В воздухе витал терпкий запах старых декораций, смешиваясь с легким ароматом лака для волос, который обычно витал в гримерке Василисы. Она нервно теребила атласный подол своего изумрудного платья, искоса поглядывая на часы, которые просто смеялись над ней, отсчитывая каждую секунду.
Она уже давно должна была переодеться во что-то более повседневное и отправиться на праздничный ужин с коллегами артистами…
Но Василиса высматривала знакомые фигуры.
Они не пришли!
Ни до церемонии, как условились, ни во время, ни после…
В такой значимый, переломный для нее вечер, когда Василисе вручали престижную театральную награду, ее родители не пришли.
И награда, зажатая в руке, уже не вызывала никаких эмоций.
Родители поздравили ее исключительно в ее воображении.
- Ты превзошла саму себя!
- Мы, естественно, придем на твой спектакль послезавтра!
- Это был твой звёздный час. Ты настоящая артистка!
- Вы меня захвалите, и у меня начнется звездная болезнь, – смущалась Василиса в своем воображении.
Но время текло, как река, неумолимо и безвозвратно, а мамы с папой всё не было.
Василиса несколько раз звонила им, но оба телефона были выключены или недоступны.
- Что могло их задержать? - шептала она, глядя на часы.
Так Вася поступала и прежде. Утешала себя, что у них непредвиденные обстоятельства…
Наконец, когда везде уже гаснул свет, а ее коллеги, переодетые и довольные, стали спешно собираться в ресторан, чтобы отметить это событие, Василиса, еле сдерживая подступающие к горлу слезы, поплелась домой.
- Ну что, Вася, за тебя? Покутим сегодня?? - окликнула ее Марина, одна из актрис, надевая пальто, - Будем отмечать твой триумф!
- Нет, девчонки, наверное, не сегодня, - вяло ответила Василиса, - Голова разболелась.
- Тогда выпьем за тебя без тебя, - придумала Марина, - Но вечер твоего триумфа переносится! Выпьем с тобой за тебя позже!
Дома была подозрительная тишина.
Родители еще не вернулись.
Василиса, шмыгнув носом, прошла в зал. Кажется, поднималась температура. Всегда с ней так! Чуть перенервничает, сразу заболевает…
В зале был их домашний зоопарк.
Клетка с хомячками. Аквариум с рыбками. Террариум с ящерицами.
Никто из них не покормлен.
Девушка, уже слабея от температуры, приступила к делу: вычистила клетки и поставила хомякам миску с кормом и свежую воду. У ящериц свой рацион. Родители должны были зайти в зоомагазин. Но, видимо, у них нашлись дела поважнее, чем дочь или домашние питомцы.
Когда все было сделано, Вася упала без сил. Она чувствовала себя такой маленькой, такой беззащитной, такой ненужной. Неужели это было так сложно - просто приехать и поддержать свою дочь? Неужели ее счастье, ее успех ничего для них не значит?
Вася, завернувшись в два одеяла, отключилась.
Поздно вечером послышался звук поворачивающегося в замке ключа.
Родители, слегка навеселе, раскрасневшиеся и с довольными улыбками на лицах, словно только что вернувшиеся с веселой вечеринки, вошли в квартиру, неся с собой легкий красного полусладкого.
Они не “словно” с вечеринки, они именно с вечеринки.
- Василек, ты не спишь? - воскликнула мама, удивленно и даже слегка испуганно глядя на дочь, - Чего ты качаешься, как наш сосед после выходных? Выпили за свой спектакль? Понимаю. Иди, ложись. Утром все подробности.
Она смотрела на них, таких довольных и беззаботных, и не могла понять, как можно быть настолько равнодушными к чувствам собственного ребенка.
“Как можно быть такими?” - вглядываясь в их довольные лица Василиса.
- Угадай с трех попыток, где мы были? - подхватил отец, стараясь казаться как можно более бодрым и оживлённым, ему не терпелось уже рассказать, - У Карины! Твоей маме она кузина. Ну, ты ее редко видела, она женщина занятая. Но тут даже она не могла не закатить гулянку по такому случаю! Она себе новую иномарку купила, и мы это дело обмывали! Вот здорово посидели! Пели! Танцевали! Столько тостов было!
