Снег на деревьях – это благодать. Стоят они, от счастья замерев. И я стою, готов всю жизнь стоять в кругу облагодатствованных веток. Стоит и воздух, весь из снежных меток, как продолжение живых дерев. Их графика, похожая на струны, застывшие в предчувствии псалма, передаёт по воздуху письма́ невидимые сказочные руны народов северных. А вот и гунны: то воробьи, сошедшие с ума, припухшие от голода и стужи, как почки вскрывшихся генеалогий древесной деревенской тишины, нахохлившись, вступают в диалоги со снегирями северной страны… Снег на деревьях окрыляет души. 17 ноября 2007 г. Оскар Грачёв
Снег на деревьях – это благодать.
Стоят они, от счастья замерев.
И я стою, готов всю жизнь стоять
в кругу облагодатствованных веток.
Стоит и воздух, весь из снежных меток,
как продолжение живых дерев.
Их графика, похожая на струны,
застывшие в предчувствии псалма,
передаёт по воздуху письма́
невидимые сказочные руны
народов северных. А вот и гунны:
то воробьи, сошедшие с ума,
припухшие от голода и стужи,
как почки вскрывшихся генеалогий
древесной деревенской тишины,
нахохлившись, вступают в диалоги
со снегирями северной страны…
Снег на деревьях окрыляет души.
17 ноября 2007 г.
Оскар Грачёв