Окончание. Начало здесь.
Рейс задерживался уже на восемь часов. За окном шел снег и рота красноармейцев. Я сидела в аэропорту имени Чехова, за столиком в баре. Бар, как и почти все на Сахалине, носил гордое имя Антона Павловича и поддерживал традиции островного сервиса. То есть - дорого и сердито. Я в принципе не помню дешевой еды в аэропортах, оно и понятно, но такого грустного сервиса как в баре "Чехов" не помню вообще никогда.
За окном двое бодрых среднеазиатов с лопатами чистили снег, не дожидаясь пока липкая масса скатается под ботинками прохожих в единый накат, который наши дворники долбят ломиками, пробивая узенькие дорожки в мерзлоте. Кроме них, культурная программа представлена была выставкой картин местных юных художников с повторяющимися сюжетами - маяк Анива, Чехов, сивучи на взморье... В углу притаилась кофейня, темная и без окон, со стульями из "Озона" неудобными даже на вид и девочкой-бариста, пребывающей в вечном статусе "онлайн".
Среди пассажиров почти совсем нет детей. Зато много мужчин, на острове масса санаториев, работающих в режиме реабилитации раненных. Они сидят кучками, чем-то закусывают, по двое выходят на улицу "подышать", и, кажется, единственные совсем не переживают из-за задержки рейса. По соседству ругается парочка молодоженов. Ругаются тихо, скучно, и даже обыденно. У них стыковочный рейс в Таиланд через Хабаровск. Теперь она боится не успеть и бурчит, отказываясь понимать, что погодные явления не входят в компетенцию супруга. Он, отвечает что-то полагающееся по случаю и вовсе ее не слушает.
И вдруг, метель утихает и оживает сонное царство. На электронном табло как в калейдоскопе меняются цифры, обозначающие время прибытия и отправления. Наконец открывается регистрация багажа и к ней тут же выстраивается километровая очередь. Откуда-то появляются галдящие детишки и пенсионерки с баулами. Все становится на свои места.
И уже через полтора часа, я дома)))