Мой партизанский отряд в количестве до 40 человек под №31 «Пламя» в период с июля по октябрь 1941 года, действовал на оккупированной территории Ленинградской области в Славковском, частично в Порховском и Сошинском районах.
Основными трудностями этого периода была заготовка пропитания для партизан и заготовка тёплой одежды на зимний период, т.к. быстрое нашествие врага не дало нам возможности заложить какие либо продовольственные и вещевые базы.
Этот 4-х месячный период следует разделить на два: июль 1941 г. - это первый период. Он характерен тем, что до 22 числа противник основными силами бронетанковых и артиллерийских частей проходил по основным дорогам: Псков - Порхов, Остров - Порхов, Остров - Сигорицы - Навережье и частично шёл по просёлочным дорогам. Враг в населённых пунктах, расположенных у шоссейных дорог заигрывал с колхозным крестьянством, а в отдалённых от дорог населённых пунктах не бывал и крестьянство этих деревень кормило и принимало партизан, как родных и желанных гостей.
Партизаны проводили с колхозниками собрания, призывали к саботажу всех немецких мероприятий, которые вот-вот должны проникнуть и в отдалённые населённые пункты.
В 20-х числах июля 1941 года в деревни начали поступать немецкие газеты на русском языке, где писалось о том, что Красная Армия разбита, Красный Флот не существует, авиация уничтожена. Эта грязная пропаганда возымела своё влияние на людей. В этих же числах появились листовки и приказы о жестокой ответственности крестьян за оказание помощи партизанам. Противник начал вылавливать сельчан, которые помогают партизанами, и в различных населённых пунктах расстреливать и вешать их. Эта попытка террора ещё больше запугала крестьянина и доступ партизан в деревню стал возможен только ночью.
Пропаганда, террор и сильное преследование партизан оказали некоторое влияние на отсталые умы малоустойчивой части отряда. Среди бойцов началось брожение. Ряд лиц в силу отсутствия связи с большой землей, недостатка пищи, преследования партизан со стороны противника, боязни за жизнь своей семьи - убежали из отряда. Так, например, дезертировал Семёнов - бывший заведующий райплановым отделом Славковского Исполкома Райсовета; Давыдов - бывший шофёр молокозавода и ряд других лиц.
В этих же числах июля 1941 года пришла пехота противника и заполнила все населённые пункты. Начался грабёж крестьян, увеличилось преследование партизан и, следовательно, у неустойчивой части отряда с большой силой начались вырастать нездоровые настроения.
26.07.1941 года было принято решение выйти в Советский Союз и переформироваться, пополниться и снова выходить в тыл врага для борьбы.
Уходя я отпустил по домам 7 человек, с задачами разведки и насаждения агентуры. Отпущенны были следующие товарищи: Кузьмин - директор Ворошиловской МТС, Хрусталёв - заведующий базой, О....... - механик Славковской МТС и другие.
В Поддорском районе в течение 13 суток пополнили отряд эвакуированным Славковским народом, которых собрали в Пестовском и Валдайском районах, достали несколько автоматов, русских винтовок, гранат, тола, и снова перешли линию фронта, начали действовать с 13.08 1941 г. в своём районе.
В августе 1941 г. нами было разбито 2 автомашины противника, на большаке Порхов - Остров, спущен под откос один воинский эшелон на ж/д Псков - Порхов, уничтожена одна легковая машина на дороге Славковичи - свх. Ломы. Эти боевые действия вызвали усиленное преследование отряда со стороны противника.
Основные трудности периода август - ноябрь 1941 г. были заготовка пищи и преследование противника.
Партизаны голодали, что вело к упадку сил. Крестьяне давали нам продукты, как нищим. Я и мой особый уполномоченный Виктор Власов, постоянно рискуя жизнью, ходили в деревни днём, и где просили, где брали силой хлеб, чтобы кормить партизан.
В сентябре месяце заходили в деревни целым отрядом и силой добывал еду. Но делали это без учёта каких либо обстоятельств. Заберёшь хлеб от 2-3 человек (хозяйств), а немцы через короткое время придут и расстреляют их, как за поддержку партизан. Пришлось пересмотреть свою тактику, с тем, чтобы у каждого из крестьянин населённого пункта, куда отряд приходил ночевать и кормиться, стояли бы в квартире партизаны, чтобы этим самым добиться круговой поруки крестьян, тем самым не дать противнику уничтожать одиночек, а уничтожать всё население деревни противнику в то время было невыгодно. Так мы кормились с августа по ноябрь 1941 года. Бывало не всегда можно было попасть в населённый пункт, часто по 4-5 дней жили на лесных гнилых грибах и испорченной ягоде.
