Два дня назад мы были в индийском ресторане, где один старательный индус мыл стену. (В Индии ,,рестораном" называют любое место для еды, хоть дощатую будку с названием ,,King palace "). Причем, делал он это с каким-то особым возвышенным усердием, которого обычно у индусов не бывает. Обычно, если индус что-то моет, то он вяло водит тряпкой по одному и тому же месту, совершенно не думая о результате своего труда. Достаточно уже того, что он ЧТО-ТО делает.
Он повернулся к нам и спросил: ,,А вы - христиане?" ,,Нет" - ответили мы. Он говорит: ,, как же так, ведь Иисус умер за нас, за наши грехи!". Мы спросили: ,,теперь, значит, у нас нет грехов?", но у него был плохой английский и он не понял вопроса. Тогда он еще раз собрал весь свой английский и сказал: ,,Он пошел за нас на крест!"
Это был верующий. Это был индийский христианин. Для индусов религия - это действие, это образ жизни, это не просто принадлежность к чему-то. Когда индус становится христианином, он, как правило, становится пламенным христианином, пламенным проповедником Иисуса Христа. Он не согласен просто надеть на шею нательный крест и на этом успокоиться.
Верующие (христиане в данном случае) – это такие люди, которые верят, что Иисус умер за наши грехи. Что Господь послал своего Сына Единородного на распятие на Голгофской горе для того, чтобы искупить грехи всех людей. Сын у него был только один. Верующие верят в это. И веря во всё это, они получают определённую энергию, которая истекает из того источника, в который они верят. Эта энергия называется ,,благодатью". Воздействие это довольно сильное и очистительное, но получая определенное ощущение, верующие не получают мудрости.
Когда они получают благодать, то само это получение благодати является для них подтверждением того, что сказанные слова, в которые они верят, являются правдой.
К сожалению, в пакет верований православных христиан включается также верование в то, что благодать способны получать исключительно православные христиане, что абсолютно нелепо, потому что благодать это то, что является действующей силой любой религии - в индийских традициях это называется ,,абхиштана", у тибетцев это называется ,,джинлаб". Это примерно то же самое, что сказать, что кровь есть только у русских, а вот у шведов ее нет, и вместо крови у них течёт бесовское зелье.
Иногда у верующих возникают какие-то сомнения. Они идут к батюшке и говорят: ,, батюшка, я вот не пойму, если он всех спас, в чем это вообще заключается?"
Почему все до сих пор такие несчастные и злые? "
Батюшка отвечает: ,,не мудрствуй, это бесы мудрствуют в тебе, это они строят всякие козни. Это - лжемудрие".
Терзаясь этими сомнениями, он сидит, небритый, в смятенных чувствах и молится о том, чтобы Господь укрепил его веру.
Такие терзания христиане ценят очень высоко, полагая, что все остальные просто еще не доросли до них. Терзания по большей части заключаются в том, чтобы как-то вставить реальность в рамки библейского учения, а не наоборот - помочь учению объяснить реальность.
И верующий в итоге приходит к заключению, что если он слышит что-то ужасно абсурдное из своей религии, то он просто не постигает мудрости сказанного. Чем нелепее звучит сказанное, тем оно мудрее и непостижимее. То есть абсолютно вся доктрина является для верующего непреложной истиной.
Проблема верующего заключается в том, что он изо всех сил пытается приспособить мир к своему верованию, вместо того, чтобы попытаться понять природу мира с помощью своего верования. И в этом ему помогают священники. В этом проблема.
Это проблема многих русских писателей классиков. Они изо всех сил пытались втиснуть себя в религиозную доктрину, но им было тесно.
В противовес верующим существует атеист, который говорит: ,, я абсолютно честен, я абсолютно не хочу себя обманывать, я понимаю, что существует только то, что мы воспринимаем своими органами чувств, а все разговоры про посмертные существования это всего лишь утешение себя от страха смерти. Все религии - это просто утешение от своего убожества, от своей неспособности встать в полный рост и осуществлять свое человеческое предназначение".
И атеисты точно так же пламенно борются с верующими, как верующие борются с атеистами.
Поскольку атеисты не имеют благословения, благодати и совсем не знают о его существовании, то у верующих есть очевидные преимущества перед атеистами. Они видят, что атеисты слепы, поскольку не знают этого благословения.
Верующим до некоторой степени приоткрыт источник.
Для того, чтобы быть убеждённым атеистом, надо не иметь никаких духовных переживаний в своей жизни . Даже если атеист и будет их иметь, то он объяснит это повреждением мозга или галлюцинациями.
Таким был например, Зигмунд Фрейд. Поэтому он сочинил доктрину о том, что ,,люди придумали бога, чтобы загладить чувство вины за убийство вождя племени на древней стоянке".
Есть еще третья категория людей, название которой произошло от очень маленькой греческой группы философов с последователями в несколько десятков человек, которые назывались ,,агностиками". Эти агностики не подозревали, насколько популярными они окажутся в будущем.
Надо сказать , что люди, которые сейчас называют себя ,,агностиками", редко хорошо знают философию греческих агностиков, которые говорили, что ,,истину познать невозможно". Это оказалось очень привлекательным для прищуренных интеллигентов нашего времени, поскольку верующие для них кажутся слишком наивными, а атеисты в сравнении с христианами кажутся слишком грубыми и недалёкими.
Поэтому скептичный интеллигент щурится и говорит: ,,истина непознаваема". Он любит многозначительно произносить: ,,Что есть истина?" Он знает диагноз и поэтому очень доволен собой. Интересно, но он прав в том, что с помощью тех инструментов, которые есть в его распоряжении, познать реальность, действительно, нельзя.
То есть нельзя познать истину с помощью думания, с помощью чтения
разных философских книг, а также споров с другими агностиками.
Агностик ,,понял", ему ,,открылось", что и те, и другие - атеисты и верующие - являются наивными.
Положение агностиков довольно выгодное. Они могут чувствовать себя выше как верующих, так и атеистов, особо не прикладывая к этому никаких усилий. Агностики любят говорить, что ,,мысль изречённая есть ложь" из известного стихотворения Тютчева, но самым любимым их выражением являются очень глупые слова Льва Николаевича Толстого, что ,,смысл жизни заключается в её бессмыслице".
Джняни (санскр.) - ,,знающий", или ,,ригпа дзинпа" ( на тибетском языке) –тот, кто держит состояние ригпа, состояние знания. Или ,,токден" (тиб.)– тот, кто держит состояние реализации.
Джняни уже не теряется в догадках, ему не нужны разговоры, ему не нужны беседы и круглые столы. Он просто непосредственно знает природу реальности.
Джняни знают, что реальность, действительно, познать невозможно теми способами, которыми постигают просто верующие, не имеющие знания; агностики, интеллигенты и так далее. Они знают, что знание это не что-то такое, что достигается, а это то, что уже есть у вас в сознании, если из вашего сознания вычищено неведение.
Неведение – это как некая субстанция, такая мутная субстанция, которая замутняет стекло вашего сознания и не дает проявиться знанию. Поэтому джняни очищают свой ум и когда неведение стекает с ума, как мутная вода стекает с поверхности стекла,
то под ним обнаруживается знание, которое трансцендирует долгие философские рассуждения философов, мучительные поиски героев Достоевского, беседы агностиков, философов, атеистов и так далее. То есть джняни просто ЗНАЕТ, он непосредственно знает, и это его знание подобно тому, как взрослый человек смотрит на мир детей.
Если дети смотрят на мир взрослых,
то они приписывают этому миру какие-то свои собственные качества. Они думают, что сейчас взрослый делает то, сейчас он делает сё, но они приписывают ему свои качества. Так же и верующие люди приписывают Богу свои качества. Они делают Бога капризным, ревнивым, злым.
Джняни, наоборот, становится взрослым и, глядя с высоты взрослого возраста, видит, что ребенок не может постичь состояние взрослого до тех пор, пока не вырастет.
Для постижения реальности лучше было бы заменить слова ,,в чем смысл жизни" на слова ,,что такое жизнь".
Когда ты постигаешь, что такое жизнь, что есть ТО, что живёт, тогда ты постигаешь ее смысл.
Джняни - тот, который понял, как существует этот мир. С точки зрения буддизма, то, как вещи кажутся, и то, какими они являются на самом деле, не соответствует на все сто процентов. Джняни - тот, который с помощью пути, с помощью практики привел свое вИдение мира к его реальному существованию.
Джняни знают, что знание и истина – это не что-то такое, что создаётся посредством усилий философа, мыслителя или вообще какого-нибудь человека. Это то, что существует тогда, когда снято неведение.
Буддизм, вообще, не о том, чтобы создавать что-то новое, а о том, чтобы расчищать то, что мешает проявиться истине. То есть истина, с точки зрения буддизма, это не какая-то особо удачная мысль, кем-то высказанная, истина это состояние бытия тогда, когда с него сняты два покрова неведения.
Взрослению способствует Дхарма.
В учении Дзогчен есть такое выражение: ,,Дзогчен это, как быть на вершине горы". А все прочие учения – это как подниматься по одному из склонов. Если ты поднимаешься по одному из склонов, то ты можешь видеть только вниз уходящие склоны, ту сторону долины, которая внизу.
На другом склоне ты видишь только другую сторону.
А когда ты стоишь на самой вершине, то это и есть состояние Дзогчен, Великое Совершенство, которое видит все стороны во всей их полноте.
Таково состояние Джняни.
