В тихом подмосковном поселке возвышался уютный двухэтажный особняк, окруженный вековыми деревьями.
В нем последние восемь лет проживала Инна Валентиновна – пожилая женщина, всю жизнь отработавшая учителем и воспитавшая двух дочерей, Татьяну и Милану.
Девушки имели совершенно разные судьбы: первая рано вышла замуж и переехала в столицу, поэтому второй пришлось помогать матери по хозяйству и регулярно навещать в выходные.
Однако надолго младшую дочь не хватило. Как только она нашла себе кавалера, тут же забыла о существовании родной матери.
Отношения между сестрами так же оставляли желать лучшего. Милане казалось, что Татьяна живёт лучше нее, благодаря удачной семейной жизни.
Татьяна же считала, что Милане повезло, потому как она вовсю пользовалась материнской поддержкой.
Когда Инна Валентиновна серьёзно заболела, сестры занервничали. Врачи ничего не стали скрывать от больной и сообщили неутешительные новости.
Родственницам стало понятно, что ей осталось не так уж и много времени. Несмотря на это, ни одна из них не торопилась временно перебраться к больной женщине.
- Ой, я больных вообще не люблю, они меня угнетают, - сообщила Милане старшая сестра.
- Будто мне они нравятся. Я вообще на третьем месяце, и мне нельзя нервничать, - парировала в ответ младшая.
Однако каждая из них знала, что после кончины Инны Валентиновны останется приличное наследство – просторная московская квартира и уютный загородный дом, которые могут достаться кому-то из них.
Когда Инна Валентиновна слегла, ей на помощь пришла соседка. Женщина присматривала за больной, готовила еду и помогала проводить гигиенические процедуры.
Раз в неделю соседке стабильно звонили сестры и интересовались состоянием матери.
Как только женщины узнали о том, что по самым скромным подсчетам Инне Валентиновне осталась неделя, они тут же бросили все свои "важные" дела и поспешили к матери.
- Как ты? - наигранно чмокнула Татьяна мать в щеку. - Что-то совсем бледная стала...
- Не говори глупости, - закатила глаза Милана и, оттолкнув сестру от Инны Валентиновны, погладила ее по седым волосам. - Мама, ты неплохо выглядишь, не слушай ее!
- Все нормально, спасибо, - ответила слабым голосом женщина.
Татьяна, не желая уступать лидерство сестре, стала громко охать и вздыхать:
- Мамочка, я так волновалась... всю ночь потом не могла уснуть...
Инна Валентиновна слабо улыбнулась молодым женщинам, в глазах которых читалась алчность:
- Доченьки мои, я очень рада вас видеть. Спасибо, что приехали...
Однако, несмотря на вежливые фразы, напряжение в воздухе ощущалось особо остро.
Сёстры обменялись ледяными взглядами, будто готовились к предстоящему сражению.
- Давайте обсудим кое-что важное, - тихо проговорила Инна Валентиновна, глубоко вздохнув. - Мне есть что вам сказать.
Дочери взяли стулья и расположились вокруг кровати, ожидая, что вот-вот начнётся обсуждение распределения имущества.
Однако вместо этого Инна Валентиновна заговорила о своём состоянии здоровья и о том, насколько важно для неё, чтобы они поддерживали друг друга после её ухода.
- Девочки, я хочу, чтобы вы жили в мире и согласии, - произнесла она. - Главное — это ваша взаимная любовь и поддержка. Вы останетесь вдвоем друг у друга...
Татьяна кивнула, притворяясь сочувственной, хотя в голове крутились мысли о квартире и доме.
- Конечно, мама, конечно, - согласилась она. - Мы будем заботиться друг о друге.
Милана недоверчиво взглянула на сестру и с трудом сдержала ехидную ухмылку:
- Да, конечно, мама! Танечка ведь всегда была такой заботливой, правда?
- Что ты хочешь этим сказать? Я всегда делала всё возможное! - вспыхнула женщина.
- Всё возможное, кроме того, чтобы быть рядом с мамой, когда она нуждалась в тебе больше всего, - Милана закатила глаза.
Разговор быстро перешёл в ссору. Слова летели, как пули, каждая сестра старалась доказать свою правоту и выставить другую в невыгодном свете.
- Ты крутилась возле мамы только потому, чтобы планировала заполучить наследство! - озлобленно кричала Татьяна.
- Деньги? Ты думаешь только о них! - отвечала Милана. - А я думала о маме, о том, чтобы она не оставалась одна!
- Девочки, вы же сестры... - Инна Валентиновна попыталась утихомирить дочерей, но их голоса становились всё громче.
В какой-то момент Милана вскочила со стула и бросилась к Татьяне, схватив её за руку.
- Прекратите! - закричала Инна Валентиновна, поднимаясь с кровати. - Я не могу смотреть на это!
Девушки остановились, осознавая, что творят и, извинившись, покинули комнату.
На следующее утро, когда Инна Валентиновна почувствовала себя неважно, Татьяна решила поговорить с Миланой наедине.
- Послушай, - начала она, - нам надо решить этот вопрос. Квартира и дом — это наше будущее. Давай договоримся, кто и что возьмёт.
- О чём ты говоришь? Ты хочешь, чтобы я отказалась от своего права на наследство? - нахмурилась младшая сестра.
- Нет, я предлагаю разделить его честно, - ответила Татьяна. - Ты получаешь квартиру, а я — дом.
- Честно? Ты шутишь? Дом стоит гораздо дороже квартиры! Ты просто пытаешься меня обмануть! - язвительно рассмеялась Милана.
- Я тебя обманываю? Это ты пытаешься присвоить себе всё! Ты в своей жизни работала всего полгода, а теперь хочешь забрать всё, что мама заработала! - взорвалась Татьяна.
- Не смей говорить так! Я всегда была рядом с мамой, в отличие от тебя! - Милана покраснела от гнева.
Женщины обменялись еще парочкой колкостей и разошлись в разные комнаты. Следующие несколько дней прошли в постоянных конфликтах и обвинениях.
Родственники, которые приходили проведывать Инну Валентиновну, становились свидетелями этих сцен.
Одна из кузин, не выдержав, попыталась вмешаться в ссору сестер:
- Девочки, пожалуйста, перестаньте! Вашей маме нужен покой и любовь, а не ваши ссоры!
Однако слова Ольги лишь добавили масла в огонь. Татьяна и Милана начали обвинять друг друга в том, что каждая из них пытается манипулировать матерью.
- Она всегда была на твоей стороне! - кричала Татьяна. - Ты же знаешь, когда лучше приехать...
- Потому что тебя никогда не было рядом! - отвечала Милана.
В какой-то момент ситуация достигла апогея, и сестры были готовы вцепиться друг другу в волосы.
Но это не произошло, потому как вниз спустилась соседка, которая и при дочерях продолжала навещать Инну Валентиновну, и сообщила о том, что та умерла.
После ритуальных хлопот сестры стали интересоваться завещанием. Соседка сообщила им о том, что только что звонил нотариус и просил ждать его к семи вечера.
Милана и Татьяна с трудом дождались приезда мужчины. Нотариус открыл папку и начал читать завещание:
"Я, Инна Валентиновна Петрова, настоящим завещанием лишаю своих дочерей, Татьяну и Милану, права на любое имущество, принадлежащее мне на момент моей смерти..."
Комната замерла. Татьяна и Милана смотрели друг на друга с недоумением и ужасом.
"...Всё моё имущество переходит благотворительному фонду, который помогает больным детям".
Услышав последнюю фразу нотариуса, Татьяна истошно завизжала и затопала ногами:
- Как она могла?! Какого черта я тогда вообще сюда приехала?! Взять и отдать все чужим?!
Милана скривила лицо, но слез у нее не было. Казалось, она еще не до конца осознала то, что только что услышала.
- Нам ничего не положено? - спросила с надрывом женщина.
- Увы, - ответил нотариус и закрыл папку. - Такова последняя воля покойной Инны Валентиновны.
Обе сестры громко взвыли и стали на эмоциях пинать мебель, попадавшуюся им на пути.
Однако вызов сотрудников полиции заставил их угомониться. Женщинам пришлось прикусить язык и удалиться восвояси.