Все части повести здесь
Три дороги, три судьбы. Повесть. Часть 52
– Подождите. Пошутить... А почему именно с господином Жуком такую шутку провернуть-то решили? Вы вообще его откуда знаете?
Виктор помолчал, опустив голову вниз и глядя в пол, а потом заметил:
– Да Варька рассказала, что у Родьки папаша объявился. Мол, грозиться через суд его отжать, ну, Родьку то есть... Она с него за это деньги требовала...
– Так, стоп! – огорошенный услышанным полицейский повернулся к Варе – гражданка Морозова, вы подтверждаете, что за сына требовали деньги с его отца?
– Че он несет, че он несет?! – закричала Варя – вы его слушайте больше!
– Мда... Значит так – вы потребовали с Жука деньги за сына, он не согласился на ваши условия и подал в суд заявление на установление отцовства и лишение вас родительских прав. А вы, не согласные с таким положение дел, решили, в свою очередь, пощипать, скажем так, юриста, зная, что у него есть деньги...
– Да я вам говорю – шутили мы! – заорал Витька.
Полицейский стукнул кулаком по столу.
– Не орите тут, Стерлигов! Вся эта история очень плохо пахнет! Для вас для всех...
Часть 52
Когда они выехали за поселок, Стас спросил у полицейского:
– Извините, а куда мы едем?
Тот помолчал немного, потом кинул на парня косой взгляд и ответил:
– Забирать вашего сына, конечно.
Стас и Соня переглянулись.
– С ним все хорошо? – молодой человек затаил дыхание, ожидая ответа, сердце его сжалось и казалось, что прошла целая вечность, прежде чем Артур Юрьевич ответил на его вопрос.
– Будем надеяться.
– Но как вы их обнаружили? – спросила Соня.
– Очень просто. Приехали на работу к матери Стерлигова, порасспрашивали ее, она обмолвилась, что у свекрови была старая дача в соседнем районе. А там, где работал этот самый Базын, сказали, что к нему приходил не так давно кто-то, похожий на Стерлигова. Мы им фото его показали – они подтвердили. Но сразу поехать мы не могли – сначала нужно было выяснить обстановку, поэтому я отправил туда своих людей для слежки. Они странно ведут себя...
– Вот как? – насторожился Стас – простите, что значит – странно? Ребенку грозит опасность?
– Они словно расслабились, понимаете? Та самая красная машина стоит во дворе дачи, смс-сообщение в мессенджере отправлено из зоны действия вышки в поселке, со старой сим-карты, которая находилась в той же соте, даже не так, была постоянно рядом с телефоном Стерлигова. Так что сомнений нет, что это он. Но вот мать мальчика... такое ощущение, что или она ничего не знает, или она тоже в этом участвует. Ребенок находится на втором этаже дома, и все то время, что он там находится, вниз он не спускался. К нему пару раз поднималась мать – и только-то...
– Они его... чем-то опоили? – испугалась Соня – пожалуйста, поедемте быстрее! Не дай Бог, с ним что-то случится!
– Не переживайте вы так! – улыбнулся Артур Юрьевич – все хорошо будет с вашим мальцом. Там родная мать не переживает...
– Но я... не мать – заметила Соня, и на глазах у нее выступили слезы.
Она быстро и почти незаметно смахнула их, и погладила Стаса по плечу в знак поддержки.
– Я не понимаю – на что они рассчитывали? – спросил Стас – неужели на то, что все прокатит для них легко и безболезненно?
– Ну, а что вы хотите от того же вечно пьяного Витьки Стерлигова? – усмехнулся полицейский – у таких людей планов громадье, особенно когда пахнет халявными деньгами. Они же головой не думают, вот и строят подобные «гениальные» схемы. И потом – здесь, скорее всего, расчет был на то, что в полицию вы не пойдете, а соберете денежки и поедете выручать сына. У нас, молодые люди, в большинстве своем те, кто имеет хоть какие-то средства, так и поступают. Не в полицию идут, а свои кровные относят, и удивляются потом – а чего же им не вернули близкого человека? А что тут удивляться? Пойди один раз на шантаж – потом замучаешься платить...
Соня и Стас снова переглянулись, Стас обнял девушку за плечи и поцеловал в макушку.
– Спасибо – прошептал он – спасибо за то, что настояла на обращении в полицию.
– Стас, я же знаю Варю. Если она подобное затеяла – она не остановится.
На даче у бабушки Витьки Стерлигова.
Они ехали довольно долго, Соня успела уже задремать, но тут машина остановилась в каком-то узком, темном проулке, где не было вообще никакого освещения. Артур Юрьевич показал им на дом чуть впереди.
