Предыдущие главы:
Глава 17. Доверчивый пассажир
Все, что хотелось, так и не было выполнено. Путешествие на мотоцикле оказалось не таким увлекательным и вскоре Максим понял, что никаких шестьсот километров пути он не преодолеет самостоятельно. Неожиданная мысль промелькнувшая в голове усталого странника была оригинальной: «А что если мне по пути заехать в город Дзержинск к своим знакомым?».
Этот город находился, как раз по трассе на Нижний Новгород и до него оставалось проехать всего чуть-чуть. «Точно, как раз и мотоцикл удастся пристроить на постой»,-подумал парень сворачивая на другую дорогу. Через пятнадцать минут он въезжал в город химиков, который находился в непосредственной близости от Нижнего Новгорода.
Вот знакомая улица и дом друга отца по армии, куда Максим приезжал всего один раз перед армией с матерью. С похорон отца Максима прошло десять лет, но дядя Сережа, так звали друга отца всегда был рад такой встрече. Вот и сейчас позвонив в звонок, через секунду дверь открыл мужчина после сорока с седыми висками.
«Максимка, какая радость, заходи!»,-радостно засуетился хозяин дома приглашая посетителя войти в квартиру. «Дядя Сережа, мне бы мотоцикл свой пристроить на постой»,-проговорил Максим указывая рукой в сторону окна.
«Да не вопрос, сейчас пойдем и поставим твой мотоцикл в мой гараж, а потом вернемся»,- прозвучали слова друга отца. Включив зажигание Максим резко нажал вниз на кик-стартер и мотоцикл взревев заработал. «Поехали дядя Сережа»,-указывая на сиденье за собой проговорил парень. «А как-же без шлема-то поедем, вдруг гаишники остановят?»-засомневался дядя Сережа, садится ему на мотоцикл или нет.
«А мы дворами, дворами и как-нибудь доедем»,-смело проговорил парень, хотя вариант встречи с гаишниками был реальным. Видимо фортуна не покидала парня и двое путников благополучно добрались до гаража дяди Сережи, где и был оставлен мотоцикл.
На прощание Максим нежно погладил рукой бордовый бензобак мотоцикла и бегло смахнув набежавшую слезу вышел из кирпичного гаража. Когда он опять увидит свой мотоцикл было неизвестно. Разговаривая о том, о сем с другом отца они беззаботно шли по тротуару большого и красивого города, одновременно наслаждаясь солнечными лучами теплого лета.
«Дядя Сережа, у меня сейчас небольшие трудности и мне нужно оставить свой мотоцикл надолго»,-начал первым серьезный разговор Максим не вдаваясь в суть последних событий. Почувствовав, что парень, что-то не договаривает мужчина сам перевел разговор на другую тему и только утвердительно кивнув головой давая понять собеседнику, чтобы тот не волновался по этому вопросу.
«Света, мы пришли, накрывай на стол»,-открывая ключом дверь и входя в квартиру крикнул из коридора дядя Сережа свой жене. Еще не старая женщина с приятной улыбкой и чуть оплывшей от возраста фигурой в цветастом переднике засуетилась в кухне у плиты, давая мужчинам время помыть с улицы руки.
«У-у-у, какой запах»,-не выдержав от набежавших эмоций прошептал Максим, наблюдая, как женщина большим половником наливает в глубокую тарелку наваристый, бордовый, домашний борщ. Именно домашней еды ему сейчас и не хватало и быстро схватив столовую ложку со стола он с аппетитом принялся поглощать первое.
Максим не замечал вопросительных взглядов хозяев, которые, как завороженные уставились на усталого путника поглощавшего борщ. Парень за две минуты уговорил тарелку с первым. Ну ты красавец, я так ел в пору своей службы в армии!
Потирая руки от удовольствия Максим голодными глазами посмотрев на Светлану Игоревну казалось спрашивал: «А что у нас будет на второе?». Все- таки второй день в пути и еда была только жареный на костре хлеб сказались на аппетите.
Накладывая в тарелку парня жареную картошку хозяйка специально положила самый большой кусок вареного мяса, объективно полагая, что такой подход к молодому человеку будет правильным. Живот неумолимо стало распирать от поглощенной пищи, а голодные глаза Максима все требовали еды.
