Пройдя за ним, Наталья с показной небрежностью плюхнулась на диван. Мягкая обивка приятно подалась под её весом, будто подстраиваясь под её тело. Она уселась удобнее, подтянула одну ногу под себя и взглянула на Макса, явно ожидая его реакции.
Максим мельком посмотрел на неё, и уголки его губ чуть дрогнули в улыбке. Теперь, когда Наталья была под защитой корабля, он наконец мог позволить себе немного расслабиться. Её присутствие здесь исключало риск, что кто-то сможет до неё добраться. Оставалось лишь дождаться подходящего момента, чтобы окончательно решить, как поступить дальше.
Наталья, тем временем, осознала, насколько её тело расслабилось. Корабль, его обстановка, даже присутствие Макса дарили ощущение безопасности.
Его взгляд был тёплым, но в то же время цепким, словно он видел гораздо больше, чем говорил.
— Удобно? — вдруг спросил он.
— Ещё как, — Наталья чуть приподняла бровь, устраиваясь ещё свободнее. Она бросила беглый взгляд на потолок. — Так вот он какой, твой дом.
Наталья расслабилась, откинувшись на мягкую спинку дивана. Казалось, корабль уже принял её, и впервые за долгое время она почувствовала себя частью чего-то большего.
Она хотела было задать ещё пару вопросов, но Макс резко сменил тон, демонстрируя свою занятость:
— Всё, располагайся. У меня сейчас сеанс связи с начальством.
Словно подтверждая свои слова, он развернулся и вернулся в рубку.
Внезапно в тишине раздался мелодичный звон колокольчика.
— Еда готова, можно есть! — произнёс незнакомый голос.
Наталья замерла, растерянно оглядываясь, пытаясь понять, откуда исходил звук. В её глазах отразилось лёгкое замешательство.
— Где? — спросила она, разглядывая кухню, утопленную в борту корабля.
Коридор, тянущийся от носа к корме, разделял это пространство на две части — кухню с одной стороны и кают-компанию с другой, создавая ощущение единого, открытого пространства. Кухня выглядела скромно и аккуратно, она была спроектирована так, чтобы не загораживать проход, при этом служа исключительно практическим целям. Гладкие поверхности и минималистичное оборудование придавали этому уголку строгость и функциональность.
В отличие от кухни, кают-компания казалась просторной: вокруг большого стола полукругом располагался уютный диван, создавая атмосферу комфорта и уюта. Свет, льющийся из незаметных источников, придавал помещению особую теплоту.
Наталья поднялась с дивана и подошла к столу. Её взгляд привлекла блестящая металлическая поверхность, на которой возникла тарелка с горячим блюдом. Появление было таким плавным, что напоминало магию, но Наталья знала — это всего лишь одна из загадочных технологий корабля. Тёплый пар поднимался от тарелки, наполняя воздух аппетитным ароматом, отчего у неё заурчало в животе.
— А что это? Как называется? — спросила она, осторожно понюхав блюдо.
— Суп, — прозвучал спокойный голос.
— Кто всё время говорит? — удивлённо спросила Наталья.
— Искусственный интеллект корабля, — раздался тот же голос.
Она недоверчиво посмотрела на потолок, будто ожидая, что там прячется невидимый собеседник. Осознание того, что корабль может общаться, вызвало у неё смесь удивления и восторга.
Она снова взглянула на тарелку с супом.
— Похоже на что-то очень вкусное. Кто это готовил? — произнесла она с улыбкой.
— Это готовит мой робот, — отозвался теперь уже Макс из рубки. — Надеюсь, тебе понравится один из моих любимых рецептов.
Он вспомнил, как отправил своего робота в прошлое, чтобы тот собрал привычные рецепты, которые напоминали бы ему о доме, покинутом когда-то.
Наталья, забыв о всяких сомнениях, взяла ложку и попробовала суп. Вкус оказался удивительно приятным — насыщенный и сбалансированный, он словно обволакивал её тёплым уютом. Вскоре она полностью сосредоточилась на еде, забыв о тревогах и странностях своего нового окружения.