– Видите, окна светятся... Вот там ваши друзья и заседают – он взял рацию и тихо сказал туда – ребята, приготовились...
– Нет, подождите! – Стас стал выбираться из машины – я тоже пойду, там мой сын.
– Вы здесь останетесь – спокойно сказал ему полицейский – не мешайте нам выполнять свою работу. И не нужно этого лишнего геройства.
Соня потянула мужчину за рукав, и Стас закрыл дверь.
Артур Юрьевич вышел из машины и направился к дому. Молодые люди сидели, сжав руки друг друга, и по их напряженным лицам было видно, как они нервничают.
– Смотри – Стас показал Соне на что-то в конце улицы, и приглядевшись, девушка увидела очертания нескольких машин, в том числе, и скорой помощи.
– Они чего-то опасаются? – спросила у него Соня.
– Всякое может же случиться – отозвался Стас.
Сейчас им казалось, что время идет очень и очень медленно, прямо тянется, как густой кисель. Наконец, Стас не выдержал и стал выбираться из машины.
– Стас, ты куда?
– Я пойду. Не могу тут сидеть просто так. Там у них свои разборки, а ребенок?
– Стас, постой!
Но он уже не слышал ее. Просто пошел к дому, не обращая внимания на ее просьбы вернуться. Время так же медленно и неумолимо текло по секундам, Соня, не выдержав, уже сама вышла из машины и направилась в сторону дома. На улице стояла такая тишина, гнетущая, жуткая, что ей показалось – она одна в целом мире и никого нет рядом...
– Господи, пожалуйста! Пожалуйста! – сама не понимала, была ли это молитва или что-то еще, не понимала, чего она просила в данный момент, только сильнее сжимала кулачки, так, что ногти вонзались в кожу.
Но вот калитка распахнулась, и появился Стас.
– Спасибо! – прошептала Соня и побежала ему на встречу.
Он нес что-то объемное, завернутое в толстое одеяло, и когда Соня подошла, то увидела, что это был Родион. Ребенок спал, над верхней губой и на лбу у него частой россыпью блестели капельки пота. Молодые люди посмотрели друг на друга – даже у крепкого Стаса в глазах стояли слезы.
Соня потрогала лоб ребенка и в глазах ее полыхнул страх.
– Стас, у него жар, нужно его в скорую нести.
Недалеко от них уже появились врачи из той самой скорой.
– Пойдемте в машину – сказала женщина – ребенка нужно осмотреть.
– Соня, возьми Родиона, я пойду скажу Артуру Юрьевичу, что мы, если что, уехали на скорой вместе с сыном.
В машине доктор осмотрела мальчика и выкинула одеяло, в которое он был завернут.
– Мамаша тупая! – сказала она со злостью – укутала ребенка в сырое! Сколько он так пролежал? Вот и заболел.
– Доктор, с ним все будет в порядке? – спросила Соня, чувствуя в горле комок и вновь поднимающееся презрение к Варе.
– В больнице придется полежать. Только вот... кто с ним будет? Мать-то, поди, в полицию заберут?
– Мы – сказала Соня – у него отец есть и я, разве мы его оставим!
Доктор махнула рукой.
– Хорошо. Нам все равно, лишь бы с мальчиком кто-то из родных был. Документы где его?
Соня пожала плечами.
– Мы не знаем, надо у матери его спросить, наверное, дома где-то.
...За несколько минут до всего этого Артур Юрьевич после группы захвата, которую он вызвал на всякий случай, – мало ли – вошел в дом следом за сотрудниками. В большой комнате он увидел накрытый стол с большим количеством закуски и разного рода спиртных напитков. За столом сидели трое. Конечно, он сразу узнал Стерлигова и Морозову, третьим был невысокий крепкий мужчина со злым взглядом узких глаз. Увидев полицейских, троица перестала жевать и чокаться рюмками и застыла в немом оцепенении. Несколько сотрудников уже поднимались по лестнице наверх.
Первым опомнился Витька Стерлигов.
– Подождите... послушайте... а в чем, собственно, дело?
Варя скосила взгляд на собутыльника, понимая, что сейчас происходит что-то отнюдь не совсем хорошее, но еще до конца не осознавая этого.
Витька встал и подошел к Артуру Юрьевичу. От него разило спиртным и тот поморщился.
– Так в чем дело-то? Мы тут культурно сидим компанией, выпиваем, а вы... врываетесь к нормальным людям. На каком основании?
Посмотрев на него, как на какое-то мелкое противное насекомое, жужжащее прямо в ухо, полицейский обратился к Варе.
– Гражданка Морозова, так?
Варя встала, лицо ее пошло красными пятнами, казалось, что она разом протрезвела.
– Да. Ик... А что случилось?