Патронов в то время было достаточно, т.к. отступавшие части Красной Армии оставили немало боеприпасов и мы их собирали, закапывали и создавали тем самым базы. Но использовать эти боеприпасы мы не могли в силу недостаточного боевого опыта.
Всё же несмотря на нашу малочисленность и исключительно тяжёлые условия пребывания в тылу, я насаждал подпольные партийные организации, которые сыграли большую роль в проведении саботажа германских мероприятий и подготовки людей для будущего вступления в партизанские ряды.
Так, например, подпольная партийная организация Верхне - Состского сельсовета, руководимая Новиковой, проделала большую работу по разоблачению лживой немецкой пропаганды. Новикова за связь с партизанами была расстреляна на станции Подсевы, в конце сентября 1941 года.
Беспартийный Завьялов Иван - житель деревни Железная Гора Верхнемостского сельсовета по заданию партизанского отряда провёл большую работу по созданию местных партизанских отрядов, - был расстрелян на станции Подсевы в конце сентября 1941 года.
Служащий Баранов - житель деревни Бравино Славковского района получил задание о создании местного партизанского отряда и изыскании вооружения. Он вместе со своими сыновьями сумел сколотить отряд, достать оружие и в 1942 году со всем отрядом влился в состав 1-й партизанской бригады.
В октябре 1941 г., противник, видя, что партизаны являются угрожающей силой, - стянул части карателей со ст. Подсевы, Пожеревицы, Остров и начал преследовать нас, навязывая бои. Мы уходили от преследования, но 26 октября 1941 года на хуторе Волосово (Славковский район хутор Хижи) карателям удалось напасть на хутор, в то время, когда я вышел с отрядом на боевую операцию, они уничтожили 3-х партизан и сожгли наши базы с тёплой одеждой, которую мы с большим трудом достали у крестьян. При этом налёте погибли:
Старк - председатель Островского Исполкома Райсовета;
Алексеев - председатель Вакачевского сельсовета Славковского района;
Егоров - председатель Горячевского сельсовета Славковского района.
Оставшись без тёплых вещей, подорвав свои силы голодом, преследованием карателей, потеряв лучших товарищей, заставило меня 26.10.1941 г. принять решение выйти из района дислокации в большие хвойные леса Дедовичского района и оттуда выходить на боевые операции.
Перейдя в первых числах ноября 1941 года со своим отрядом в Дедовичский район, где был создан Партизанский край, мне и моим партизанам жизнь партизан во 2-й ЛПБ показалась раем.
Основными трудностями 1942 года была напряжённая война с крупными карательными силами, которые поставили задачу ликвидировать партизанский край, на что противник бросил большое количество техники и авиацию. Я имею ввиду начало боёв в августе месяце 1942 г. Все бои до августовской карательной экспедиции 1942 года не считаю трудностями, т.к. те экспедиции нами успешно громились, а ленинградский рабочий класс, через свой штаб партизанского движения в достаточном количестве давал нам оружие и боеприпасы. Пищу и одежду доставали на месте до полного обеспечения отрядов.
К 1943 году в силу успехов нашей Красной Армии на фронтах Отечественной войны, роста партизанских сил в тылу врага, народ, который боялся нас в 1941 году, начал подниматься на борьбу с ненавистным врагом - немецкими оккупантами.
Ко второй половине 1943 года партизанские отряды вырастают в крупные соединения. Они ведут жестокую войну в мае, августе, сентябре месяцах 1943 года и в ходе той войны всё больше и шире растут ряды партизан, за счёт советских патриотов.
К этому же времени, в силу колоссальных успехов Красной Армии, люди из военнопленных и власовцев, которые находились на различных работах и служили у немцев, убедились в несостоятельности германской армии, увидели колоссальный рост упаднических настроений германских солдат и офицеров, их пораженческие настроения, и начали толпами бежать от немцев в партизанские отряды. После достаточной проверки им доверялось оружие.
Достаточно сказать, что моя 8-я ЛПБ выросла на базе 46 партизан 2-го батальона 1-го отдельного партизанского полка (такое количество партизан насчитывалось в августе 1943 года), а к февралю 1944 года бригада насчитывала - 3900 прекрасно вооружённых партизан.
Трудностей с питанием и одеждой не было, т.к. продукты доставали за счёт врага, а одежду нам давало население.
Главными трудностями второй половины 1943 года и начала 1944 года было отсутствие метеорологических условий для сброса с самолётов достаточного количества оружия, боеприпасов и взрывчатки, доставляемых из советского тыла. Если бы всем этим бригада была полностью обеспечена, то она сумела бы сделать в десятки раз больше, работая по истреблению живой силы и техники противника.
Командир 8-й ЛПБ /Цинченко/
13 апреля 1944 г.
Геннадий Синицкий, по материалам ЦГАИПД СПб ф.116-л оп.2 д.169 лл.99-102