Расстегнув поясной ремень на джинсах он продолжил чревоугодие уже не замечая жалостливых взглядов хозяев квартиры. Наконец, тарелка со вторым блюдом была очищена от еды и только тогда Максим устало вздохнул. «Фу, как я нажрался»,-чуть не вырвалось у него из-рта, но он вовремя спохватился и только вежливо поблагодарил хозяйку за обед.
«Теперь бы поспать в мягкой кровати и совсем хорошо»,-подумал он тяжело вставая из-за стола. «Может приляжешь, отдохнешь с дороги в комнате сына?»,-как-будто услышав его желание проговорил Сергей Михайлович. «Да!»,-чуть не крикнул Максим, но вместо этого только вежливо кивнул головой.
Вечером он хотел взять билет на проходящий поезд до Красноярска, где будет чувствовать себя более спокойно, а пока, здоровый сон взял верх над уставшим телом. Провожая поздно вечером Максима на перроне Сергей Михайлович не догадывался, что за парнем уже идет охота правоохранительных органов.
Но местные милиционеры не торопились проверять документы у мужчин подходящих под описание, а больше сосредоточили свое внимание на подвыпивших гражданах и Максим юркнув в свой вагон устроился на верхней полке. Через пару минут проходящий поезд Москва-Красноярск тронулся, увозя бывшего дезертира к далекой деревне в Красноярском крае откуда была родом Марина Ивановна. Ночь в купейном вагоне прошла тяжело, периодически Максим впадал то в сон, то просыпался от храпа соседей и только к утру этот кошмар закончился.
«Кому чай, кофе?»,-раздались крики проводницы предлагающей пассажирам утренний завтрак. В дорогу Светлана Игоревна положила Максиму несколько пирожков с капустой и мясом, и теперь требовался чай. «Мне чай пожалуйста», -как можно вежливее обратился он к средних лет светловолосой проводнице в фирменной одежде. Кивнув пассажиру головой в знак понимания женщина удалилась дальше по вагону предлагая утренний чай и кофе, а Максим решил умыться.
Попросив семейную пару приглядеть за его вещами он собрался в туалет. Взяв вафельное полотенце с полки он весело насвистывая модную мелодию иностранного исполнителя двинулся в сторону туалета. «Не свисти, а то денег не будет»,-внезапно пронеслось у него в голове, но он не придал этому значения и продолжил свой путь.
Постояв в очереди и пропустив вперед одну молоденькую, симпатичную девушку в короткой мини-юбке он наконец зашел в туалет. Умывшись и совершив весь моцион, который он запланировал Максим вышел из кабины туалета и в приподнятом настроении двинулся к своему купе. Открыв дверь своего третьего купе он слегка удивился, еще не думая о худшем. Странно, двое его пассажиров, молодые муж с женой теперь отсутствовали.
Что-то нехорошее закралось в душу солдата и он по инерции полез на вторую полку, где лежал в отсеке для вещей его брезентовый мешок из-под туристической палатки. Мешок был открыт и было видно, что в нем порылись неизвестные.
Паника охватила парня и проверяя карманы своей мотоциклетной куртки он обнаружил, что все его деньги исчезли! Слава Богу, но воры не взяли его паспорт и водительское удостоверение видимо посчитав, что таким образом «запалятся» с этими документами.
Что делать, идти к проводнице или не идти? Заявлять о краже или нет? Пока Максим размышлял над своим положением, поезд замедлил ход и остановился на маленькой станции. Выглянув в окно парень увидел своих недавних знакомых, молодую пару, которые быстрым шагом спешили покинуть перрон.
«Вот суки, обнесли!»,-в сердцах выругался он, но бежать за ними было поздно, потому что через мгновение поезд тронулся с места увозя дальше московского ротозея. Заявлять о краже было опасно, потому что его сразу проверят по ориентировке и махнув устало рукой Максим принял это событие, как наказание за свою доверчивость к незнакомым людям.
Малая часть денег все-же оставалась в кармане его джинсов и он пересчитав наличность грустно констатировал, что денег осталось тридцать два рубля двадцать копеек. Впереди было два дня пути.
Глава 18. Соломенная невеста
Два года прошло, как одно мгновение и подруга Максима Кострова так жалостливо провожавшая парня в армию, готовилась выйти замуж. Свадьба была намечена на август и теперь приятные хлопоты полностью завладели бывшей невестой солдата.