Неожиданно проход в рубку и главный вход на корабль закрылись сами собой.
Не было ни звука, ни движения — словно нечто невидимое заполнило проём, превращаясь в плотную гладкую преграду. Наталья вздрогнула и насторожённо замерла, не понимая, что происходит.
— Что это? — прошептала она, возвращая тарелку на стол. Лёгкая дрожь пробежала по телу. Пустая кают-компания внезапно показалась слишком тихой. Её пальцы невольно сжались. Ощущение уюта исчезло, уступив место нарастающей тревоге.
— Это протокол безопасности, — раздался голос Максима по внутренней связи корабля.
— Что это значит? — Наталья прищурилась.
— Система скрытности, — ответил он, выдержав паузу, словно взвешивая каждое слово. — Корабль скрылся от активного сканирования. Мы вместе с ним исчезли — полностью изолированы от внешнего мира. Всё отключается и маскируется: сигналы, излучения, даже тепло наших систем.
— Почему? Кто нас сканирует? — В её голосе прозвенела тонкая, дрожащая нота страха. Её лицо побледнело.
Обрывки воспоминаний нахлынули, острыми вспышками пронзая сознание: мрак тесной комнаты, связанные руки, холодный бесчувственный голос, резкая боль от укола в плечо, слабость и рана на ноге...
— Твои похитители могут искать тебя, — продолжил Максим. — Их технологии позволяют сканировать как поверхность планеты, так и орбиту. Этот протокол — наша защита. Он делает нас невидимыми.
— Значит, они близко? — прошептала она, чувствуя, как её сердце забилось чаще.
— Возможно, — честно ответил он. — Но мы не заметили слежки до самого космопорта. Твои похитители могут наблюдать иначе — через системы, о которых мы пока даже не знаем. Поэтому нужно побыть какое-то время в полной изоляции.
— И сколько это продлится? — Наталья подошла к стене, где, как ей казалось, ещё недавно был вход в капитанскую рубку.
Максим помедлил, словно не хотел отвечать.
— Может, несколько минут. А может, дольше, — его слова прозвучали скорее как предположение, чем уверенность. — Здесь ты в полной безопасности.
Он замолчал, а затем добавил:
— Такое исчезновение из поля зрения всех официальных сканеров — это своего рода провокация. Есть вероятность, что враг себя проявит. Но, похоже, они потеряли нас из виду давно.
Наталья молчала, уставившись на странные двери. Она медленно приложила ухо к поверхности, будто надеялась услышать что-то важное. Постучала пальцем, провела рукой по материалу, который был странным на ощупь — ни металл, ни пластик.
— Технологии... Это материалы с заданными свойствами, — донёсся голос Максима из динамика.
— Странно, — пробормотала она, проведя пальцами по идеально гладкой поверхности.
Максим объяснил, как работает механизм: бесшовные двери, управляемые системой. Наталья провела руками по поверхности ещё раз, теперь уже скорее из упрямства, но, не найдя ни щелей, ни привычных следов двери, махнула рукой.
— Значит, ты меня видишь? — спросила она, вернувшись в кают-компанию и усевшись на диван.
— Да, вижу, — ответил Максим с явным удовольствием в голосе. — И твой язык я сейчас тоже вижу.
— Очень смешно, — хмыкнула Наталья, закусив губу. — И где камеры?
— Нигде и везде.
— Как это — "нигде и везде"? Когда уже это всё закончится? — сказала она с раздражением, оглядывая стены и потолок.
— Доедай свой обед, — коротко сказал он и отключился, оставив Наталью наедине с её мыслями.
Она села, уставившись в тарелку с супом, который теперь больше не вызывал аппетита.
Девушка пересела ближе к панорамному остеклению, за которым простиралось лётное поле. Она положила ладонь на холодное стекло и прошептала:
— Полностью изолированы...