– Предъявите ваши документы. И документы на ребенка.
Варя сглотнула в горле комок.
– Я... дома они. В Сосняках.
– Гражданка Морозова, ответьте на вопрос – вы с сыном сюда приехали по доброй воле?
По виду Витьки Стерлигова можно было понять, что у него душа ушла в пятки.
– Ик... Д-да – сказала Варя, скосив глаза на собутыльника – а что?
– А к чему тогда вот это фото? – Артур Юрьевич показал ей фотографию, на которой они с ребенком были с заклеенными скотчем ртами и в повязках на глазах. Варя нервно рассмеялась:
– Дак это вон... Витек, дурак... Предложил сыграть в бандитов и заложников, чтобы Родьку-то, сына моего, повеселить! Это мы... развлекались так!
– Ну... И развеселило это вашего сына? – спросил полицейский таким голосом, что Варя медленно опустилась на стул.
– Да...нет... Он сказал, что ему страшно...
В комнате установилась такая тишина, что было слышно, как тикают на стене старые ходики.
– Господин Стерлигов, теперь вопрос к вам. Скажите, с какой целью вы отправили вот это сообщение и фото Станиславу Аркадьевичу Жуку?
– Да ниче я ему не отправлял! – Стерлигов вздернул подбородок – нет у вас... хе... доказательств-то?
– Обыщите – полицейский сделал жест рукой в сторону Витьки и один из сотрудников схватил его сзади за руки, а второй принялся шарить поверх одежды.
– Э, вы! – взвыл Стерлигов – не имеете права!
– Ну, как же не отправляли! – Артур Юрьевич взял в руки изъятый у него телефон – вот, тот самый номер. И оператор сотовой связи нам подтвердил, что несмотря на то, что сообщение было позже удалено, сначала оно было отправлено. Так с какой целью вы это сделали?
– Подождите! – взвизгнула Варя – какое сообщение, я ничего не понимаю! При чем тут Стас?
Полицейский показал Варе сообщение, то самое, что получил Стас на свой номер.
– Ах, ты! – снова взвизгнула Варя и кинулась на Витьку, но Артур Юрьевич успел перехватить ее за талию, и она повисла на его руке – а я-то думаю, какими деньгами он тут передо мной машет, которые, якобы у него скоро появятся!
– То есть вы, Варвара Алексеевна, хотите сказать, что ничего не знали об этих сообщениях?
– Да он меня сюда бухать позвал! – закричала Варя – «у бабки дача», «у бабки дача»! Он деньги у меня украл, обещал вернуть через неделю-полторы, когда в Сосняки назад приедем!
Варя прикусила язык, поняв, что сказала лишнее.
– И много денег? – спросил Артур Юрьевич.
– Нормально – буркнула Варя и замолчала.
– Так вы, Стерлигов, так и будете утверждать, что ничего не отправляли Станиславу Аркадьевичу?
Витька понял, что отрицать этот факт – дело бесполезное.
– Ну, блин, шутили мы так! – сказал он – пошутить решили, да и все!
– Подождите. Пошутить... А почему именно с господином Жуком такую шутку провернуть-то решили? Вы вообще его откуда знаете?
Виктор помолчал, опустив голову вниз и глядя в пол, а потом заметил:
– Да Варька рассказала, что у Родьки папаша объявился. Мол, грозиться через суд его отжать, ну, Родьку то есть... Она с него за это деньги требовала...
– Так, стоп! – огорошенный услышанным полицейский повернулся к Варе – гражданка Морозова, вы подтверждаете, что за сына требовали деньги с его отца?
– Че он несет, че он несет?! – закричала Варя – вы его слушайте больше!
– Мда... Значит так – вы потребовали с Жука деньги за сына, он не согласился на ваши условия и подал в суд заявление на установление отцовства и лишение вас родительских прав. А вы, не согласные с таким положение дел, решили, в свою очередь, пощипать, скажем так, юриста, зная, что у него есть деньги...
– Да я вам говорю – шутили мы! – заорал Витька.
Полицейский стукнул кулаком по столу.
– Не орите тут, Стерлигов! Вся эта история очень плохо пахнет! Для вас для всех...
– А я-то тут при чем? – заорала в свою очередь Варя – я вообще ничего про его планы не знала!
– А к вам, гражданка Морозова, у нас накопилось множество других вопросов – Артур Юрьевич повернулся к Базыну – теперь вы...
– Я... – начал заикаться тот – я даже не знал... просто я привез их и все!
– Ты че, урод! Я же тебе все рассказал! – крикнул ему в лицо Витька.
– Ты заткнись, идиот! – закричал Базын в ответ – хочешь, чтобы нам сговор присвоили?! Срок-то больше! Дебил! Где у тебя мозг?
– А ты, значит, в законах разбираешься? – усмехнулся полицейский – сидел, что ли?
Базын ничего не ответил, и тот понял, что попал в точку.
– Ладно... Достаточно разговоров. В машину их.
Варя встала.
– Я могу забрать ребенка и уехать домой?
– Нет, вы тоже присоединитесь к своим друзьям, Варвара Алексеевна, и тоже будете определены в ИВС, до выяснения всех обстоятельств.
– Каких это обстоятельств? – испуганно спросила Варя – я ведь сказала уже, что ничего не знала!
– Вы, вероятно, не обратили внимания на мои слова о том, что у нас к вам имеется множество других вопросов. Ребята, уведите ее!
Но Варя стала орать и сопротивляться.
– Нет! Пустите меня! Нет! Пустите, уроды!
Когда всех троих вывели на улицу, чтобы усадить в стоящий неподалеку автозак, скорая помощь с Соней, Стасом и Родиком еще стояла на месте. Увидев сквозь окно сидящих в ней молодых людей, склонившихся к ее сыну, Варя закричала:
– Вы все у меня отобрали! Все! Все! Все отобрали!
– Поедем – сказала доктор водителю – напьются, потом сцены устраивают!
Детская больница. Соня и Стас.
Они нервно ходили по коридору мимо скамеек, стоящих тут же. Родиона осматривали и слушали врачи, с одной из них сейчас разговаривал сам Артур Юрьевич.
Наконец они вышли из кабинета вдвоем, оживленно переговариваясь. Полицейский подошел к ним и сказал:
– Вам разрешат находиться рядом с ребенком здесь, так как оставлять его одного нежелательно – маленький еще. По одному давайте, попеременно, ладно? И вот еще что – кому-то нужно съездить домой к Морозовой, найти свидетельство о рождении мальчика. Она сказала мне, что все документы где-то дома. Вы – он посмотрел на Стаса – так понимаю, в свидетельство, как отец, не вписаны, верно?
Стас отрицательно помотал головой.
– Вы юристы, не мне вам объяснять, что это значит, верно? Пока не пройдет суд по установлению отцовства и определению места жительства ребенка, мальчик будет находиться в ведомстве органов опеки. Сначала, после больницы, его передадут во временный детприемник, а потом – в детский дом.
– Но как же... – начала Соня, но Стас взял ее за руку и сжал тихонько, успокаивая.
– Я бы на вашем месте, Станислав Аркадьевич, прямо завтра отправился бы в органы опеки – информацию я передам по районной подведомственности – и попытался бы как-то хотя бы с ними договориться. Пусть даже пока только с результатами экспертизы ДНК на руках. Понимаете, о чем я? Ясно, что ребенок от вас никуда не денется, но суд – это месяц-два, ну, может, в вашем случае, быстрее. Но все же... А мальчишка славный у вас... да еще столько пережил...
Он кивнул им и пошел к выходу, потом обернулся и сказал:
– Я вам позвоню! Ко мне-то вы тоже должны явиться!
– Подождите! – остановила его Соня – а... что будет с Варей?
– На ней креста негде ставить! Ее будут судить, она в Сочи натворила порядочно дел!
Стас и Соня остались одни.
– Стас, послушай, я останусь с Родионом, тебе нужно решать юридические вопросы, съездить к Варе домой за документами, тебя будет вызывать к себе Артур Юрьевич, с опекой нужно решить вопрос... К нам ты можешь приезжать и навещать нас с Родиком.
– Конечно – Стас взъерошил шевелюру – да.. Я завтра пойду к Акимовичу, объясню ситуацию и попрошу для нас двоих отпуск за свой счет. Надеюсь, он поймет меня и не откажет. У тебя незавершенки есть?
– Нет, вроде все дела окончены.
– У меня осталось одно – попрошу передать другому юристу.
Скоро вышла медсестра, вручила им белые халаты и бахилы и провела в палату, которую они заранее оплатили для Родиона. Палата была для одного ребенка и стояла еще кровать для родителя. Они посмотрели на мальчика и переглянулись. Он по-прежнему крепко спал, и его бледное, похудевшее личико вызывало у них чувство острой жалости. Соня улыбнулась:
– Он похож на маленького ангела, правда? – и спросила вдруг, обратившись к Стасу – Стас, почему? Ты так быстро и сильно привязался к этому ребенку – на это есть еще какие-то причины? Помимо того, что ты с самого начала почувствовал отцовские чувства к нему?
Стас немного помолчал, а потом сказал:
– Ты конечно, права, Соня. Есть еще одна причина. Просто я сам был в такой ситуации, как Родион.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.