От Максима не было вестей целых два года и уже отчаявшись ждать парня, вдруг подвернулся добрый и красивый парень, старше ее на два года. Константин Строков весной 1985 года только пришел из армии, отслужив свои положенные два года, весь такой красивый и мужественный.
Буквально сразу же появившись вечером на танцах, в местном клубе их маленького поселка в своей дембельской форме, он очаровал всех девчонок. На его стройной фигуре атлета, как на манекене, отлично подогнанная форма дарила противоположному полу все прелести молодого мужчины и Светка увидев его дрогнула.
Лицо некогда горячо любимого Максима Кострова стало постепенно расплываться в памяти девушки. И хотя Максим был первым мужчиной в ее жизни, то теперь это важное событие трактовалось, как необходимость своего времени.
Вспоминая события двухгодичной давности она, как верная подруга, каждые несколько дней посылала Максиму письма в учебное подразделение, пока не пришло тревожное сообщение из военкомата, что рядовой Максим Костров дезертировал из части. Это событие произошло через месяц после того, как парня забрали в армию.
Она прекрасно помнила этот день, когда к ней домой пришла заплаканная мама солдата и рассказала, что сегодня ее вызывали в милицию по поводу убежавшего из армии сына. И тогда Света почувствовала себя, как-будто на нее вылили ушат помоев.
«Как-же быть, как ждать из армии любимого человека если он дезертир?» - крутились черные мысли в голове молодой женщины.
Не доверяя на первых порах милиции и военкомату, она старалась гнать эти мысли думая, что все изменится, а люди из военкомата расскажут совсем другое. Но прошли месяцы и ничего не менялось, Максим Костров, как был дезертир сбежавший из части так и остался им. И только тогда ее стали посещать мысли, что может напрасно она ждет его из армии и пора подумать о себе?
Большинство знакомых подружек сразу же после наступления совершеннолетия повыскакивали замуж, а она все сидела дома и ждала своего единственного? Прошло два года после проводов Максима и Светка решилась на новые отношения. Включив все свое женское обаяние, она решительно подошла к дембелю первой, когда объявили белый танец, где девушки приглашают кавалеров.
Обогнав по пути к кавалеру двух потенциальных соперниц, Светка смело взяв Константина за руку потянула его в круг танцевального зала.
«Теперь, все зависит от нее и она просто обязана завоевать парня!» - решила про себя молодая женщина не задумываясь о цене, которой должна за это расплатиться.
Пригласив парня еще раз на белый танец, к жгучей ненависти рядом стоящих молодых особ, Светка притянула дембеля. А теперь уже он сам стал приглашать ее танцевать. «Все милок, теперь ты мой и от меня тебе не уйти!» - злорадно посматривая на соперниц, подумала Света.
И действительно, их роман стал развиваться с неумолимой быстротой, когда Константин вызвался проводить ее до дома. Тогда она решила усилить свое влияние на парня и дать ему то, что он хочет. А что хочет изголодавшийся мужчина, который два года служил Родине и не видел женщин? Правильно, секса и нисколько не страдая, что о ней подумает мужчина, она решила идти во банк.
«Женский возраст короткий и правильно сделанный поступок решает всю твою дальнейшую жизнь»,- подумала Света, приглашая парня к себе на чай.
Родители девушки уехали в деревню к родственникам, что находилась за их поселком с ночевкой и она не волнуясь, что они приедут.
Отпивая свежезаваренный чай приготовленный хитрой женщиной, Константин разомлел от домашней обстановки, которой был лишен два года.
А затем, проходя мимо мужчины в очередной раз она, как бы нечаянно задела его своим бедром.
«Ой, я тебя не сильно задела?» - ласково поглаживая грудь мужчины, которое место было нечаянно задето, с придыханием проговорила женщина.
От такого обольщения лицо парня резко покрылось потом и он притянув Светку за талию, посадил к себе на колени.
Далее, затяжной, страстный поцелуй изголодавшегося по женскому телу мужчины разделил вечер по обольщению на до и после. Целуя в засос хозяйку квартиры, рука парня смело переместилась на уровень ее высокой груди облаченной в кружевной черный лифчик.
