на площади у жилых блоков, он вползал в свою комнату, валился на кровать и засыпал.
Не забывал он и про подопечных. Следуя рекомендациям, каждое утро он брал с собой взвод на пробежку, водил на приемы пищи, вечером – проведывал перед отбоем, желая спокойной ночи. Это все не считая совместных тренировок. Эльдары оставались невозмутимыми и никак не реагировали на эти правильные, по мнению Тимофея, шаги по налаживанию отношений. Но они были в желтом режиме – вроде и не должны реагировать? Вот включит белый, тогда…
Однажды он решился и перевел одного из солдат в белый режим. Что он ожидал и сам не знал. Но «оживший» просто стоял и вопросительно смотрел на командира. Ничего особо в нем не поменялось. Да и дружелюбия в его взгляде, как Тимофей не высматривал, не нашлось. Как и агрессии. Вернув желтый режим, он решил следовать плану – результат обязан быть.
- Наберись терпения, - приободрил дядя племянника, сидевшего у него в гостях, - ты, главное, не сдавайся.
- Надо мной смеются. Никто больше так с ними не возится. Знаешь, как меня зовут за спиной?
- Знаю. Кукловод.
Тимофей шумно отхлебнул чая, пряча лицо в большой кружке.
- Но я ведь делаю всё, как пишут в рекомендациях. Почему они на меня как на чужого смотрят?
- Потому что ты их хозяин и всегда будешь хозяином. Программа у них такая. Ты Синицкого больше слушай. «Командиры красные». Тьфу. Знаешь их сколько? Два. Два отбитых на всю голову маньяка. Один с ними молится каждое утро, на ночь религиозную литературу читает и разве что не с ложечки кормит, а второй уверен, что это его настоящие дети, которые погибли на Аяксе, просто выросшие. Да они эффективны, но они сумасшедшие и давно потеряли право называться «человеком».
- Но ведь ты со своими на белом уровне?
- На красном. Но я с ними через такое прошел, что никому не советую. Да и осталось то их трое… Только кто в ближнем охранении был. Три моих девочки. Всегда держи в ближнем охранении кого-то. И по уставу положено и хоть кого-то сохранишь.
Про Фрею дядя Вова говорить не любил. Самое крупное поражение сил Союза. Позорное бегство, когда пытались спасти хотя бы командный состав, бросая оружие, технику, псевдолюдей. У каждого, кто вернулся из той мясорубки, менялось лицо при упоминании планеты и сжимались кулаки.
- Они же как мы. Лежит, смотрит на тебя своими дурацкими глазами, чертова лампочка почти не светится. Я умом понимаю, что это клон, игрушка, что ему все равно жить три года, но я заправляю кишки ей в брюхо и тащу на себе в лазарет. А там крутят у виска. Дал я как-то в морду санитару, который спросил, зачем я этот мусор притащил. А он даже не понял за что.
Он громко отхлебнул из огромной кружки.
- Дождусь пополнения и в Пояс, Путейцам хвосты крутить.
Майор задумался, уперев взгляд в стену.
- Каждого помню и никогда не забуду. Каждого сам похоронил. Вот сейчас пришлют новых, не представляю, что с ними буду делать… Тебе тоже кстати должно пополнение скоро прийти. Вот сравнишь нулевого со своими как раз. Чтобы не думал, что все зря.
- Я не думаю…
- Ну ну…
Повисла пауза, нарушаемого только хрустом перемалываемых челюстями сушек. Тимофей понял, что разговор зашел куда-то не туда и лихорадочно придумывал, как сменить тему. Но его опередили.
- Как у тебя с девушками? Нашел уже кого? – дядя снова был дядей и ухмылялся во все зубы.
- А? Ну дядя… Какие девушки - тут бы до кровати доползти.
- Ну это ты зря. Девушки они это, - он покрутил пальцами в воздухе, - воодушевляют. Дают силы и желание жить.
Тимофей опустил глаза.
- Да я с ними не очень умею.
- А че там уметь та, - хихикнул дядя и энергично постучал торцом кулака по раскрытой ладони. - Или ты это, все еще, - новый характерный жест кулаком.
Тимофей покраснел.
- Неужто не хочешь?
- Хочу…
- И в чём же дело?