Тут на Василису, словно метеорит на землю, свалилось осознание того, что она для них - пустое место.
- Мам, пап, а вы знаете, что у меня сегодня было награждение, и мне еще вручили премию? - почти шепотом спросила Василиса, стараясь не показывать свою боль, которая будто все сжимала… Она не старалась их удивить. Они ничему не удивляются, когда речь идет о ней. Ну, какая-то там награда. Подумаешь, достижение!
Родители удивленно переглянулись, словно услышали что-то из ряда вон. “Боже, они даже не помнят” - с тоской подумала Василиса.
Они вообще вспоминают иногда, что у них есть дочь?
- Оу, театр… Награда… да-да, припоминаю, что-то такое ты говорила, -протянула мама, как будто вспоминая что-то совершенно неважное, - Но нам показалось, что она не сегодня. А уже сегодня, что ли? Молодец, конечно, поздравляем. А ты чего такая грустная?
- Ничего, просто заболела, нос заложен, вот и грустная, - сказала она первое, что пришло в голову, махнув рукой, словно отмахиваясь от собственных чувств, и ушла, оставив родителей в полном недоумении догадываться, что же произошло с Васей.
Больше она перед ними ничем не хвасталась.
В принципе, ничего экстраординарного она не узнала. Родители всегда так поступали с ней, но тут задело так, что вкус к жизни пропал.
Ее перестали радовать привычные вещи. Раньше она любила бродить по тихим улочкам старого города, заглядывать в уютные книжные магазины, подолгу сидеть на аллеях, потягивая горячий латте... Теперь это все потеряло всякий смысл. Вася даже с друзьями перестала встречаться.
Она думала о том, как они могли так поступить, как им хватило наглости променять ее важный день на гулянку с родственниками. Но ответ-то на поверхности: она никогда не была любимым ребенком.
Василиса снова и снова перебирала в памяти моменты своего детства, словно разглядывая выцветшие фотографии.
Она вспоминала, как мама с папой всегда хвалили Роберта, как радовались его успехам в хоккее, как огорчались из-за его неудач, даже самых незначительных. И, несмотря на то, что ее брат уже вырос и возмужал, уехал на север зарабатывать, родители переживают из-за каждого его движения.
Когда Роберт женился, они устроили пышное, грандиозное торжество, они так радовались за него, будто до этого вообще праздников не видели.
Эх, у Василька такого никогда не будет.
Теперь же, когда она сама добилась успеха, когда она заслужила признание, они снова предпочли порадоваться за другого человека. За машину, а не за родного ребенка.
А месяцы тянулись и тянулись.
Василиса жила обособленно, с родителями общалась мало, даже дома разговаривала по делу - “передай соль”, “вытащи вещи из машинки”. В итоге, съехала от них.
- Я не хочу их видеть, - говорила она себе, - Я не хочу их слышать.
Вроде, и съехала, но тоска крепко держала ее своими клещами.
Но однажды вечером, после выматывающего спектакля, когда Вася вышла из театра, и ее обдул свежий, прохладный ветерок, девушка почувствовала, что ей стало немного легче.
Именно в этот переломный момент она решила, что хватит страдать, хватит жалеть себя, хватит зависеть от мнения своих родителей. Хватит жить прошлым.
- Я сама построю свое счастье, - сказала она себе.
Спустя несколько лет Василиса встретила человека, который сумел растопить лед в ее сердце, как весеннее солнце растапливает снег. Его звали Рома. Он оказался на редкость внимательным и чутким.
И он не пропускал ни одной премьеры.
- Ты такая талантливая, - говорил он ей, - Ты просто светишься на сцене.
- Ты мне льстишь, - смущалась Василиса.
- Нет, я говорю правду, - отвечал Рома, - Ты прекрасна и как актриса, и как человек.
Рома далек от театральной жизни, от всей этой богемной атмосферы.
Он работает спасателем, и, как ни странно, это очень нравилось Василисе. Его спокойствие, рассудительность, надежность и создавали для нее необходимый баланс, которого так отчаянно не хватало в ее жизни.
- С тобой так спокойно, - признавалась она ему, - Ты меня уравновешиваешь.
- Ты тоже делаешь меня счастливым, - отвечал Рома.
Естественно, их роман закончился свадьбой. Иначе и быть не могло. Василиса приняла его предложение, не задумываясь. Она знала, что с этим человеком она будет по-настоящему счастлива, что он подарит ей покой и любовь. Он заставлял ее улыбаться, смеяться от всего сердца и снова радоваться простым вещам, как будто она заново открывала для себя этот мир.
Василиса, недолго думая, решила сыграть свадьбу в узком кругу самых близких друзей, которых у нее, к счастью, было немало. Она не хотела приглашать своих родителей.
“Зачем они мне на свадьбе?” - думала она, - “Пусть сидят дома и празднуют успехи других родственников”
Все прошло скромно, но очень душевно. Василиса, надев простое белое платье, наконец-то, почувствовала себя нужной.
Прошло еще несколько месяцев.
Однажды утром, когда Василиса с Ромой мирно завтракали, раздался телефонный звонок.
Это была мама. Ее голос звучал как-то особенно хрипло и немного неуверенно.
- Василиса, доченька, это я. Узнала?
Василиса на мгновение заколебалась, но все же ответила:
- Узнала. Как не узнать? Хоть вы мне и не звоните, даже по праздникам не звоните. Сообщения посылаете.
- Мы с папой хотели с тобой поговорить, - продолжила мама, переходя к сути, - Мы знаем, что ты вышла замуж.
Ну, хоть что-то из ее биографии они запомнили.
Василиса ожидала продолжения.
- Мы, честно говоря, в неподдельном шоке, что узнали это не от тебя, а от Марининой мамы, и Марина-то была приглашена, - мама запиналась на каждом слове, - Но не мы. Почему, Василиса?
- А что бы это дало? - спросила Василиса, не скрывая своей горькой иронии, - Смысл отвлекать вас от дел? Вы же всегда так заняты более важными делами, чем я. У вас всегда есть другие поводы для праздников. Разве я могу конкурировать с новой машиной какой-то дальней родственницы?
Как это все утомительно.
Василиса предпочла бы никогда не начинать этот разговор.
- Мы совершили большую ошибку, Василиса, и нам очень надо с тобой поговорить, - торопилась мама, едва сдерживая подступающие слезы, - Если бы это была школа родителей, нам бы поставили “двойки”. Мы были глухи к твоим чувствам. Мы понимаем, что ты на нас обижена, и мы это заслужили. Потому и не звонили, потому что не понимали, с чего начать… Но просим, чтобы ты нас простила.
- Мам, это не очень актуально нынче, - ответила Василиса. Актуально. Извинения всегда актуальны. Но почему, блин, люди приносят из, когда все уже позади? Когда ты окреп, все понял и осознал, и научился жить без них? Именно тогда-то они и приходят со своими запоздалыми извинениями!
- Вы никогда не интересовались моей жизнью, - раз мама молчит, то Василиса скажет, - Вы всегда ставили на первое место чужих.
- Поэтому мы и хотим теперь это исправить. Чтобы ты устроила вторую свадьбу! Чтобы мы тоже могли отпраздновать твое счастье, как подобает. И могли увидеть тебя в свадебном платье!
- Снова свадьба? - опешила Василиса.
Им только этого и надо, чтобы показать всем, какие они хорошие родители!
Конечно, играть свадьбу на “бис” никто не будет, но… если они действительно хотят все вернуть?
- Я подумаю. Не про свадьбу, а про вас, - наконец произнесла девушка после затянувшейся паузы, - Мне нужно все обдумать.
Василиса положила трубку и долго смотрела на мужа.
Она знала, что прощение – это не одноразовая акция, а длительный процесс, в который нужно вложить много терпения, и это терпение, зная ее родителей, вполне себе может и не оправдаться. Но она также понимала, что ей нужно их простить. Потому что она этого так и не сделала. Вроде, отпустила, но не простила.
Стоит попробовать с ними поговорить.