Господи, как хорошо!!! Как хорошо, что есть ещё на этой рациональной планете люди, желающие странного.
Помните ли вы те яркие, в твёрдых переплетах, ежегодники фантастики, выпускаемые «Молодой гвардией» под редакцией Беллы Клюевой и Сергея Жемайтиса, «Молодой гвардией», в которой ещё не пришли к власти серые, постепенно превратившиеся в чёрных?
Какое изобилие имён было на их страницах. Там печатались братья Стругацкие, Владлен Бахнов, Михаил Анчаров, Дмитрий Биленкин, Владимир Григорьев, Илья Варшавский, Лазарь Лагин и даже… историк(!) Натан Эйдельман напечатал фантастический (!!) киносценарий (!!!). Были времена, прошли былинные…
Вот в эти времена в одном из таких сборников прочёл я залпом (как и любую книгу тогда) повесть Геннадия Гора «Странник и время», в которой было в живописном беспорядке разбросано стихотворение какого-то Шефнера о космическом Орфее, потерявшем свою Эвридику в глубинах Вселенной.
Это стихотворение поразило меня своей непохожестью на все доселе читаные стихотворения (наверно, свою роль сыграла фантастическая тема!). И может, именно поэтому возникло у меня предположение, что такого поэта нет, и Гор его сам придумал, а стихи написал сам (или попросил кого).
Любимчиком школьной библиотекарши я уже был; ещё бы, читал все подряд. Поэтому и был допущен в святая святых: к полкам. И вот на одной из них, за разделителем с огромной «Ш» я обнаружил сборник стихов Вадима Шефнера «Разноцветные стёклышки» (издательства «Детская литература», потому и такое название) и… повесть «Счастливый неудачник». В сборнике я сразу обнаружил нужное мне стихотворение: просто по оглавлению; стихотворение об Орфее, так и называлось – «Орфей».
Прочитав его (и переписав в тетрадь), я убедился, что моя попытка реставрировать порядок строф абсолютно верна, только кроме разбросанных по повести Гора четверостиший было ещё одно. Остальные стихотворения сборника я (естественно!) тоже прочитал и тут же вспомнил, что «До Прометея» читал в журнале «Пионер» и оно мне понравилось, но было это в те времена, когда авторы не запоминаются.
Попытка прочесть залпом повесть успехом не увенчалась; её надо было читать не спеша, ловя кайф от каждой фразы.
А через некоторое время попал мне в руки сборник фантастики «Талисман» из серии виньетка (а не рамочка, как сейчас предпочитают говорить), в котором, помимо «Малыша» Стругацких (ради которого, собственно говоря, и брался сборник) обнаружилась фантастическая повесть(!) Шефнера «Круглая тайна».
И всё! Вадим Сергеевич Шефнер пленил меня в обеих ипостасях – поэт и прозаик-фантаст (впрочем, и не фантастическую прозу ВС я не сбрасывал и не сбрасываю со счетов). Вот, ей-богу, не вру, но до сих пор при перечитывании «Круглой тайны», едва дохожу до финала, мокреют глаза.
Пересказывать эту чудесную прозу своими словами – самое, что ни на есть предпоследнее дело. Почему предпоследнее? Да потому, что я полностью согласен с покойным Владимиром Алексеевичем Солоухиным, что пересказывать своими словами живопись – последнее дело.
Поэтому, если хотите знать о чём она, найдите оригинал и прочитайте, получите большое удовольствие. Этот слог, эта интонация: то ироническая, то лирическая, а то смесь обоих, этот финал…
Через полгода в книжном магазине (ей-ей, не вру! В магазине!) купил сборник из бээсэфки (так немного фамильярно мы – фэны – называли и называем серию «Библиотека советской фантастики») «Скромный гений», где, кроме уже упоминавшейся «Круглой тайны», ещё два произведения: заглавное и «Человек с пятью «не», или Исповедь простодушного» произвели на меня такое впечатление, что я их перечитываю и по сей день.
К сожалению, сборник этот у меня зачитали, потому перечитываю я их в другом, солидном, издании, а, когда мною овладевает ностальгия по тем, навсегда ушедшим годам моей юности, открываю цветную вкладку энциклопедии фантастики «Кто есть кто?» и нежно смотрю на воспроизведенную там обложку «Скромного гения».
Кстати говоря, затёрли её, пока я был в армии… этой школе жизни, которую лучше бы пройти заочно, но не каждому такое мероприятие удаётся. Мне не удалось. Там, понимаете сами, было не до литературных изысков, поскольку подбор литературы в армейских библиотеках спе-си-фисс-кий, отражающий вкусы больших начальников и их верных замполитов, которые точно знают, что именно необходимо читать советскому воину.
Но два года – не вечность (хотя, как посмотреть: все относительно!), и я снова дома. А книжки – нет! Вже нема!!! И даже перечитать негде… Потому, что ни в одной из библиотек, где я был записан, фантастических книг ВС не было. Зато в одной из них набрёл на скромную серую книжечку «Сестра печали». Не фантастика, но прочёл с не меньшим удовольствием.
А в магазинах, тем более (в смысле, менее): шаром покати… Сплошной Массивий Муравлев! (Андрей Вознесенский)… Лишь однажды нарвался (естественно, купил!) на сборник стихов «Сторона отправления».
Так это – стихи… А прозы, тем паче, фантастики, как стали чуть позже говорить: народная индейская изба, хотя в журналах «Нева» и «Звезда» была и великолепная биографическая проза, и не менее великолепный фантастический роман «Лачуга должника». И длилось это фигвамное состояние до самой перестройки.
Вот в неё-то, родимую, друг Серега, ставший директором книжного, и подкинул солидный томик под «милым» названием «Сказки для умных», в котором были и старые знакомые, и новые (для меня) произведения. Было это в начале 1987 года, а в мае поехал я в Ленинград (точнее, в Петергоф) на военные сборы офицеров запаса. На целых полтора месяца за казённый счет в волшебный город на Неве. Вот уж повезло!
Где-то недели через три, уже освоившись, я написал рапорт с просьбой предоставить мне увольнение с ночёвкой в городе, указав в качестве адреса предполагаемой ночёвки адрес общаги двоюродной сестры Светки.
Увольнительную я получил и, переодевшись в той общаге в штатское, отправился… куда бы вы думали? Конечно же, в гости к ВС.
Хотя я прекрасно знал народную мудрость про незваного гостя, всё же пошел, ибо засиживаться там не собирался; взять у метра автограф и откланяться.
Вы, конечно, хотите знать, откуда у меня адрес ВС, ведь ни в Союзе писателей, ни в Горсправке их не дают? А ларчик просто открывался… С 1983 года я был членом КЛФ «Ветер Времени», и его тогдашний президент, он же «фэн № 1» – Борис Завгородний – дал мне адреса некоторых писа-телей, в том числе и Шефнера. Для чего тогда я их взял, сам не знал, а вот – пригодилось.
Не знаю, как сейчас, а тогда на Невском стояли замечательные будки с телефонами-автоматами для справок. Опустил пятиалтынный, набрал номер и, ждите ответа, а когда дождался…
Короче говоря, минут через двадцать катил я в троллейбусе №1, лелея в руках дипломат, одолженный у Андрюши Крупского – хорошего парня из Мытищ. А в дипломате покоились те самые, подкинутые Серегой, «Сказки для умных». Да-да, несмотря на то, что книги не самая лёгкая часть багажа, я взял их с собой в Питер.
Когда, выйдя на нужной мне остановке, я с любезной помощью прохожих отыскал необходимый мне дом, вход в него преградило неожиданное (в Волгограде таких ещё не существовало) препятствие – дверь с кодовым замком. Правда, на двери было переговорное устройство для каждой квартиры (слово домофон я ещё не знал), которое видел я впервые, но сразу понял, что это. Поэтому, внутренне содрогаясь от собственной наглости, уверенной рукой нажал я кнопку с номером нужной мне квартиры, абсолютно не представляя, что буду говорить в микрофон, когда ответят. Но говорить ничего не пришлось; замок щёлкнул, открывая дверь, и я вошел в подъезд.
Вероятно, от волнения я не воспользовался лифтом, а взлетел на пятый этаж на своих двоих, как на крыльях Алексея Петровича Возможного. Звонок, открывается заветная дверь, а там…
А там мне очень вежливо (по-петербуржски!) объяснили, что ВС ушёл на прогулку и скоро вернется, после чего столь же вежливо попросили подойти попозже, попутно назвав кодовую цифру замка. Пардон, число!
Я покинул подъезд и подумал, что, если мне суждено провести эту ночь под открытым небом и без сна, чтобы собственноглазно увидеть, воспетые множеством поэтов и писателей, от гениев до… лошадей, белые ночи, то просто необходимо выпить кофе, да покрепче. К счастью моему, или, к удаче, как сказать, в двух шагах от дома ВС находилось очень приличное кафе, где я и хряпнул пару стаканчиков двойного растворимого (еще одна отсутствующая в Волгограде вещь!) кофе, закушав их бутербродами с салом.
Потом присел в палисадничке, что в аккурат возле дома, так, чтобы видеть подъезд, и стал ждать возвращения ВС с прогулки. Попутно накатал стихотворение «Девочки с сигаретами», почти экспромтом, ибо этих девочек сидело рядом (и дымило) превеликое множество. И вообще, кроме всего прочего, Питер поразил меня этим: не скрывающимися по углам, как у нас (студентки-медички не в счет!), а нахально смолящими везде девицами. Повторяю, год стоял 1987.
ВС я заметил ещё издали и на улице подойти к нему не решился. Выждал минут пять после того, как он вошёл (прямо-таки часы, а не минуты!), и следом. На этот раз честь по чести, на лифте вознёсся.
Звоню. Дверь открывается, и тот же, что и в первый раз, молодой человек (сын?) препровождает меня в комнату метра. Комнатка маленькая, все стенки в книжных полках, на столе – старенькая пишмашинка.
Седовласый метр весьма вежливо интересуется, чем обязан. Путано объясняю, что член КЛФ «Ветер Времени» и что Борис…
- Завгородний… - продолжает ВС… дал мне его адрес. И вот, оказавшись волей случая в Ленинграде, зашел к любимому писателю за автографом.
ВС это не внове, он привычно берет ручку и, поинтересовавшись моим именем, выводит:
- Александру Кучеруку – всего доброго желая. Вадим Шефнер. 6.VI.87. – после чего спрашивает:
- Всё?
- Нет… - отвечаю я и поясняю:
- Ещё две строки из «Орфея»…
- Какие? – интересуется он.
- Последние… - заказываю я, и он пишет, произнося вслух:
- И в тоске и в надежде идёт по далекой планете…
Я присоединяюсь, и последнюю строку:
- Песнопевец Орфей, окрылённый любовью земной. – мы произносим дуэтом.
Польщенный ВС интересуется, как в Волгограде с его книгами, на что получает такой ответ:
- Поэтические лежат один день…
- А проза?
- Вообще не появляется на прилавках…
- А это откуда?.. – он кивает на ещё не убранные в дипломат «Сказки…»
- Вадим Сергеевич, - с чувством говорю я, - если друг – директор книжного магазина…
Дальше не продолжаю, ибо всё ясно и так. Тут ВС вполне великосветски приглашает попить с ними чаю. Уж не знаю, чем бы я нахамил больше: согласием или отказом, но, так как после посещения кафе у меня был повод для отказа, я им воспользовался и поспешил к выходу.
И уже в прихожей поинтересовался: правда ли, что первоначальное название книги было, как уверяет Борис, «Сказки для дураков»? На это уже ВС пылко отвечает, что какое есть, такое и было, и только в здоровом глазе видна тоска.
Покинув дом, я действительно проболтался всю ночь на берегу Невы. Правда, ночь была не белой, а серой с уклоном в черноту. И, пока ещё не стемнело, видел я там человека удивительно похожего на композитора Андрея Петрова. На следующий же день проспал на катере всю экскурсию по каналам и рекам Ленинграда.
Больше с ВС я не виделся. Лично… Но книги его попадались… и какие. В 1991 году во время обвала цен за 1(один!) рубль (!!!) купил три его сборника стихов, причем, два – явные раритеты: годы издания 1949 и 1954. Год спу-стя приобрел первый и второй тома четырёхтомного собрания сочинений, по четыре рубля каждый. Остальные пришлось ждать 5 (пять!) лет, и стоило это уже восемь и восемь с половиной тысяч соответственно.
Последнее по времени произведение ВС «Небесный подкидыш, или Исповедь трусоватого храбреца» появилось в сборнике разных авторов «Тихий ангел пролетел».
Благодаря (или, может, вопреки) средствам информации, мы не всегда знаем, кто из деятелей отечественной культуры и литературы покинул наш мир. А ВС всё-таки родился аж в 1915 году. И, если он ещё жив, дай Бог ему еще долго радовать нас своими стихами и прозой.
1997-1998 гг.
P.S. 5 лет спустя.
Говорят, если кого при жизни хоронят, проживет ещё долго. Увы, говорят… Хотя я, честно говоря, ВС не похоронил, только посомневался. Но…
5 января прошлого года, за два дня до православного Рождества, отлетела душа крещеного лютеранина Шефнера Вадима Сергеевича. Отлетела, я не сомневаюсь, с сознанием полностью выполненной на этой планете, в этой стране миссии.
Наверное, успел он ещё прочитать упоминание о себе в романе А. Лазарчука и М. Успенского «Посмотри в глаза чудовищ»: «Его сменил поэт Кушнер. Потом выступали другие поэты и среди них даже один военный моряк, а так же внук адмирала Шефнера.»
Порадовало ли его это упоминание? Как знать… Но с его уходом мы (читающая Россия) потеряли нечто, что, если и повториться, то уж очень не скоро.
Хорошо, что оставил он после себя такую добрую память, таких славных учеников. Сомневаюсь, что проза Житинского, что городские сказки Тарутина появились бы, не будь произведений Вадима Шефнера.
Царствие Вам небесное, Вадим Сергеевич! Покойтесь с миром!
2003 г.