Смиренно, как корова на дойке, женщина терпела грубые ухаживания дембеля, соображая про себя сколько еще времени пройдет прежде, чем он потащит ее в постель. Порядка десяти минут потребовалось мужчине, чтобы распалиться для дальнейших действий. Резко подбросив женщину на своих руках, Костя потащил ее в спальню.
Может ему просто повезло, но удачно выбрав из трех комнат именно спальню девушки, он нежно положил ее на кровать и страстно стал раздевать. Помогая Константину раздеть себя, она вдруг, как мыло выскользнула из его потных рук и побежала в ванную комнату под душ.
«Я скоро!» - на ходу прокричала Светка, убегая быстрой ланью в ванную комнату принять душ, иначе потное женское тело может сорвать все планы по обольщению мужчины.
И уже через пять минут она грациозно вошла в спальню, где лежал на кровати Константин совсем голая и благоухающая приятными ароматами.
Теперь, она была готова к продолжению своего хитроумного плана по завоеванию дембеля. Кровожадным и диким зверем, мужчина накинулся на свою добычу, ощущая под собой всю плоть женщины. И теперь только бешеный ритм мужчины, который двигал своим тазом взад-вперед и страстные стоны Светки, отзывались в тишине комнаты. «А-а-а!» - вдруг резко простонал парень подняв голову вверх, наслаждаясь моментом наступившего экстаза. И одновременно Светка изогнулась под ним в своем оргазме.
Оргазм накрыл одновременно двух людей, внезапно отпирая двери к зачатию ребенка. Полежав на кровати еще полчаса, дембель скопив силы вошел в Светку еще раз, одарив женщину дополнительным набором своих хромосом.
Так оно и случилось в дальнейшем, когда через полтора месяца встреч с Константином и жаркого секса два раза в неделю, Светка объявила ему, что беременна от него и у них будет ребенок. Таким образом не давая шансов мужчине на иное решение вопроса.
Строкову ничего не оставалось, как сделать официальное предложение Светке выйти за него замуж, на что женщина ответила решительным - Я согласна! Теперь Светка готовилась к свадьбе, ощущая себя счастливой и беременной!
Глава 19. Поручик Лейб-Гвардии
Проснувшись с первыми лучами солнца старец, как и много лет назад, все также потянулся на своей кровати, разминая закостеневшие суставы. Это была своеобразная, маленькая зарядка, чтобы встать с кровати и уже принять этот день во всей его красе.
Сегодня ему снился сон, как он совсем молодой выпускник военного училища, в белом кителе с золотыми погонами, гуляет по городу на Неве. Рядом проходят красивые дамы с летними зонтиками в нарядных легких платьях. На плечах Николая Осокина, выпускника Владимирского пехотного училища располагавшегося в Красном Селе под Санкт-Петербургом, погоны подпоручика. Шел июнь 1914 года.
Тогда, поступив в военное училище и став юнкером, он ждал этого момента, когда сможет пройтись по набережной реки Невы в красивом белом кителе подпоручика и все молодые особы будут с уважением и лаской смотреть на него. Рядом с женщинами и девицами шли их кавалеры в светлых костюмах с тросточками в руке.
Одну руку мужчины предлагают своим дамам, а в другой руке изящная трость слабо отстукивает по мостовой тихую песню. Белые ночи города дарили горожанам эйфорию праздника еще не омраченного наступлением войны с Германией.
Казалось, что теперь ничто не может омрачить всеобщей радости горожан от лета, солнца и любви. До объявления войны с Германией оставался месяц, а пока у выпускника военного училища Николая Федоровича Осокина был отпуск, перед тем, как прибыть в свою часть.
Не задумываясь о своих годах, старик легко встав с деревянной кровати сделанной его руками много лет назад из сосновых досок, не спеша шлепая босыми ногами по широким доскам пола, направился в сени. В медном умывальнике висевшем на стене вода была прохладная и чистая, как и всегда, потому что она была настоящая.
Эту воду старец всегда перекрестившись перед родником, набирал в два больших деревянных ведра. Вот и сейчас, одно ведро стоящее на лавке в сенях дома было наполовину пустое, а второе пошло на приготовление ужина. «У-х, хорошо-то как!» - умываясь родниковой водой вскрикнул старец, проводя морщинистыми руками по щекам. В комнате дома проснувшись, завозился на широкой русской печи его новый постоялец.