- Дядь Вов, отвяжись, всему своё время. Вот войну закончим, потом девушку найду…
- Потом он найдет. А ты доживешь до потом, оптимист хренов? Сколько там с Фреи вернулось? Сто тысяч? А было? Сейчас нада жить. Все у вас молодых «потом».
- Ты чего завелся та?
- Тебя жалко, балбеса, сдохнешь и не потрахаешся.
- Значит, судьба такая.
- Я тебе дам, - перед насупившимся Тимофеем нарисовался огромный кулак, - судьба. Фамилию Бобровых позоришь! Уже меня вон спрашивали, а Бобров настоящий? Почему уже всех баб не перетрахал на базе?
- Как будто ты всех перетрахал.
- Ну, всех не всех… - дядя Вова масляно улыбнулся и погладил макушку.
Потом стал серьезным.
- Приказываю, в срок до аттестации трахнуть что-угодно женского пола и предоставить доказательство.
- Но…
- А ну не возражать старшему по званию!!! – кулак грохнул по столу.
- Есть трахнуть бабу, - пробурчал Тимофей, - разрешите исполнять?
- Давай, - дядя Вова обнял приунывшего племянника уже в дверях, - дерзай. Шишку по ветру и вперед!
- Что, Владимир, молодежь учите? – рядом остановилась статная женщина в форме старшего офицера медслужбы в не по уставу короткой юбке.
- Что, Наденька, интересуетесь? Могу порекомендовать – Бобров Тимофей.
- Мммм! – она осмотрела Тимофея со всем сторон, - а ничего. Вы к нам, Тимофей, заходите в гости. С девочками моими познакомитесь. И дядю с собой берите, - она провела ноготком по груди майора, - а то он про нас забыл.
- Вы незабываемы, Наденька. Вот закроюсь у себя и как давай о вас вспоминать.
- Володя, не при детях.
- Тимош, все иди, иди.
Подпихивнув в спину застывшего Тимофея, Владимир, как акула, закружился вокруг женщины, приобнимая ее за талию.
- Ты не торопишься? Может чайку с рогаликами?
- Знаю я твои рогалики, - позволила она увлечь себя в комнату.
Дверь закрылась.
Тимофей шел по коридору и улыбался – дядя был неисправим. Когда сказали, что Владимир среди погибших на Фрее, отец сразу сказал, что это вздор, и что он знает этого кобеля, и если он и умрет, то только на очередной боевой подруге. Так что никуда не денется – вернется. И он вернулся. И сейчас угощал неведомыми рогаликами Надежду.
***
Синицкий подводя итоги первого месяца был недоволен.
- Эльдар пробегает полосу Дельта за три минуты тридцать восемь секунд. Лучший же из вас, лейтенант Бобров – за пять двадцать три. Мы не требуем равных показателей – но о каком управлении в бою может идти речь, если командир не успевает за своими солдатами? Напоминаю, что в конце месяца вы пройдете аттестацию на право управления Эльдарами.
Курсанты переглянулись.
- А вы думали, что вы можете спокойно заниматься построением личной жизни, - полковник сверкнул глазами на одну из девушек, тут же заалевшую щеками, - или проматывать содержание по барам, если вам никто не делает замечаний? Самодисциплина одна из вещей, которым вас должны были научить еще в Академии. Что ж, пусть так – Обезьянами тоже должен кто-то командовать. Надеюсь, вы поняли мой намёк.
Полковник, громко топая берцами, вышел из аудитории.
- А ну и к черту этих Эльдар. Обезьяны, как выразился гран папа, вполне боеспособны. И никаких лишних проблем с режимами, - парень, вокруг которого столпились почти все в аудитории, сидел, закинув ноги на стол.
- А я их боюсь – у них глаза страшные.
- Стефания, ты всего боишься, - засмеялся высокий парень, - даже Вепрей.
- У них руки такие длинные…
- У них не только руки длинные, - сладострастно добавила та девушка, которой сделал замечание полковник, подкрашивая полные чувственные губы, - и они очень-очень послушные.
- Это отвратительно.
- Милая, это очень здорово, - девушка закатила глаза, вспоминая.
- Бьянка, а как тебе с Эльдаром?
- Ты же сам пробовал, – она сверкнула глазами на парня, - точно знаю. В первый же день.
