Найти в Дзене
Влюбленная в Крым

Севастопольская зима: как простуда стала нашим приключением под солнцем

«Экипаж, это капитан! Мы на мели…» Дорогие мои! Вы чувствовали, как в воздухе витает тишина? Я пропала — не в бухтах с кричащими чайками, а в море носовых платков и хриплых голосов. Да-да, мы свалились с простудой, как матросы с раскачивающейся мачты. Но разве можно грустить, когда за окном Севастополь манит волной, словно говоря: «Я здесь. Я подожду»? Знаете, каково это — болеть в городе, где даже январь пахнет весной? А мы? Мы — как ракушки, спрятавшиеся в песок, слушаем шум жизни за окном. «Мама, мы же морские волки! Наш корабль выдержит любую бурю!» — кричит сын, натягивая пиратскую повязку на лоб. И правда — чем мы лечимся? Даже термометр здесь — не враг, а старый приятель. «36,9? Отлично! Значит, завтра уже наберем ракушек!» Глядя на фото прошлого лета (помните тот закат, когда небо над Фиолентом стало розовым, как крымское вино?), я шепчу: Севастополь не дает утонуть в хандре — он бережно несет нас на своей волне. Друзья, а вы когда-нибудь болели в городе, который стал частью ду
Оглавление

«Экипаж, это капитан! Мы на мели…»

Дорогие мои! Вы чувствовали, как в воздухе витает тишина? Я пропала — не в бухтах с кричащими чайками, а в море носовых платков и хриплых голосов. Да-да, мы свалились с простудой, как матросы с раскачивающейся мачты. Но разве можно грустить, когда за окном Севастополь манит волной, словно говоря: «Я здесь. Я подожду»?

Фото Юрия Володина
Фото Юрия Володина

25 января: где зима, а где — наше солнце?

Знаете, каково это — болеть в городе, где даже январь пахнет весной?

  • Солнце щедро заливает улицы золотом, будто смеется над календарем.
  • Море в Парке Победы — не вода, а расплавленный изумруд.
  • Воздух обнимает теплом, как старый друг, шепчущий: «Не спеши, я с тобой».

А мы? Мы — как ракушки, спрятавшиеся в песок, слушаем шум жизни за окном.

Наше «лекарство»: смех, чай и капелька безумия

«Мама, мы же морские волки! Наш корабль выдержит любую бурю!» — кричит сын, натягивая пиратскую повязку на лоб.

И правда — чем мы лечимся?

  • Чай с медом — густой, как балтийский янтарь, от бабушки из Орловки.
  • Лимоны — кислый взрыв, от которого мурашки бегут, словно волны по камням.
  • Сказки про море — муж сочиняет их на ходу: «Жила-была чайка, которая украла у ветра все песни…»

Даже термометр здесь — не враг, а старый приятель. «36,9? Отлично! Значит, завтра уже наберем ракушек!»

Мечты, которые лечат

Глядя на фото прошлого лета (помните тот закат, когда небо над Фиолентом стало розовым, как крымское вино?), я шепчу:

  • Вот поправимся — побежим босиком по Песочному пляжу, где волны целуют песок.
  • Сядем на камни у Константиновского равелина и будем кричать чайкам стихи.
  • Найдем ту самую бухту, где вода светится ночью, как волшебный фонарь.

Севастополь не дает утонуть в хандре — он бережно несет нас на своей волне.

А вы? Расскажите!

Друзья, а вы когда-нибудь болели в городе, который стал частью души?

  • Что согревает вас, когда силы на нуле: аромат лаванды из крымских полей или шум прибоя в Артбухте?
  • Где ищете вдохновение: в узких улочках старого города или в бескрайнем небе над Сапун-горой?

Поделитесь — ваши истории станут нашим лекарством!

P.S. Сегодня, закутавшись в плед, я поймала себя на мысли: даже простуда здесь — приключение. Ведь за окном — наш Севастополь. Город, который учит дышать полной грудью, даже если дышишь через носовой платок.

Ваша влюбленная в каждый камень этого города… Даже если сегодня я больше похожа на русалку с красным носом.