Этого широкоскулого мужика примерно 35 лет на вид, он нашел в тайге, когда промышлял охотой на зайцев. Бодро утаптывая глубокий снег своими широкими, короткими лыжами охотника, он увидел небольшой холмик из которого торчала рука.
Сначала подумав, что он наткнулся на труп человека, которые иногда встречались в тайге, старец ткнул стволом винтовки в лежащее тело. Но внезапно произошло слабое движение в сугробе.
«Слава тебе Господи, живой!» - перекрестившись двумя пальцами по старой вере, прошептал Николай и стал быстро разгребать снег. Его взору предстал лежащий худой человек с широкими скулами, где на лице маленькими черными бусинками горели глаза. На тело замерзающего странника была надета черная ватная фуфайка с белой нашивкой на левой стороне груди и такие же черные, легкие штаны.
На белой полоске пришитой к фуфайке был выведен черный трафаретный номер Н- 24785. «Что ты будешь делать, опять уголовник попался!» - в сердцах проговорил старец Николай, но все же продолжил откапывать каторжанина.
Данное событие было не рядовым для Николая Осокина и поэтому часто в их краях встречались уголовники бежавшие из мест заключения. Нарезав своим широким, охотничьим ножом толстых еловых веток, он смастерил волокуши и положив на них странника, потянул за собой.
Часто останавливаясь, чтобы отдышаться, старец вновь продолжал свой путь и через два часа хода, они остановились у дома отшельника. «Слушай меня! Тащить тебя на себе я не смогу по возрасту, поэтому ползи сам в дом и устраивайся на печке»,-произнес он уголовнику, который пришел в себя и теперь трясся от холода.
Откинув массивный, деревянный запор на входной двери дома, он открыл ее настежь, приглашая внутрь дома беглого каторжанина и сам вошел в сени. Медленно, ползком, уголовник пополз в дом старца на негнущихся от холода ногах. Так, зимой 1984 года Николай Осокин, бывший поручик лейб-гвардии оставил у себя очередного каторжанина.
Хотя он и не любил такие эпизоды, но вспоминая свою отсидку на зоне в Красноярском крае после войны, философски относился к теме помощи ближнему. Этот уголовник был у него не первый и похоже не последний, кому он помогал встать на ноги и затем после лечения указывал на дверь.
Также, как и когда-то ему помог монах-отшельник, когда он замерзал в тайге после группового побега из зоны в 1949 году. Теперь и он отдавал свой долг. Вспоминая события своей жизни в 1916 году, Николай часто крепким словом материл генералов, которые бросили их на произвол судьбы в Брусиловском прорыве.
Тогда, опьяненные боевым успехом солдаты и офицеры его 9-ой армии все лето 1916 года громили врага и батальонами брали в плен солдат неприятеля. Получив за этот прорыв чин поручика и георгиевский крест, Николай Осокин был полон решимости продолжать натиск.
Продвинувшись на сто километров вглубь территории неприятеля, они ждали помощи, а ее все не было. Вскоре, получив ранение в руку при очередной стычке с австрийцами под Вильно, он попал в плен. Империалистическая война для поручика Осокина закончилась пленом и моральным унижением, которое он никогда уже не забыл. Вернувшись в свой дом в Красноярске летом 1917 года, Николай занялся живописью. Еще с юного возраста его мама урожденная дворянка Кислицина, прививала сыну любовь к прекрасному, а именно к живописи.
Тогда перед войной, пока Николай не поступил в военное училище в Красном Селе, они проживали всей семьей в их большом, двухэтажном доме в самом центре Красноярска. Отец, Федор Макарович Осокин, был уважаемым человеком в городе, потому что возглавлял городское собрание, а мама Елизавета Степановна - домохозяйка.
Поручик хотел таким образом отвлечься и забыть весь кошмар империалистической войны, когда тысячами гибли вокруг него люди, как наши солдаты так и немцы. Но благим делам не суждено было сбыться и через год пылая ненавистью к большевикам, Осокин примкнул к войскам Колчака. Наступление, штыковая атака, засада, отступление, окопы и снова наступление. Все смешалось в этом кошмаре войны. И везде только смерть и трупы. «Кровь, пот и грязь,вот, что такое война»,- любил говорить своим постояльцам старец, когда судьба приводила к его дому очередного странника.