- Пробовал.
- И как?
- Да никак. Как будто пеноблок трахнул.
- А ты б смазки побольше налил.
- А что, пеноблок трахать со смазкой в удовольствие?
- Тогда чего спрашиваешь? Мне эта машина своей арматуриной чуть всё не разорвала. Вибратор и то лучше понимает, что мне от него нужно. С ними, наверное, только Кукловод с удовольствием трахается. Причем, исключительно на полигоне.
Все засмеялись.
Тимофей, стоявший в стороне, развернулся и вышел.
Отношения с остальными не складывались – Тимофея бесило их легкомысленное отношение к поставленным задачам. Только он и еще пятеро трудились из-всех сил, понимая, что где-то там, за голубыми небесами Тайги, идет война, которая скоро придет и на эту планету, являющуюся главным поставщиком продовольствия и сырья на остальные более развитые миры Союза.
Война. Глупая, ненужная, бессмысленная, но кровопролитная, затянувшаяся уже на тридцать лет и не собирающаяся заканчиваться. Мирные и сытые столетия освоения космоса, который казался бесконечным, закончились. Тысячи колоний осознали, что Земля далеко. Тысячи колоний создали свои армии. Сотни создали армии, не уступающие по силе Метрополии. Десятки создали флота, превосходившие по силе флот Метрополии. Начался передел сфер влияния – все против всех. Кроме Земли. Земля отвела все силы в Солнечную систему и просто наблюдала, вывесив на подходах неприступные крепости, изредка подкидывая проигрывающей стороне новые виды вооружений, не давая другим слишком усилиться. Их база, а также еще около десяти таких же, вместе с Эльдарами и новейшими плазменными винтовками, в принципах действий которых их ученые так и не смогли разобраться и скопировать – как раз и была подарком Союзу Восьми, который давно, после потери Фреи и Террановы, уже не имел право так называться...
Чтобы попасть сюда был конкурс – служить в боевых частях считалось престижным. Тем более, на Тайге, которая была на предполагаемом острие удара. Здесь базировался ударный флот Союза. Отсюда наносились ответные удары. Участие в реальных боевых действиях быстро двигало по карьерной лестнице. Двадцатипятилетние капитаны, двадцатисемилетние полковники. Естественно, сюда многие стремились.
Жесточайшие требования к курсантам отсеивали слабых - только лучшие из лучших. Самые талантливые и мотивированные. Так предполагали генералы. На практике, почти всё новое пополнение представляло из себя золотую молодежь, место которой было, в лучшем случае, на штабных должностях.
Тимофей тоже был из далеко не простой семьи потомственных военных. Но всё, чего он добился – он добился сам, как делали и его дед, и его отец. Лучший в группе, лучший в потоке. В тройке лучших выпускников. Он гордился назначением сюда без чьей-либо помощи.
Те пятеро, были похожи на него. Но, будучи из средних слоев общества, зубами держались за шанс и рвали жилы с еще большим остервенением. Но до эффективности Тимофея им не хватало привычки быть военным. А он рождён военным – по-другому быть и не могло. Они здоровались при встрече. Он с ними ел за одним столом. Но им, как и ему, было не до болтовни, дружеских пирушек и масштабных оргий, на что тратили свое время остальные.
Он шел по коридорам в сторону тренажерных залов и обдумывал услышанный разговор. Ему даже в голову не приходило рассматривать Эльдар в качестве полового партнера.
Дядя Вова, включая всю свою иронию и чувство юмора, стебал бедного Тимофея по поводу своего приказа, вгоняя того в состояние тихой ярости. После каждого такого сеанса, он обещал себе, что пойдет в медблок, пригласит, наконец, Тасю, которая проявляла к нему внимание, на свидание, а потом, через пару недель, оттрахает и гордо расскажет об этом дяде. Но всегда находились более срочные дела. Вскоре, он увидел медсестричку под ручку с механиком из второго бронекорпуса и признался себе, что фамилию Бобров он таки опозорил.
И вот он – выход. Майор явно не будет доволен, но, судя по теперь ставшими понятными, обмолвками, сам этим не брезговал. Решено. После зала... Хотя, нет. Завтра после лекций, перед отбоем, он нанесет визит кому-то из женской части взвода.
- Разденься, - дрожащим от волнения голосом приказал шепотом Тимофей одной из своих Эльдар, которых во взводе было пятеро. Своим объектом он выбрал зеленоглазую шатенку с чуть большей, чем у остальных, грудью.
Она разделась.
Тимофей покраснел до корней волос, видя прямо перед собой идеальное женское тело. Он всматривался в каждый изгиб, в каждую деталь, но не находил изъянов. Мерно вздымалась грудь с малиновыми сосками, курчавились волосы на лобке, манили гладкостью кожи крепкие ноги.
Он протянул руку дотронуться, погладить. Ощутил покалывание в кончиках пальцев от близости женского тела, почти прикоснулся… Гулко билось сердце, отдаваясь в висках каждым ударом. Отдернул руку, встретившись с ее взглядом – безразличным и пустым – взглядом куклы.
Магия прошла. Он вдруг ощутил себя рядом с манекеном из магазина. Уже без внутреннего содрогания потрогал ее кожу, погладил бедра, грудь, запустил пальцы между ног в сухую, как и говорили, щель. Приятно, интересно, но никаких эмоций не вызывало. Даже оголенный им член, до этого аж подпрыгивающий от напряжения, опал и сейчас болтался в неопределенном состоянии.
Выругавшись на себя, он вплотную подошел и прижался к ней всем телом. Потерся. Ничего. Кукла. Это совсем не тот первый раз, которого он хотел. Ему нужны отклик, эмоции, страсть в глазах, желание.
Он, не разжимая объятий, изменил режим Восьмой на белый.
Она ожила, потекла как воск, став мягкой и пластичной. Он ощутил ее и тут же снова возбудился, ощущая, как елозят ее соски по его груди. Она мягко высвободилась и отошла на шаг. Он протянул руки ее потрогать, но она отошла чуть дальше.
- Ты меня боишься?
Она не ответила – Эльдары не умели говорить. Но все понял и так по тому, с каким смешанным чувством она глянула на его торчащий член. «Насиловать будешь?» - читалось во взоре, где было любопытства пополам со страхом. А самое печальное, покорность и смирения со своей долей. Она будет спокойно стоять, как ему будет удобно, где ему будет удобно, столько, сколько ему будет удобно, когда ему будет удобно. И терпеть его. Терпеть. Терпеть.
- Извини... Я не должен был... Прости…
Он вернул желтый режим и пулей, схватив одежду, вылетел из душевой.
***
- Не могу я так, - Тимофей со злостью сжал в руках кружку, - смотрит, смотрит…
Дядя Вова ничего не сказал, да и что он мог сказать.
- Не так все должно быть. она хотела! Чтобы я чувствовал, как она, что она… - нужное слово никак не находилось.
- Тебя любит. Рыцарь платка и розы. Последний романтик.
- Без любви только мухи женятся.
- Приказ в силе.
- Но...
- А ты что, думал пришел мне нажаловаться, что не смог, и все?
- Да.
- Хрена тебе лысого. Допивай чай и дуй. Через силу, через «не могу» и «не хочу». Мне тебе что ли талончик в Красный бархат купить?
- Только попробуй!
- Ну вот и всё.
- Завтра.
Завтра превратилось в «в понедельник», а потом и в «на выходных». И вот, отгоняя позорные трусливые мысли, он снова силой тащил себя к казармам Эльдар, накачивая себя простой, но действенной фразой, которая ни раз уже ему помогала: «Ты Бобров!». На входе, погруженный в себя, он столкнулся лоб-в-лоб с зампотехом Семеном Павлович.
- Бобров, опять тебе дядя все растрепал! А я тебе сюрприз хотел сделать.
- Эээ…
- Ты же принимать пополнение идешь?
- Ааа… Да, - Тимофей рассудил, что истинные причины визита в казармы озвучивать не стоит.
- Ну и пойдем.
Он ждал пополнение, и он его дождался.
Оказалось, что её.
Когда они вошли в квартиры его взвода, навстречу им вышел, а точнее, вышла солдат в непривычной серебристой броне с голубоватыми вставками, будто чешуей облегающее явно женскую фигуру, которая была заметно ниже Эльдар его взвода. Глухой шлем собрался в воротник. Сперва, он увидел непривычно длинные платиновые волосы до плеч, ледяные синие глаза в обрамлении пушистых ресниц, изящные скулы, открытые в полуулыбке губы, обнажающие белоснежные зубы и только потом – сверкающий красным огонек на броне и рубиново-красные серьги в аккуратных ушках. Девушка приближалась обманчиво плавными движениями. Тимофей непроизвольно сделал несколько шагов назад и будто оцепенел под ее взглядом, будто мышь перед змей.
- Тимофей, включай желтый, - услышал он истеричный крик Палыча, который уже бежал к выходу из казарм, на ходу набирая что-то в планшете, - желтый, Тимофей, желтый!!! У меня интерфейс её заблокирован!!! Я ничего не могу сделать!!!
- Тиии мооо феей, - прошелестел мелодичный холодный голос в застывшем воздухе. Его горло будто сдавило тисками. В глазах потемнело, тело вознеслось в воздух, удерживаемое девичьей рукой. На грани сознания раздавались крики, топот ног. Медленно, неохотно, всплыл интерфейс. Сорок иконок вместо привычных тридцати девяти. Где твоя? Последняя. Не то. Первая. Почему первая? Желтый. Желтый. Желтый!!!
Тимофей рухнул на пол, не устояв на ногах и жадно глотал вкусный воздух. Рядом застыла серебристая фигура. На её груди успокаивающе горел желтый огонёк.
- Да откуда я знаю, почему красный был включен, - Палыч как соломенная кукла трепыхался в руках разъяренного майора, - из транспортного модуля достал, включил, зашил командира и всё. Кто ж их возит красными, всегда желтыми! Сюрприз думал сделаю. Новая модель какая-то!
- Мудак!!! Это не новая модель. Это секретная модель. И она на испытания шла в Особый!!! Нахер ты вообще туда полез!
- Володь, я ж как лучше…
- Дядь Вов, да отпусти ты его. Не виноват он. Я сам нарушил устав, не проверив командный интерфейс перед входом в казармы.
Тимофей клацнул зубами, когда его майор схватил за грудки.
- Да ты хоть понимаешь, что ты мог, что тебя, эти, - Владимир задохнулся от чувств и грозно нависал над Тимофеем, которому было почему-то совершенно не страшно, - да она б тебя на белом убила!!! У них же совсем по-другому ментальное ядро…
Он прикусил язык и заозирался, видимо, вспомнив о секретности. И дальше из него полился уже обычный словесный понос о внимательности, ответственности, что он один, и что брат ему голову оторвет и в задницу засунет. А Тимофей не слушал – он не отрываясь смотрел на замершую девушку. Почему же ему было так неприятно видеть такой – неживой, застывшей статуей с потухшими глазами и восковым лицом? «Кукла. Опять просто кукла», - подумал он и вспомнил свой дикий восторг, смешанный с ужасом, в те мгновения, показавшиеся вечностью, пока она шла к нему улыбаясь… В ушах все еще звучал её голос, отдаваясь эхом где-то внизу груди.
«Тиии мооо феей».
Дядя что-то кричал, топал, махал кулаками, потом снова гонялся за Семеном Павловичем, а Тимофей смотрел и смотрел на неё, еле сдерживая себя, чтобы не включить красный режим. И еще хоть на мгновение…
- Мда, - почесал затылок юный командир, видя, с какой непринужденной легкостью прошла всю полосу его новая подопечная, перебив рекорд полигона чуть не в два раза, - и что же мне с тобой делать.
Она, конечно ничего не сказала, а Тимофей вновь исподтишка, бросил на нее взгляд. Безумно красивая. Но пялиться в открытую, ему было безумно стыдно. И страшно. Но волнительно.
Он встряхнулся, как мокрая собака, выгоняя из головы неконструктивные мысли, от которых становились тесными брюки.
- Взвод. Приступить к прохождению четвертого полигона. Сценарий: прорыв укрепрайона. Вводные: противодействие тяжелых пулеметов до роты, поддержка артиллерии.
Он всегда дублировал голосом все команды. Сначала назло насмешникам, а потом для себя. Это позволяло быстро войти в ритм, поймать суть задачи. Обычно, оптимальное решение приходило само. Взвод уже давно работал на белом уровне, и Тимофей переводил их в желтый только перед входом в казармы и передвижению по базе, как того требовал устав.
- Сороковая. Ближнее охранение командира.
Он вздрогнул, когда она чуть кивнула. Сжало горло. Он лихорадочно проверил уровень – желтый. Еще раз посмотрел на нее – ничего необычного – стандартное поведение в режиме охраны. Настороженная поза, оружие в готовности.
- Начали, - он запустил сценарий, секунду промедлив, повернулся к ней спиной и побежал вперед, где уже сверкали всполохи лазеров. Он не слышал ее шагов, но был уверен – она следует за ним. И он улыбнулся.
Полосу прошли хорошо. Всего трое двухсотых и пятеро трехсотых при прогнозируемых потерях противника в размере минимум батальона мотопехоты и роты огневого прикрытия. Более чем хорошо. А было бы плохо, если б не Сороковая. Тимофей не ожидал, что подлые программисты добавили засаду на самом входе в руины. И все бы закончилось в самом начале, но она сработала четко и выверено, с легкостью уничтожив четверых нападавших.
- Спасибо, - сказал он ей тогда, еще не придя в себя. И опять ему показалось, что она кивнула.
«Нужно больше спать» - подумал он, продолжая просматривать отчет.
Он шел, глубоко погрузившись в мысли о только, что проигранном сценарии, где он мог выполнить задачу, лишь потеряв почти весь взвод. Единственный, где он не набирал сто возможных баллов эффективности. Он догадывался, что так было задумано, чтобы показать, что бывают обстоятельства, где нельзя избежать потерь. Но его мучала мысль, что действовать по предполагаемому шаблону неправильно, что можно сделать по-другому. Но ни одна его идея пока не сработала. Он пробовал раз за разом и только в бешенстве сжимал кулаки, раз за разом теряя взвод. Его не хватало для контроля всего поля боя. Он был один, а их тридцать девять. Ему бы помощника…
А может…
- Сороковая, а давай тебя… - он не договорил, поняв, что он забрел в жилой блок, а на него, а точнее на Сороковую, смотрят дула бластеров патруля сектора.
- Лейтенант, ты что себе позволяешь!!! – заорал сержант.
- Домой иду, – вышел из задумчивости Тимофей.
- Для кого пишется устав! Ты нахрена ее припер! Еще и в белом режиме.
Тимофей оглянулся на Сороковую, которая уже хищно осматривала пятящихся солдат своими ледяными глазами, четко почуяв угрозу ей и командиру. Костюм её уже мерцал включенным защитным полем.
- Простите, моя ошибка. Задумался. Пойдем, нам тут не рады, - Тимофей кивнул Сороковой и развернулся к выходу из блока, не глядя на собравшихся и даже не думая переводить следующую за ним девушку в желтый режим.
- Псих. Кукловод чертов, - крикнул ему вслед сержант, вытирая холодный пот со лба.
Тимофей не оборачиваясь показал неприличный жест и скрылся за поворотом.
Синицкий вместе с дядей орали на него минут двадцать, проявляя все красноречие. Тимофей, молча слушал, в это время спокойно ковырялся в разработанном плане прохождения очередной операции.
Наконец они иссякли. Он сохранил наработки и внимательно стал слушать, что будет дальше.
- Лейтенант, ты достиг непревзойденных результатов. Знаешь сколько аттестационный балл прохождения каждого из учебных сценариев?
- Шестьдесят и выше.
- А ты их на сотню сделал! У нас уже Академия требует записи прохождения. Говорят, что сто баллов только теоретически достижимы. Ты в курсе, что все новые сценарии под тебя пишутся и пройти можешь их только ты?
- Догадываюсь.
- Молодец какой, догадывается. А ты догадываешься, что тебя люди боятся? Да я тебя боюсь! Вот сейчас ты себя видел? У тебя ж глаза как у этих! – полковник залпом выпил стакан воды и грохнул им об стол.
- Проступок осознал. Больше не повториться. Разрешите идти? – спросил Тимофей холодно, когда молчание затянулось.
- Иди.
Синицкий рыкнул и полез в сейф за водкой.
Продолжение следует...
Автор: JackMcGee
Источник: https://litclubbs.ru/articles/62037-kuklovody.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: