Приближался день рождения Веры. Отмечать не планировали, позвали родственников в гости, приготовили праздничный обед, купили торт. Разложили посреди комнаты стол-книжку, накрыли и большой семьей вкусно поели. Когда гости засобирались домой, в дверь позвонили. Марина с Женей удивленно переглянулись: кто бы это мог быть, и даже карапуз, восседавший у папы на коленях вопросительно посмотрел в сторону прихожей: мол, кого там еще принесло. Свои все на месте, больше никого не ждали. Вера пошла открывать дверь. На пороге стояла Марина. Ну, не захлопывать же дверь перед ее носом, и как только адрес узнала?
- О! Привет, подруга! – Марина нагло зашла в квартиру и начала обниматься, - а я не забыла, что у тебя сегодня день рождения! Поздравляю, дорогая! Это тебе, - протягивая коробочку Вере и с любопытством заглядывая в комнату произнесла Марина.
- Проходи, - недовольно произнесла Вера, не выгонять же все-таки ее. Еще и подарок принесла.
- Да, я не на долго, - заходя в комнату произнесла Марина, вот заскочила поздравить, да посмотреть, как вы поживаете. Здравствуйте все! – с натянутой вежливостью протянула она, - ой, а вы все уже расходитесь? Я опоздала?
- У нас празднования не было, просто семейный обед, все уже расходятся. Ты пока присаживайся, - указывая на стул сказала Вера, - я провожу гостей.
Мама Веры, которая одна из первых рвалась домой сказала мужу:
- Так, ты с детьми отправляйся домой, а я помогу Верочке прибраться.
Недоброе почувствовало материнское сердце, надо дочку поддержать.
Жене тоже не понравился визит Марины, да и Вера была не в восторге!
(От автора. Эх, взять бы выгнать эту Марину, наглую, назойливую. Наше воспитание что ли не позволяет себя так вести?)
- А как ты адрес узнала? – спросила Вера, приглашая на кухню Марину.
В комнате стол сложили, посуду отнесли на кухне, мама мыла тарелки, чашки, Женя закрывшись в комнате с сыночком, укладывал его спать.
- Ну, ты подарок-то окрой, а то я выбирала, старалась, - проигнорировала вопрос Марина.
Вера аккуратно открыла красивую небольшую бархатную коробочку и ахнула, внутри была золотая цепочка плетения «Снейк» (змея). У Веры дух захватило:
- Марина, это же дорогой подарок!
- Ну, ты же моя подруга! Мне для тебя не жалко.
У Веры из всех драгоценностей и было-то только обручальное кольцо, больше ничего – ни сережек золотых, ни цепочек, браслетов. Она, конечно, понимала, что это не главное, сейчас им надо закрыть ипотеку. Подкопить денег, улучшить жилищные условия. Женя и так старается, работает, берет подработки. Вот подрастет сынок, пойдет в детский сад, она выйдет на работу, будет полегче.
- Давай я тебе помогу ее надеть, - сказала Марина, - носи и не снимай.
Вера сияла от восторга. А у ее мамы сердце было не на месте, что-то ей подсказывало: неспроста все это.
Цепочка красиво блестела от солнечных лучей, пробивавшихся в кухонное окно, она была настолько прекрасна, что Вере хотелось бесконечно ею любоваться.
- Ну, ладно, я побегу, - заторопилась Марина, - у меня еще дела есть, я же так забежала, тебя поздравить.
После ухода Марины Верина мама спросила:
- И что это было? А как она адрес узнала?
Да и вообще было много вопросов и у мамы, и у Веры. Столько лет не общались, примчалась, вспомнила про день рождения. Ну что ж теперь?
Цепочка Вере очень понравилась, она не могла налюбоваться на свое отражение в зеркале. И так встанет, и эдак – красиво! Только тяготило Веру то, что Марина вновь появилась в их жизни, не хотела она этого.
Но забегая вперед, следует отметить, что Марина не докучала своих друзей, в гости не приходила, никак не объявлялась.
Ночью Вера спала беспокойно, ей мешала цепочка, она будто мешала, давила, ее хотелось постоянно поправить, освободить шею. Вера попыталась снять цепочку, сначала через голову, но та была не настолько длинной, поэтому Вера наощупь попробовала раскрыть замочек и освободиться от цепочки, но то ли замок был нестандартный, то ли пальцы спросонья не слушались, но снять таким образом цепочку так и не удалось. Помучившись еще немного, Вера забылась в полудреме.
Утром она проснулась в ужасном состоянии, у нее болела голова, ныло все тело, а впереди был целый день: надо было заниматься ребенком, домом, приготовить мужу вкусный ужин, а также обед с собой на работу на следующий день. Кое-как собрав себя в кучу, Вера принялась за дела. Расходилась немного, но все равно чувствовала себя нездоровой.
Про цепочку она забыла, та хоть и мешала ей, но Вера списала это на то, что никогда не носила украшения на шее, пройдет время – привыкнет. Но теперь она постоянно поправляла цепь на шее, слегка оттягивая ее, освобождая место в районе ямки на шее.
Вечером Женя заметил, как Вера постоянно теребит цепь, поинтересовался:
- Мешает? Давай снимем.
- Нет, просто не привычно.
Следующую ночь Вера снова плохо спала, и снова ей мешала цепь, та будто змеей обвивала шею так, что женщине было трудно дышать. Утром она снова проснулась разбитой, состояние было еще хуже, чем вчера.
Все-таки было решено снять цепочку. Но ощущение, что на шее что-то мешается, не прошло, и Вера по привычке тянула руку, чтобы поправить цепочку, хотя та спокойно лежала в подарочной коробке.
Следующая ночь снова была неспокойной. Вера засыпала-просыпалась. На шее ничего не мешалось, но снились кошмары: в ярких вспышках появлялись искаженные лица и кричали:
- Отдай!
- Надень!
- Раздай!
- Не снимай!
И так всю ночь. Вера только заснет и тут же просыпается от одного и того же кошмара:
- Отдай!
- Надень!
- Раздай!
- Не снимай!
И следующую на следующую ночь было то же самое, и на следующую.
«Что надо было отдать и раздать? Не понятно. Надеть и не снимать? Может, цепочку?» - размышляла Вера, после стольких бессонных ночей она не могла думать адекватно, в голову лезла всякая ерунда. Мужа беспокоить не хотела, ему и так сложно: разрывается между работой и подработками, поэтому Вера ничего лучшего не придумала, как снова надеть цепочку.
«Буду поправлять ее, пока не привыкну», - так думала Вера.
Как ни странно, страшный ночной сон больше не повторялся, но ощущение дискомфорта в районе шеи никак не проходило, не могла Вера привыкнуть к Марининому подарку, но и снимать боялась, вдруг, кошмар повторится?
Хоть эти ужасные сны и не повторялись, но самочувствие Веры ухудшалось с каждым днем, голова болела постоянно, тело ныло, внешне Вера также стала меняться: появились синяки под глазами, щеки впали, кожа побледнела. Конечно, Женя все это заметил:
- Так, любимая, давай я пока откажусь от подработок, посижу с сыном, а ты сходи к врачу, проверься.
Вера и сама понимала, что происходит что-то не то с ней. Она медик, но никак не могла понять, что же с ней может такое быть? Конечно, она не врач, но тем не менее, в колледже их учили не только уколы ставить.
Сдала анализы, прошла необходимые исследования – ничего! По анализам хоть в космос отправляй!
А тем временем Вере становилось все хуже и хуже. Она уже не хлопотала по дому, ей едва хватало сил заниматься сыном.
На помощь пришли родители и младшие сестры и брат супругов. По очереди сидели с малышом. Женя взял на работе отпуск и повез Веру к платным врачам. Сбережения, которые были отложены на досрочное погашение ипотеки и на дальнейшую жизнь их семью, постепенно таяли. В платных клиниках врачи только разводили руками. А Вера уже самостоятельно передвигаться не могла.
В одном из очередных платных кабинетов врач предложил сдать какой-то дорогой анализ, который могут взять только в столице. Это была хоть и слабая, но надежда, что ситуация может хотя бы проясниться. Женя взял на работе отпуск без содержания, обычный отпуск он уже «отгулял» по больницам, оформил кредит, так как почти все сбережения уже были потрачены, и повез жену в столицу. Там уже все было договорено, Веру положили в стационар, а он снял квартиру недалеко от больницы.