В сентябре 1919 года на очередной маленькой станции по пути в Иркутск, он решил для себя, все, хватит воевать! А далее следовал поступок, который навсегда поставил крест на его чести офицера. Будучи начальником караула поезда, он со своим приятелем прапорщиком Никодимовым, проверяя службу постовых, вскрыл вагон и набил два брезентовых мешка золотыми монетами.
Бегство двух офицеров в тайгу было решительным и стремительным. А пока часовой соображал, что делать, они были уже далеко.
Глава 20. Дочь царского офицера
В очередной раз охранник у двери камеры стал бренчать связкой ключей, чтобы открыть дверь. «Значит опять меня на допрос к этому молодому следователю с денежной фамилией Рублев»,- устало подумала женщина, вставая с нар. «Горшкова, выходим, руки за спину, лицом к стене»,- стандартно начал командовать охранник в коридоре следственного изолятора, выводя арестанта.
Сегодня был десятый допрос с момента ее «посадки» в следственный изолятор. «Интересно, смог Максим проскочить милицейские кордоны и доехать до Красноярска?» - размышляла она, вспоминая их прощальный разговор в коридоре. Тогда, быстро написав на листочке бумаги адрес глухой деревни под Красноярском, она не предполагала, что путник встретится с одним из ее потерянных родственников.
Сама деревня из которой она была родом была в шестидесяти километрах от города, но добираться туда нужно было на двух перекладных. Сначала проехать несколько железнодорожных станций на загородной электричке, а потом в районном центре сесть на рейсовый автобус ПАЗ и далее ехать час по разбитой, грунтовой дороге.
Ее глухая деревня была одним из мест, где в середине прошлого века осели староверы со своими семьями. Построив дома в тайге возле реки и наладив быт, староверы стали разводить скот и сеять пшеницу. Все это происходило постепенно и с чувством радости, что наконец-то здесь староверы обрели свою землю и никто не может им приказывать, как креститься и какие псалмы читать.
В одной из таких семей перед войной родилась девочка, которую назвали Машей. Отца своего она совсем не помнила, потому что он пропал до ее рождения. А так как ее мама, Прасковья Тихоновна Сашина была красивой, работящей женщиной, уже через год она вышла замуж за мужчину из своей деревни.
Так, у девочки Маши появился другой отец, который и вырастил ее, а про настоящего отца, как она не старалась став взрослой и закончив среднюю школу, что-то узнать про него, мама ничего ей не рассказывала.
Жизнь в деревне на ее взгляд была тихой, спокойной и скучной. Староверы не курили, не пили водку и вообще вели скромный образ жизни, постоянно работая на своих огородах или собирая в тайге кедровые орехи. А юной Маше хотелось веселья и радости, встречаться с молодыми людьми и вообще жить по-другому.
Но такую жизнь не могла дать глухая деревня, где была одна перспектива выйти замуж за своего деревенского из числа опять же староверов. И наконец закончив школу в районном центре, куда она каждый день в любую погоду шла напрямик через тайгу, она стала задумываться о дальнейшей жизни.
Город Москва манила ее своим волшебным миром известных людей, режиссеров, больших и высоких домов, а также множеством институтов. Закончив среднюю школу, она получила аттестат с отличными оценками и это вдохновило ее на мысль о побеге в Москву. И вскоре, Маша решилась убежать от родителей и поехать поступать в институт в Москве.
Украдкой собрав свой небольшой деревянный чемодан, она спрятала его в тайге и в очередной раз сказав матери, что пойдет в районный центр за продуктами, сбежала. Купить билет на поезд было делом секунд и вот уже она сидит на деревянной скамейке в общем вагоне, а вокруг нее такие же молодые люди из глубинки, которые ехали в Москву.
«Как же здесь красиво!» - внезапно сорвались слова с губ молодой девушки, когда выходя из вагона прибывшего поезда Красноярск-Москва, в первый раз увидела большой город.
Павелецкий вокзал встретил прибывших пассажиров из глубинки суетой и великолепием залов. Но самым потрясающим было Московское метро, которое буквально сразило девушку наповал. Войдя в фойе метро, она, к улыбкам проходящих людей, как истукан остановилась и открыв рот стала смотреть на красивый потолок и стены. Через секунду очнувшись от гипноза метро, Маша подошла к кассе и попросила разменять ей мелочь по пять копеек. Самым трудным для нее было в метро, в каком направлении и куда ехать по намеченному адресу института легкой промышленности, куда она мечтала поступить учиться.
Как баран на новые ворота, она уставилась на схему метро и пыталась сообразить, куда ехать. Через минуту за ее спиной раздался приятный мужской баритон: « Девушка, Вам помочь найти станцию метро?»
Оглянувшись, она увидела высокого, атлетически сложенного молодого мужчину, который был по виду на несколько лет старше ее. Брюнет с улыбкой артиста так поразил молодую девушку, что она сразу же «втюрилась» в него, как тогда говорили молодые люди.
Хлопая ресницами и глядя восторженными глазами на своего героя, который захотел ей помочь, она влюбилась в него, как кошка, еще не понимая во что вляпалась. Но все это прозрение придет намного позже, когда поступив в институт легкой промышленности она продолжая встречаться со своим избранником внезапно поймет, что беременна и что он, вор!
Религиозное воспитание и любовь к своему мужчине не позволят ей избавится от нежелательной беременности и проплакав целую неделю, Маша уйдет из института навсегда по требованию своего мужа. А дальше, как в сказке - чем дальше, тем страшнее.
Маленький ребенок, воровские друзья мужа, постоянные пьяные кутежи воровской братии, сделали из милой и хрупкой девушки жесткого и расчетливого человека, женой вора в законе. Года «отсидки» мужа чередовались с годами на воле, когда он снова занимался воровскими делами.
И только ее единственный сын Сергей был отдушиной в жизни, который был похож на мать, как внешне так и в душе. Непонятно как, но сын совсем не перенял себе черт характера отца и тот часто обидно называл его слюнтяем. Когда сын был еще школьником, из мест заключения пришло письмо извещавшее, что ее муж Павел Владимирович Горшков был зарезан другим заключенным и похоронен на кладбище рядом с зоной.
Проплакав день, она оделась и пошла к одному из друзей мужа, такому же уголовнику с просьбой дать работу. Нужно было поднимать сына и она была согласна на любую работу, даже криминальную. Так Марина Ивановна Горшкова стала заниматься подпольным производством по пошиву джинсов в Москве.
Время шло и эта работа стала ее проклятием. Сын рос физически крепким юношей, занимаясь в разных секциях, готовя себя к армии. Сергей решил для себя пойти в армию и стать настоящим мужчиной, еще не зная, что судьба приготовила ему тяжелое испытание.
А пока, Марина занималась своими подпольными делами, на ее адрес пришло письмо из ее деревни от родственников, которые сообщали о тяжелой болезни матери. Быстро собравшись, она села в самолет и улетела на родину, повидать маму.
Вот здесь, перед кроватью умирающей матери, Маша узнала правду о своем отце. «Мы познакомились с твоим отцом перед войной, когда он приехал с друзьями охотиться в наши края из Красноярска, где тогда проживал. Остановившись на постой в нашем доме, он с двумя друзьями три дня гостил в наших краях, приходя только на ночлег после охоты. Высокий и красивый мужчина с офицерской осанкой сразу же покорил мое сердце. Он также стал оказывать мне знаки внимания, но делал это очень изобретательно, не то, что наши деревенские увальни. И на второй вечер гуляя с ним по тайге, наши сердца соединились. Уехав в город, он сказал на прощание, что приедет вскоре за мной и мы поженимся, но так и не приехал», - начала рассказывать мама.
«Через девять месяцев родилась ты и я вскоре вышла замуж за нашего деревенского парня, который с детства был влюблен в меня»,- тихо проговорила мама и по ее щеке пробежала одинокая слеза.
Твой настоящий отец, Николай Федорович Осокин, мало рассказывал о себе, только то, что сейчас живет в Красноярске в центре города и что закончил военное училище в 1914 году в чине подпоручика и воевал с немцами, был в плену у них. Теперь работает в краеведческом музее Красноярска реставратором.
«Так вот значит, кто мой отец - дворянин!» - вслух произнесла Марина Ивановна, держа за руку маму.
С тяжелым чувством возвращаясь в Красноярск из деревни после похорон матери, Маша постоянно думала о пропавшем отце, еще не зная, что он находится неподалеку.
Продолжение:
Предыдущая часть: